Поиск по автору:

в одном из "Тотальных диктантов" была описка или скорее ослышка - человек вместо "пьедестал" написал "пидуздалия".
Вот теперь попробуйте с этим жить и писать слово "пьедестал" правильно.
У нас в семье "пидуздалия" с тех пор используется как эвфемизм для "неизвестная херня". Пойдем в хозяйственный, купим там табуретки и еще какую-нибудь пидуздалию для кухни...

Marina Molchanova

Есть такое кино "Меню"с Ральфом Файнсом в главной роли.
Идея фильма появилась у сценариста Уилла Трэйси в процессе посещения Бергена в Норвегии, когда он отправился на катере в изысканный ресторан на частном острове и понял, что его не выпустят с острова, пока он не сделает заказ в ресторане и не съест его.

Я терпеть не могу бандитскую романтику, мачизм, десантников в фонтанах и всякое прочее с налётом гопстопа. Я за закон. Но эта история, во-первых, абсолютная правда, во-вторых, случилась под Рождество, так будем же, пожалуйста, в порядке исключения считать ее не бандитской, а робингудской.
Много лет назад нас с Димасом друзья пригласили на презентацию театра в Мюзик-Холле. Был длинный восхитительный вечер, абсолютно счастливые мы возвращались домой, было уже около часу ночи, и, двигаясь с Петроградской к себе в центр, мы проезжали по самым дивным местам - по Кронверкской набережной, через Троицкий мост, вдоль Лебяжьей канавки мимо Летнего сада и вокруг Преображенского собора. Шел снег, и машин почти не было, и город был белый и увешанный гирляндами к Рождеству. Словом «красиво» ничего не выразишь, да и вообще никаким не выразишь.
Мы остановились на светофоре на пересечении Пестеля с Литейным - собор стоял прямо перед нами, новогодний Литейный был похож на сказочный коридор, и мы тихо любовались, и даже говорить было невозможно.
И вдруг дверь стоящей впереди нас машины открылась, оттуда высунулась рука и вышвырнула на тротуар пустую пивную бутылку. Прямо на белый снег, прямо в эту Рождественскую красоту.
Я была за рулем, в глазах у меня заискрилось, и изо всех сил я надавила на гудок, призывая негодяя одуматься.
Перед негодяем на светофоре стояла еще одна машина, черная и внушительная, причем внушительная как размерами, так и стоимостью - на пустом перекрестке нас вообще было всего трое. Светофор переключился, и мы гуськом медленно переползли Литейный - внушительная машина, видавшая виды машина и наша машина. Я продолжала агрессивно гудеть.
Внушительная машина решила, что кто-то сзади решил придать ей ускорение, мол, шевелись давай, уснул, чоль. Это ей не понравилось, и за перекрестком она остановилась, чтобы прояснить ситуацию. Из нее вышли крепкие молодые люди в пиджаках и галстуках. Я тоже вылезла, подошла к ним, обвела рукой собор и сказала: «Полюбуйтесь, господа, какая красота! Это же чудо, правда?» Они вежливо полюбовались и кивнули, мол, факт, чудо. «И вот этот человек, - я ткнула пальцем в темноту салона машины, видавшей виды, - выбросил прямо на снег бутылку из-под пива. Вы можете себе такое представить у нас в Петербурге?»
На лицах молодых людей было написано, что они много чего себе могут представить. Но потом они еще раз посмотрели на пустой Литейный, на гирлянды, на снег, на собор и решили, что в кой-то веки раз в своей, видимо, не всегда путёвой жизни им предлагают совершить что-то благородное. Они культурно постучали мужичку в окошко и сказали ему ласково и строго: «Гражданин. Вот девушка говорит, что красота-то какая. Бутылку надо бы утилизировать. Нехорошо».
Гражданин рысцой сгонял туда-сюда через Литейный за бутылкой, и мы все пожелали друг другу прекрасного Рождества. И разъехались счастливые: плечистые ребята радовались неожиданно заглянувшей к ним романтике, я - что свинью заставили убрать за собой, а сама свинья - что легко отделалась.
Эх, были бы все конфликты такими. Фильдеперсовые были времена.

Lisa Sallier

Друзья рассказывали, что видели в европейском серпентарии табличку с просьбой к посетителям не говорить на парселтанге.

