Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
Рассказчик: SKI
По убыванию: %, гг., S ; По возрастанию: %, гг., S
Думаю, что такое случалось со многими – вылетит какая-то понравившаяся фраза из анекдота, да не совсем к месту, а обратно не затолкаешь… Как-то давно ехал мой приятель Саша через Переяслав-Хмельницкий, там пост ГАИ известный. Останавливает его инспектор, представляется: «Инспектор Лось, Ваши.. » Не успел он представиться, как у Сашки вырывается: «Та й так бачу, що скотина…» Говорит, машину часа три обыскивали.
Bo время русской смуты я слышал от солдат и вооруженных рабочих одну и ту же фразу: «Бей, все ломай. Потом еще лучше построим!» Бунтующие были враждебны ко всему, а особенно - к хозяину, купцу, барину, и в то же время сами хотели походить на хозяина, купца и одеться барином.
Bce были настроены против техников, мастеров, инженеров, которых бросали в котёл с расплавленным металлом. Старались попасть на железную дорогу, ехать было трудно, pacтраивались, когда испорченные вагоны не шли, и дрались из–за места в вагонах. Oни не знали, что это создание техники, и что это делают инженеры.
При обыске у моего знакомого нашли бутылку водки. Её схватили и кричали на него: «За это, товарищ, к стенке поставим». И тут же стали её распивать. Но там оказалась вода. Какая разразилась брань! Власти так озлились, что арестовали знакомого и увезли.
Власть на местах. Oдин латыш, бывший садовник–агроном, был комиссар в Переяславле. По фамилии Штюрме. Говорил мне: «На днях я на одной мельнице нашел сорок тысяч денег у мельника». «Где нашли?» - спросил я. - «В сундуке у него. Подумайте, какой жулик. Эксплуататор. Я у него деньги, конечно, реквизировал и купил себе мотоциклетку. Деньги народные ведь». - «Что же вы их не отдали тем, кого он эксплуатировал?» - сказал я. Oн удивился - «Где же их найдешь. И кому отдашь. Это нельзя… запрещено… Это будет развращение народных масс. За это мы расстреливаем».
После митинга в Большом театре, где была масса артистов и всякого народа, причастных к театру, уборная при ложах так называемых министерских и ложи директора, в которых стены были покрыты красным штофом, по окончании митинга были все загажены пятнами испражнений, замазаны пальцами.
Нюша–коммунистка жила в доме, где жил и я. Она позировала мне. У ней был «рабёнок», как она говорила. От начальника родила и была очень бедна и жалка, не имела ботинок, тряпками завязывала ноги, ходя по весеннему снегу. Говорила мне так: - Вот нам говорили в совдепе: поделят богачей и всё нам раздадут, разделят равно. A теперь говорят они нам: слышь, у нас–то было мало богатых–то. A вот когда аглицких да мериканских милардеров разделют, то нам всем хватит тогда. Toлько старайтесь, говорят.
Шаляпин сочинил гимн революции и пел его в театре при огромном числе матросов и прочей публики из народа. «К знаменам, граждане, к знаменам, Свобода счастье нам несет». Когда приехал домой, то без него из его подвала реквизировали все его вино и продали в какой–то соседний трактир. Он обиделся.
- Теперь никакой собственности нет, - говорил мне умный один комиссар в провинции. - Всё всеобчее. - Это верно, - говорю я, - Но вот штаны у вас, товарищ, верно, что ваши. - He, не, - ответил он. - Эти–то вот, с пузырями, - показал он на свои штаны, - я с убитого полковника снял.
Один взволнованный человек говорил мне, что надо все уничтожить и все сжечь. A потом все построить заново. - Как, - спросил я, - и дома все сжечь? - Конечно, и дома. - А где же вы будете жить, пока построят новые? - В земле, - ответил он без запинки.
Коммунисты в доме поезда Троцкого получали много пищевых продуктов: ветчину, рыбу, икру, сахар, конфекты, шоколад и пр. Зернистую икру они ели ложками по три фунта и больше каждый. Говорили при этом: - Эти сволочи, буржуи, любят икру.
Bo время так называемой революции собаки бегали по улицам одиноко. Они не подходили к людям, как бы совершенно отчуждавшись от них. Они имели вид потерянных и грустных существ. Они даже не оглядывались на свист: не верили больше людям. A также улетели из Москвы все голуби.
Из воспоминаний Константина Коровина о русской революции
В 1996 году Никита Михалков был председателем жюри 46-го Берлинского кинофестиваля. Мой знакомый сопровождал на приём по случаю закрытия фестиваля немецкого политика графа Отто фон Ламбсдорфа. Он рассказал: «Когда мы с графом вошли в большое фойе, я увидел стоящего в центре этого пространства Михалкова во фраке и при бабочке. Граф, сняв пальто, сразу же направился к Михалкову, и протянув ему свое пальто, которое опешивший Михалков принял, быстро последовал дальше. Я догнал графа в полном недоумении и спросил: - Зачем вы отдали ему пальто? - Так это же лакей, - сказал фон Ламбсдорф. - С чего вы это взяли? Граф невозмутимо ответил: - Да я же по глазам видел!»
Порадовало чувство юмора разработчиков карт Google. Кликнул на маршрут между Пекином и Нью-Йорком. ... поверните направо – 240м Первый поворот направо – 160м Первый поворот налево – 3.0км Каяк через Тихий океан – 6,243км....
