Поиск по автору:

— Алло, это анонимный клуб ленивцев?
— Да, но позвоните завтра...

Сатирическая биография Чебурашки — еврейского мальчика из апельсинового ящика
Ранняя жизнь

Чебурашка родился в городе Яффа, исторической родине апельсинов и национальных цитрусовых чудес. Его родители до сих пор спорят, кто он по биологии:
папа считал его «мохнатым цитрусом», мама — «неудавшимся плюшевым мандарином».

Но семья его любила. Особенно бабушка из Тель-Авива, которая уверяла:

«Посмотрите на него! Он же уши от меня взял!»

Путешествие в СССР

Однажды на плантацию пришёл строгий торговец:

— Всё грузим в ящики: апельсины, лимоны… Что это?
— Это? Это Чебурашка.
— А он цитрус?
— Ну… по цвету подходит.

Так Чебурашка впервые попал в экспорт.
Он собирался возразить, что он всё-таки человек… или зверь… или кто-то,
но случайно сел — и чебурахнулся прямо в коробку.

С тех пор фамилия и закрепилась.

Перевозка

В дороге он пытался поститься, но запах апельсинов был сильнее.
Съел один… потом второй… потом весь ящик, кроме себя.

Пограничники в СССР удивились:

— Откуда зверь?
— Не знаем, — говорит грузчик, — но точно не из Турции. Там таких не выращивают.

Жизнь в СССР

Чебурашку поставили на учёт как:

«Неопознанное животное, пришедшее в СССР в составе цитрусовой продукции».

Чтобы адаптироваться, его отправили к Гене — советскому питону, бывшему служащему зоопарка, который прошёл переподготовку на «друга детей».

Гена сразу понял происхождение Чебурашки:

— М-мм… уши большие, глаза добрые, характер мягкий.
— И ещё я люблю апельсины, — добавил Чебурашка.
— О! Точно еврей.

Одесский эпизод

Когда друзья впервые попали в Одессу, бабушка на Привозе закричала:

— Сынок, иди сюда!
— Я не ваш сын, бабушка…
— Да кто тебя спрашивает? Видишь, какой хороший? Теперь будешь.

С тех пор он регулярно приезжал в Одессу на лето.

Деятельность

Чебурашка пытался:

устроиться в цирк (не взяли — сказали «слишком культурный»),

стать символом Олимпиады (отказали — «медведь уже утверждён»),

работать с Геной (успех неплохой: построили дом для одиноких старушек).

Он даже хотел открыть своё дело — «Кошерные апельсиновые соки от Чебуры»,
но советская бюрократия сломила его раньше, чем соковыжималка.

Личная жизнь

Жениться Чебурашка не успел — по документам он так и остался
в статусе:

«Маленький, непонятный, но очень симпатичный».

Настоящая правда

До самой старости он утверждал, что:

«Я не русский, не из мультика… Я просто апельсиновый мальчик,
которого жизнь занесла в СССР, как снег — в июне.»

И каждый раз, когда он видел апельсины, вздыхал:

«Домой хочу… Но ненадолго. Там жарко.»

ЭПИЛОГ

Чебурашка стал народным героем двух культур:

в Израиле — как «тот самый цитрусовый малыш»,

в России — как «наш родной, хоть и непонятно откуда».

И только Гена знал правду:

«Главное не откуда ты приехал,
главное — с кем ты теперь дружишь.»

Спрашивают как-то:
— У какой страны самое длинное название?

Ответ:
Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии.

Уже по названию видно — что-то тут произошло.

Потому что если стране нужно дописывать через «и ещё вот это»,
значит, без скандала не обошлось.

История простая и очень имперская:
Великобритания в своё время тяпнула у Ирландии кусок,
оставила себе север,
а потом честно сказала:
— Это не оккупация, это часть названия.

Гениально.
Если долго держать чужое — можно вписать в паспорт.

И вот тут начинается классика жанра.

Все империи, без исключения,
— с рылом в пушку.
Британская — в колониальной,
Российская — в имперской,
Французская — в заморской,
Испанская — вообще в мировом турне.

Но обиднее всего не это.

Обиднее, когда:

— бревно в своём глазу не видно,
— зато соринку в чужом разглядывают через телескоп,
— и при этом ещё читают лекцию о морали.

Великобритания говорит:
— Территориальная целостность — это святое.

Мир уточняет:
— А Северная Ирландия?

Великобритания отвечает:
— Это другое. Историческое. Традиционное. Закреплённое.

Россия говорит:
— Мы собираем земли.

Все хором:
— Фу!

США говорят:
— Мы защищаем демократию.

Франция:
— Мы просто не заметили, как остались в Африке.

