Поиск по автору:

Шла война в Корее. Более 70 лет назад, 12 апреля 1951 г., 48 американских тяжелых бомбардировщиков B-29 в сопровождении почти 150 истребителей отправились бомбить железнодорожный мост через реку Ялуцзян.
Через этот объект в коммунистическую Корею шла военная и гуманитарная помощь из коммунистического Китая.
Мост с китайской территории прикрывали летчики из коммунистического СССР.
Согласно официальной версии, по тревоге в воздух было поднято 36 советских истребителей МиГ-15. Менее чем за 20 минут боя они на месте уничтожили 12 бомбардировщиков и 5 истребителей ВВС США. Еще 13 были повреждены и упали в море. На базу вернулись только 23 бомбардировщика. Советские летчики потерь не понесли. Мост не пострадал.
За 70 лет эта версия событий забронзовела и стала общепринятой, хотя есть и другие. Но прежде чем их описать, позвольте представить основных действующих лиц драмы в воздухе — не людей, а самолеты. Итак, В-29, четырехмоторный, американский «стратег», поднимающий до 9 тонн бомб. На 1951 г. считается устаревшим. МиГ-15 — новейший советский реактивный истребитель. F-86 «Сейбр» — очень похожий на МиГ американский истребитель.
Полковник Евгений Пепеляев в 1949 г. был назначен командиром 196-го истребительного авиационного полка. В 1951 г. полк в составе 324-й истребительной авиадивизии (иад) отправили в Китай. Он базировался на аэродроме Андунь близ корейской границы. Первоначально предполагалось, что советские летчики будут только обучат корейских летать на реактивных истребителях, но...
Пепеляев совершил в Корее 108 боевых вылетов и сбил 23 американских самолета. Значительно позднее он написал отличную книгу «“МиГи” против “Сейбров”», впервые опубликованную в 2000 г. В ней успехи советских летчиков выглядят скромнее. Вот что он пишет про «черный четверг»:
«Одним из самых массовых налетов американской авиации на железнодорожный мост через р. Ялуцзян у населенного пункта Сингисю — единственной железнодорожной магистрали, питающей войска в Корее, — был налет 12 апреля 1951 года. В нем участвовало более 40 бомбардировщиков B-29 в колонне четверок и троек под непосредственным прикрытием мелких групп истребителей F-80 и F-84 (тоже реактивные, но не столь новые, как МиГ-15 и А-86 — АиФ). Всего около сотни самолетов. Кроме того, в налете участвовали группы сковывающих истребителей F-86 — около 50 самолетов.
На отражение этого налета с аэродрома Андунь было поднято около 40 самолетов МиГ-15, все исправные самолеты 324-й авиадивизии… Истребители 324-й иад колонну B-29 встретили до подхода к месту. Воздушный бой проходил на высоте 7-8 тысяч метров в течение 20 минут. Самолеты МиГ-15 парами, четверками атаковали и вели огонь по группам B-29, не обращая большого внимания на самолеты непосредственного прикрытия. В этом воздушном бою было сбито более десятка самолетов B-29 и истребителей прикрытия, два или три B-29 сбили летчики 196-го полка.
Большая группа самолетов F-86 в бою не участвовала, так как не вышла в зону боя в заданное время и оказалась в стороне от маршрута бомбардировщиков и района воздушного боя, чем упростила действия наших истребителей. Часть бомбардировщиков B-29 прорвалась через заслон самолетов МиГ-15 и свою задачу выполнила. Одна управляемая бомба попала в цель, повредила мост и вывела его из строя на несколько дней.
В этом бою был подбит самолет МиГ-15 капитана Яковлева из 1-й эскадрильи 196-го иап. Не помню, стрелок бомбардировщика или истребитель F-84 разбил фонарь и повредил двигатель его самолета. Яковлев сажал самолет вне аэродрома, повредил его, сам от осколков разбитого фонаря кабины получил ушибы и травмы тела и лица. После непродолжительного лечения летчик капитан Яковлев убыл в Советский Союз».
Кстати, в США тоже есть своя официальная версия «черного четверга». Согласно ей, были сбиты 3 бомбардировщика, еще 7 пострадали, но вернулись на аэродром. После этого налеты В-29 на Корею почему то прекратились на 3 месяца...