Видишь превью сообщения от коллеги: "Глянь статью срочно!! Судя по аннотации, они как-то решили пробле...", но чат в телеграме не загружается. Врубаешь ВПН, но из-за белых списков ничего всё равно не работает. Вырубаешь ВПН, вызываешь такси и мчишься на работу.
Включаешь компьютер, но из-за ограничений интернета в РФ сайт журнала открывается долго и без картинок. Из-за санкций США ты больше не можешь скачивать статьи этого издательства. Копируешь DOI из адресной строки и идёшь на sci-hub, поминая добрым словом Элбакян.
К сожалению, статья вышла в 2023 году и её нет в базе sci-hub.
Внимательно смотришь на авторов публикации и понимаешь, что с одним ты неплохо знаком. Строчишь письмо с напоминанием о себе, но перед самой отправкой задумываешься — а не стоит ли согласовать научно-техническое сотрудничество с кем следует? И нельзя ли тут усмотреть в переписке передачу чувствительной информации? Поднимаешь локальную нормативную базу, но узнаёшь лишь определения понятий "ЭВМ", "компьютерная программа" и "электронная почта".
Вспоминаешь, что твой институт под санкциями Евросоюза: коллегу на той стороне могут привлечь за переписку с тобой. Чувствуя себя немного шпионом, решаешь подкатить неофициально.
Отметаешь вариант написать в телеграме: с точки зрения европейского обывателя, тут сидят фашисты, педофилы и наркоманы. В вотсап ты и сам не можешь зайти уже третий месяц. Осталось разве что уговорить коллегу поставить М*х, но с испанской симкой это невозможно.
Открываешь ResearchGate и понимаешь, что рукопись статьи, которую ты искал, с самого начала выложена автором в открытый доступ.
Наконец, внимательно изучаешь статью и понимаешь, что это именно тот кусочек паззла, которого тебе не хватало. Начинаешь планировать новый эксперимент, но важнейшего расходника почти не осталось. Продумываешь варианты закупки и взвешиваешь наценки, сроки поставок и сроки по статьям УК РФ. Выбираешь официально закупить отечественные материалы — то есть, китайские, которые в точности копируют американские, но становятся российскими в одной инновационной фирме. Технологию производства, кстати, изобрёл в 1982 году твой научник.
Узнаёшь, что оформление закупки вместе с поставкой "в сложных условиях" займёт полгода. К отчётам не успеешь точно. Плюёшь на всё и решаешь купить расходники за наличку: расписываешь премии проверенным людям, собираешь в кассу лабы. На складе фирмы чудом находится ровно то, что тебе нужно.
Получаешь крутой результат и садишься за статью. Понимаешь, что тебе придётся несколько раз ссылаться на авторов из Университета Беркли, который признали нежелательным на территории РФ. Заменяешь оригинальные работы на китайские статьи-аналоги.
Думаешь, куда подать рукопись. Топовый журнал в твоей области принимает статьи от авторов из России, но финансирует Украину. Есть ещё один отличный журнал, но авторы из России забанены в нём полностью. Другой — не разрешает ссылки на источники финансирования, связанные с правительством РФ, третий — не может указывать подсанкционную организацию в качестве места работы, четвёртый — ничего не запрещает официально, но по факту держит рукопись месяца три и отвечает, что не удалось найти рецензентов.
Наконец, ты находишь приличный журнал, но он работает только по системе Open Access, придётся вывалить несколько тысяч долларов. У твоей казахской карточки истёк срок действия, приходится просить о помощи приятеля и возвращать ему деньги наличкой.
Начинаешь готовить иллюстрации к статье, но из привычных инструментов легальными остались только Paint и Excel.
Выбирая гендер и he/she/they при заполнении авторской анкеты, на минуту задумываешься — не примкнуть ли ненадолго к меньшиствам для повышения вероятности публикации?..
Не успев решить, попадаешь в СИЗО. Два эпизода обналички, свидетели, показания.
Не падаешь духом, решаешь провести время с пользой и подтянуть фундаментальные знания. Заказываешь пару книг по физике. Но тебе их не приносят: по словам библиотекаря, академика В. Гинзбурга на днях признали иноагентом, а такая литература заключённым не положена.
Американцы, сказав, что Осама бен Ладен похоронен в океане чтобы избежать паломничества, на самом деле преследовали другую цель - Марианская впадина может вместить всех паломников.
В свете последних новостей о пожарах в торговых центрах подумалось об IKEA. Тут и в спокойной обстановке, без дыма, пожарной сигнализации и паники, выхода не найдешь...
После проведенной акции «АнтиМайдан» Кремль планирует провести еще несколько акций: - «Да-коррупции!» - «Свободу судейскому произволу!» - «Да здравствует гнилая правоохранительная система!» - «Пушки вместо хлеба!»
- Люблю тебя, мое ласковое солнышко! - А я тебя, мой ангелочек. Ну, все, ложи трубочку! - Нет! Ты! - Почему? - Да потому, что я КЛАДУ трубочку, баран ты необразованный!
Наряду с Бабайкой и Серым Волчком у российских детей появилась новая страшилка – Зловещий Кардиолог Хренов. Правда, испуг вызывает только у детей высших чиновников.