И каждый раз одно и то же заклинание:
«Это не двойные стандарты, это сложный контекст».

Самое смешное, что:

— если ты победил — это история,
— если проиграл — преступление,
— если давно — традиция,
— если сейчас — агрессия.

Так что да,
у Великобритании действительно самое длинное название,
потому что коротко объяснить,
почему Северная Ирландия всё ещё там,
не получается.

Мораль анекдота проста:
у империй память короткая,
названия длинные,
а стандарты — всегда разные.

В Генпрокуратуре назвали уткой сведения о съемке сериала "Крымская сакура" про Поклонскую.
На самом деле в названии сериала для взрослых со словом "Крымская" будет использоваться другое созвучное "сакуре" существительное.

Роман и Юля: пересеклись в очереди за шаурмой — он айтишник с котом по имени Линукс, она экоактивистка, которая на митингах обнимает деревья. Их семьи враждуют: автосервисы против людей с плакатами «Хватит дымить!». Планировали сбежать в Сочи, но автозамена в телефоне превратила «Краснодар» в «карантин». Юля в панике купила маски, витамины и имбирь, Роман сидит дома, думает, что она ушла к другому. В итоге встретились в электричке на Рязань, едят пирожки, запивают «Дюшесом», и понимают: любовь — это когда даже в духоте, под запах курицы в фольге, рядом всё равно человек, ради которого готов терпеть соседку с яйцами вкрутую.

Сижу в маршрутке, людей — как шпрот в банке. Все молчат, кто в наушниках, кто в телефонах.
И тут садится парень — видно, решил произвести впечатление на девушку, которая рядом. Симпатичная, спокойная, наушники в ушах, тесно, не сбежишь.
Он улыбается, уверенно так:
— А вы знаете, вы как солнце — возле Вас тепло.
Она даже наушники не сняла, только бровью повела.
А он ждёт реакции, аж светится сам.
Маршрутка подскакивает на кочке, парня слегка качнуло к ней.
Девушка спокойно снимает наушники, смотрит на водителя и говорит:
— Мужчина, выключите печку. Тут и так один уже перегрелся.

- Режиссер актеру: По сценарию...
- Актер: Нет увольте, на Рию сцать не буду.

Собака бежит в Крым . Пограничники поймали и спрашивают: Куда, зачем, почему? Собака: лаешь, лаешь - есть не дают, будки нет. Пограничники пропустили. Через год опять пограничники ловят эту же собаку, когда она бежит из Крыма. Пограничники: Куда, зачем, почему? Собака: дают есть и будку, а лаять вообще нельзя.

Девушка с пляжа заходит в магазин. Продавец:
— Вам помочь?
— Нет, спасибо, я сама светюсь.

- Отопительный сезон начался.
- Почему это?
- Да вот, соседка снизу заходила, трогала мой горячий стояк.

— У кого больше денег, у Трампа или у Путина?
— У Путина. Он каждый день может напечатать новые.

У меня есть большая мечта. Я хочу чтобы в каждом городе мира стоял памятник жертвам любви.
Чтобы к этому памятнику в день Святого Валентина сходились все влюбленные города и клали цветы.
Памятник этот должен быть в виде огромного бронзового хомячка. Ведь они, хомяки, умирают каждый день от избытка любви со стороны малышей. Ведь их, хомячков, постоянно достают из клетки и теребят наши детки, ими питаются наши собаки и кошки, на них, хомяков, мы невзначай садимся. А ты,читающий эти строки, ты покормил своего хомяка?

Штирлиц проснулся и почувствовал запах жареного.
— Яйца, — догадался он.
— Свои, — уточнил он, встав с печи.

Иногда починяю компьютеры. И как ни странно почти все владельцы поломанных компов компьютерные гении.
Два примера: ремонтирую комп голландскому капитану и он мне заявляет что он отлично разбирается в компьютерах МАК, но по ошибке купил комп с Виндой.
Чиню повару комп, который каким-то непостижимым образом убил драйвера для USB портов. Он мне тоже рассказал что рубит в компьютерах и однажды его даже позвал голландский капитан починить его комп. Повар глянул на комп капитана и заявил: "Так у Вас 7 Виндовс, а я только в десятке рублю..."