Про 6 дневные рабочие недели и 12 часовые рабочие дни
Самое удивительное в историях про 12 часовую, 6 дневную рабочую неделю, так это то, что в капиталистическом мире от нее стали отказываться еще в конце 19 века не потому, что мир вдруг стал такой прогрессивный, а по двум гораздо более простым причинам

Причина первая.
Суммарная выработка за 8, 12 и 16 часов сравнима, а в некоторых случаях выработка за 8 часовой рабочий день выше, чем за 12 часовой. Причина простая, психология и физиология. Работник знает, что если он за 12 часов начнет делать больше, то ему не зарплату поднимут, а норму выработки. Поэтому он распределяет свои силы на 12 часов, и работает впосилы. Иначе он не успеет восстановиться за 12 часовой перерыв.
Известно это последние лет 100, с тех пор как вопросом производительности труда вообще стали заниматься на научной основе.

Причина вторая.
При рабочем графике 6/12 у работника нет времени на семью, детей, и так далее. До какого-то момента, а точнее до примерно 1830 – 1850 года, пока существовал огромный приток из деревни в города, и особенно приток ирландской бедноты, в Великобритании это игнорировали.

Знает ли современный российский бизнес о том, что 12 часовой рабочий день и 6 дневная рабочая неделя не решат текущих проблем российской экономики и не повысит производительность труда?
Очевидно, знает.
Знает ли современный российский бизнес о том, что 12 часовой рабочий день и 6 часовая рабочая неделя скорее усугубят демографическую и социальную ситуацию в российском обществе?
Очевидно, знает.
Считается ли это хоть как-то существенным фактором?
Риторический вопрос.

Представьте себе ситуацию: к вам в коммуналку заселяется суровый сосед.
Он заставляет вас делать по утрам зарядку, запрещает ругаться матом, но при этом за свой счет меняет вам гнилые трубы, проводит высокоскоростной интернет, строит рядом с домом школу для ваших детей и даже подкидывает денег до зарплаты.
А спустя годы вы торжественно выставляете его за дверь и заявляете всем соседям: «Этот негодяй держал меня в заложниках! И вообще, трубы он проложил тоталитарные, вода из них несвободная!».
Звучит как сюжет для сюрреалистического ситкома, правда? Но именно так сегодня выглядит официальная историческая парадигма в целом ряде стран постсоветского пространства.
Как же так вышло, что вчерашние «братские народы» внезапно превратили строителей электростанций и заводов в безжалостных оккупантов?

Начнем с Азии. В 1920-е годы большевики столкнулись с проблемой: как строить светлое коммунистическое завтра там, где сегодня — глухое средневековье со баями, басмачами и 95% неграмотности?
Историки часто спорят о методах коллективизации, и да, они были жестокими (отрицать это — идти против истины). Но давайте посмотрим на инфраструктурный результат. Большевики буквально за шкирку перетащили целые регионы из феодализма в индустриальную эру. Это как в компьютерной стратегии пропустить целую эпоху, не имея чит-кодов, а расплачиваясь напряжением всех сил.
Малоизвестный, но потрясающий факт: Большой Ферганский канал в Узбекистане (270 километров длины!) в 1939 году построили за... 45 дней. Без экскаваторов и лазеров. 160 тысяч крестьян-добровольцев с кетменями (мотыгами) вышли на стройку века, потому что вода означала жизнь. А руководили процессом, чертили планы и поставляли хоть какую-то технику инженеры из центральных регионов России. Это была оккупация? Пожалуй, самая странная в истории: «оккупант» пришел, чтобы дать аборигенам воду, школы и больницы.