«Продажная сучка и торпеды»
На подводной лодке время — это не только деньги, это жизнь. Представьте: вы идёте в глубине, на радаре вспыхивает противник. У вас есть всего несколько минут — пока он не заметил или не успел первым выпустить торпеду.
В СССР слово «кибернетика» в 50-е называли «буржуазной продажной сучкой». А потом оказалось, что без этой «сучки» торпеда вообще не понимает, куда плыть.
Если данные в торпеду вводить медленно — всё, приехали. Пока один матрос думает, куда крутить ручку, а второй ищет карандаш, противник уже выпустил свой подарок. И через пару минут вместо «товарищ капитан, цель поражена» будет «товарищ капитан, крышку люка закройте изнутри».
Именно поэтому скорость ввода данных и залп решали всё. Успел первым — красавец, герой, возвращаешься домой. Задержался хоть на пару минут — торпеда прилетела в тебя, и всё, герой посмертно.
На американских подлодках в это время уже стояли электронно-вычислительные машины: щёлк-щёлк — и торпеда летит туда, куда надо.
У нас же сделали своё чудо техники — электромеханический мозг из пяти шкафов, каждый размером с телефонную будку. И всё это урчало, щёлкало шестерёнками и жужжало моторчиками, будто в трюме поселилось стадо мясорубок.

Чтобы эта махина работала, надо было четыре матроса: один крутит ручку азимута, второй вводит скорость, третий что-то подкручивает в глубину, четвёртый просто матерится, чтобы система не расслаблялась.

И самое главное — всё это хозяйство исправно «вкручивало» данные прямо в торпеду. Торпеда запускалась, и все вздыхали: «Ну слава богу, не в нас же!»
Американцы удивлялись:
— Как, у русских нет компьютеров, а торпеды всё равно летят?!
А наши гордо отвечали:
— Так у нас кибернетика не продажная, у нас кибернетика в телогрейке.

Сосед решил по-русски: «Хочу баню!»
Построил на участке — теснота, забор к забору, но баня стоит. Красота!
Позвал он нас с женой: «Пойдёмте попаримся, по-соседски!»
Зашли, посидели, попарились — всё по классике: веник, пар, разговоры за жизнь.
Выходим в предбанник — и тут жена округлила глаза: прямо на полстены — здоровенное окно!
И это не просто окно, а панорама на весь огород.
А за огородом — соседи. А у соседей — чай, котлеты, и теперь бесплатный театр.
Жена потом рассказывала:
— Я не знала, что прикрывать первым — себя или шторы!

Россия 2014: КРЫМНАШ!!!
Украина 2014: Крым был и будет Украинским!!!!
Роcсия 2015: Кому Крым? Крым кому? Недорого просим.
Украина 2015: Нах.. Нах...

В один прекрасный вечер Казанова пробрался в сад к одной парижской маркизе. Он был уверен, что всё идёт по плану: вино, стихи, его знаменитая улыбка.

Маркиза уже почти растаяла… когда вдруг из-под дивана выскочил её любимый пудель. Пёс, ревнивый, как настоящий муж, начал лаять и тянуть за кружево юбки хозяйки.

Казанова, чтобы не выдать себя, схватил кусок сыра со стола и бросил собаке. Но промахнулся — сыр попал маркизе прямо в декольте.

Она вскочила, в крике «Monsieur, это что за манеры?!», а пудель радостно запрыгнул ей на грудь, чтобы достать лакомство.

Казанова попытался извиниться, но всё, что он услышал, было:
— «Вон отсюда, пошляк! И чтобы я вас больше не видела!»

«Как лыжи переписали историю»

К концу войны Германия стояла буквально в шаге от атомной бомбы. У них были:

лучшие физики,

реактивные самолёты, наголову превосходившие советские и американские,

ракеты Fau-2, пугающие тропосферу.

И только одна проблема — тяжёлая вода, нужная для ядерного проекта. Её производили на заводе Norsk Hydro в Веморке.

Сначала туда отправили британцев в операции Freshman. Но та миссия провалилась трагически: планёры разбились, уцелевших схватили и казнили. После такого казалось, что пробраться туда невозможно.

И вот тут на сцену вышли норвежские лыжники-коммандос — Йоаким Рённеберг, Кнут Хёукелид, Биргер Стрёмсхейм, Фредрик Кайзер и их товарищи. Люди, у которых вместо крыльев были лыжи и вместо докторских диссертаций — динамит.

Они сделали почти невозможное: проникли в цеха, взорвали электролизные установки и канистры с тяжёлой водой, а потом просто… уехали вниз с горы на лыжах. Пока реактивные самолёты гремели над Европой, пока физики чертили формулы, норвежские партизаны на лыжах решили судьбу ядерного проекта Третьего рейха.

И теперь можно сказать с улыбкой:
Если бы не эти лыжники, исход Второй мировой мог быть совсем другим. Но они доказали — иногда именно лыжи делают историю.
Какой завод и какое оборудование взорвали норвежские командосы?