А теперь переместимся на запад. Прибалтика — главная «жертва режима» в современном инфополе. И здесь я, как честный человек, обязан сказать: вхождение этих стран в СССР в 1940 году было жестким. Был пакт Молотова-Риббентропа, были трагические депортации интеллигенции и зажиточных крестьян. Это историческая боль, которую нельзя отрицать.
Но давайте посмотрим, что было после того, как рассеялся дым войны. Из Латвии, Литвы и Эстонии решили сделать «витрину социализма». Москва вливала туда такие средства, от которых современные инвесторы заплакали бы от зависти в свои смузи.
Изюминка номер два: знаете ли вы, что легендарный Рижский завод ВЭФ (VEF), который в Союзе делал практически каждый первый дисковый телефон и знаменитые радиоприемники «Спидола», до войны был сравнительно небольшим предприятием? В СССР его превратили в технологического монстра. А Латвийская ССР получила завод RAF, выпускавший микроавтобусы на всю огромную страну. Литве же и вовсе «оккупанты» построили Игналинскую АЭС стоимостью в миллиарды рублей, сделав республику энергетически независимой (кстати, при вступлении в ЕС Брюссель велел литовцам станцию закрыть от греха подальше).

Классический оккупант обычно выкачивает ресурсы из колонии в метрополию.
Британцы вывозили чай из Индии, испанцы — золото из Америки.
Советский Союз же действовал ровно наоборот.

А теперь мы подходим к самому вкусному — деньгам. Как именно работал советский бюджет?
Если вы посмотрите на открытые данные Госкомстата СССР (например, за конец 80-х), вы увидите картину, ломающую шаблоны. В Советском Союзе существовал так называемый «налог с оборота» — главный источник пополнения бюджета. Так вот, РСФСР (Россия) оставляла в своем республиканском бюджете только около 42% от собранного налога.
А вот Литва, Таджикистан, Узбекистан или Грузия оставляли себе 100% собранных налогов, плюс получали прямые и щедрые дотации из союзного (читай — российского) бюджета!
Еще в 1923 году на XII съезде партии Иосиф Сталин прямо обозначил этот курс (и это не секрет, а задокументированная стенограмма):
«...чтобы национальные республики могли догнать Центральную Россию... мы должны помочь им, помочь им эффективно и практически».
И помогали. Строили БАМы, гидроэлектростанции, порты и научные институты за счет урезания потребления в Рязани, Вологде или Твери. Поэтому, когда сегодня в бывших союзных республиках сносят памятники советским солдатам, это выглядит не как борьба за свободу, а как классическое «назло бабушке отморожу уши».
Заводы и фабрики, кстати, сносить они не торопятся — их тихонько приватизировали эффективные менеджеры.

Когда новое молодое государство начинает самостоятельную жизнь, ему нужен национальный миф. А строить миф на скучных фразах вроде «мы получили огромную материальную базу от Союза и теперь будем ее развивать» — не продается. Нужен злодей космических масштабов!
Гораздо удобнее сказать: «Мы жили бы как в Швейцарии, если бы не эти русские с их заводами». Это блестящая психологическая защита. Ведь если признать, что половину твоей современной экономики построили «угнетатели», то возникает неудобный вопрос: а что же ты сам построил за годы так называемой свободы? Торговые центры на месте НИИ в счет не идут.

Мораль сей басни
Советский Союз не был сказочным Эльфхеймом.
Там хватало и пустых прилавков, и цензуры, и перегибов на местах.
Партийная номенклатура порой творила дичь, за которую историкам до сих пор стыдно.
Но называть процесс глобальной технической, культурной и экономической модернизации «оккупацией» — это даже не переписывание истории. Это попытка заставить историю стоять на голове и при этом жонглировать гирями. Бумажные учебники стерпят все. А вот бетон гидроэлектростанций и рельсы метрополитенов помнят, чьи руки их создавали.

А теперь вопрос к вам, уважаемые! Уверен, среди вас есть те, кто в советские годы ездил по распределению в Казахстан, Прибалтику или на Кавказ. Или те, кто работал на тех самых союзных заводах...
Расскажите в комментариях - как местные жители тогда относились к «оккупантам» с чертежами и мастерками?
Что стало с вашими предприятиями сейчас?
Давайте обсудим...