Завод: это гидроэлектростанция Vemork (Norsk Hydro) в Рьюкане, Телемарк, Норвегия — она стала первой в мире промышленной площадкой по производству тяжёлой воды (D₂O), необходимой для ядерных реакторов и, потенциально, для атомной бомбы

В результате: было уничтожено примерно 18 ячеек и около 500 кг тяжёлой воды, и производственная мощность на заводе была временно парализована

Жаркий июньский день в Одессе 1985 года. В старенький "5"ый трамвай заходит мужик и громко рассказывает анекдот на весь трамвай:
"В Одессе теперь три улицы, которые называются на "Че". Это yлица Челюскинцев, Чижикова и ЧЕРИБАСОВСКАЯ:)))"
Народ заулыбался.

Глядя на президента США Трампа понимаешь что амерканская мечта осуществилась: Любой американский идиот может стать президентом.

Лето 1905 года. Черное море. На «броненосце Потёмкин» матросы обнаружили, что им подают мясо… с червями.
Матросы собрались и говорят:
— Господин офицер, мы это есть не будем!
Офицер строго:
— Это не черви, это протеиновые добавки!

Матросы переглянулись. Один шёпотом:
— Ну тогда хоть скидку студентам сделайте!

Кок попытался оправдаться:
— Мясо свежее, просто слегка… движется.

Тут один матрос ударил кулаком по столу:
— Мы же на броненосце Потёмкин, а не в столовой общаги!

И с этого всё и началось: вместо обеда вышло восстание.
Мораль: революции в России начинаются не с политических лозунгов, а с плохой кухни.

— Ты куда на лето поедешь?
— В Подмосковье.
— Зачем?
— Смотреть, как идут все четыре времени года за одну неделю.

— Что делать, если ваш рейс задержали на сутки?
— Перестать проверять табло вылета и начать проверять, не сменилась ли в стране власть за время вашего ожидания.

Меланья жалуется Трампу:
— Ты всё время говоришь о себе!
Трамп:
— Это неправда. Иногда я говорю и о тебе… как о «моём успехе».

Муж возвращается с «рыбалки» весь уставший и счастливый.
Жена:
— Рыбу принес?
— Нет… но удочка довольна!

— Мам, я женюсь!
— На ком?!
— На той, что мне лайкнула все мемы за три года!

У нас такие страстные отношения, что даже соседи хлопают… по батареям.

Стою я как-то на остановке.
Погода отличная, настроение — нейтральное.
Рядом мужчина и женщина, лет под сорок, общаются. Ну как «общаются» — так, что голуби на соседней крыше начали нервно перекуривать.

Минут через пять он говорит:
— Всё, я ухожу!
А она в слезах:
— Да иди, иди, я без тебя только лучше буду!
И он ушёл. Грозно. K ларькам с пивом.

Женщина осталась стоять, слёзы, ждёт автобус.
Минут через десять подъезжает автобус, и тут из-за тех же ларьков вылетает он — с букетом роз.
Встаёт на одно колено, весь красный, цветы трясутся, и кричит:
— Прости, дурак я! Люблю тебя!

Вся остановка замерла.
Водитель автобуса высунулся и сказал:
— Я подожду.
Он ей цветы — она ему слёзы, он снова «прости», она — «идиот».
А потом они обнялись.
Остановка зааплодировала, кто-то даже крикнул:
— Теперь целуй!
Автобус уехал, народ разошёлся, а я стою и думаю:
Вот бы мне так искренне извинялись за опоздания на работу.

В Ясной Поляне все соседи давно знали: у Толстого дача «непростая». То он пишет «Анну Каренину» до утра и скрип пером мешает спать, то студенты-почитатели палаточный лагерь у ворот ставят, то опять по деревне ходят слухи: «Толстой отменяет частную собственность, готовьтесь делиться коровами!»

Однажды сосед-кулак стучит в ворота:
— Лев Николаич, вы бы потише — у нас дети, а вы с утра философствуете: «Есть ли жизнь после смерти?» Они теперь спать боятся.

На следующий день другой сосед жалуется:
— Ваши почитатели опять все грибы в лесу собрали, у нас щи пустые!

А третий вообще прямо сказал:
— Лев Николаич, вы, конечно, великий писатель, но от вас одни неудобства: то дорогу на ярмарку перекроют, потому что корреспонденты приехали, то ваша Софья с самоваром из колодца полдня воду таскает!

Толстой терпел, терпел, а потом махнул рукой:
— Всё, ухожу! Может, в Астапове хоть соседи поспокойнее будут.

Собрал котомку, вышел на крыльцо, а соседи ему вслед:
— И правильно! Хоть ночью спать будем!

Прошло три дня, и Ясная Поляна затосковала: без Толстого никто не знал, о чём спорить по вечерам и кому жаловаться. Даже сосед-кулак сказал:
— Верните графа! Я уже неделю ни с кем не ругался, тоска зелёная.