Мой дедушка не вмешивался в мое воспитание. Он дал моим родителям один-единственный педагогический совет:
– Никогда не разговаривайте с ней, как с ребенком. С детьми надо говорить так же, как со взрослыми.
К сожалению, эту теорию ему не удалось реализовать на практике. Дело в том, что дедушка всю жизнь проработал начальником автоколонны в маленьком военном городке. Общался, в основном, с «шоферАми» и солдатами стройбата, поэтому разговаривать со мной, как он привык разговаривать со взрослыми, дедушке было совестно. Однако и от своих убеждений он отказываться не хотел.
Поэтому, когда родители приводили меня к нему в гости, мы проводили время в полном молчании.

Чем тупее фермер, тем крупнее картофель.

Наш близкий друг Владик когда-то учился вместе с Димкой на актёрском факультете, а спустя годы вдруг решил сменить окрас и снова пойти учиться в театральную академию, только на этот раз на режиссёра театра кукол. В Петербурге. Сам он уже давно жил в Москве, в академию поступил на заочное и дважды в год на два месяца приезжал к нам на сессию.
Дима, который к тому моменту имел двоих малолетних детей и несколько лет плотно работал в шоубизнесе, переводя куклы в деньги, отнёсся к этому плану с исключительно практической точки зрения. Он прикинул, что ездить по стране, ставить спектакли и получать гонорары значительно выгоднее, чем служить в гостеатре на зарплате, и сказал Владику свое «одобряю».
Но Владик - он же романтик, он творец. Димин суровый коммерческий взгляд на жизнь Владику абсолютно чужд. Владик воспарил. Он снова был первокурсник - чистый, наивный и преисполненный восторгов, он прибегал с занятий с горящими глазами, он врывался к Диме в мастерскую, он взахлеб рассказывал и рассказывал, чтó сегодня на мастерстве им объяснял Александр Янович, какие тонкости мастерства раскрыла им Тамара Рахматулаевна, как блестяще прошел его этюд, как интересно был сделан зачин, как они в тандеме с…
Дима хватал ртом воздух. «Костин, - орал он, - ты взбесился?! Тебе сколько лет?! Какие зачины, какие этюды, какая на хрен рахматулаевна, окстись, опомнись!»
Но крылья было не подрезать. По сути дела, в дополнение ко мне, Ане и Васе кукушка сунула Диме в гнездо четвертое яйцо.
Владик нам никогда не мешал - в нашей питерской двухсотметровой квартире жили только мы, дети, няня и пекинес Конфуций, и потеряться там было проще, чем столкнуться. Да и потом мы были молодыми, а кому в молодости мешают друзья?
Но был договор: мы с Димасом готовим ужин, а Костин моет посуду. Посудомоечную машину мы тогда еще не купили, и Костин всё исправно мыл. Вот только к грязным сковородкам на плите он испытывал неприязнь и игнорировал их, ну, типа, не заметил, далеко стояла, да и близорукость…
Обнаружив в очередной раз сковородку на плите, я написала Владику письмо и оставила у него в комнате на кровати. Костин пришел поздно, вскрыл конверт и прочитал примерно следующее: «Послушай меня, любимый. Я знаю, что всё безнадежно…»
Там много чего было. И тишина, и долгожданные шаги в ночи, и жаркие мысли о его теплых руках, и его равнодушие, и горечь, и снова одиночество. Пишу я довольно красочно, фигня катилась как по маслу, и на третьей строчке Костин, который дружит с Димасом с семи лет, с выпученными глазами собирал по комнате носки и кое-как пихал их в сумку, чтобы прочь, прочь, беда же, лучший друг, бежать, бежать… К счастью, он дочитал до конца. Письмо было подписано: Твоя Немытая Сковородка.
Утром бледный и бешеный Владик ждал меня в гостиной, размахивая письмом, как Мартин Лютер девяноста пятью тезисами. «Ты знаешь, ты кто?! - задыхался он. - Да ты же ведьма! Да я же чуть не умер! Да как ты могла!!»
Ах, блестела, сверкала с тех пор сковородочка-то. Разве что розами ее не украшали.

Lisa Sallier

История эта произошла со мною в незапамятные времена в Москве. Я к тому времени не бывал в России уже лет 10, а тут мои московские друзья в РАН организовывали российско-американскую конференцию.
Стоило мне только выгрузить свой огромный чемодан из такси, и направиться к гостинице через дорогу, как меня остановила девушка в полицейской форме.
- Покажи паспорт, - сказала она мне, - и что у тебя там в чемодане?
Девушка была слегка полноватой, форма была на размер меньше, и я как-то сразу почувствовал, что туго облегающая ее пышные формы рубашка, кобура с пистолетом на поясе способствуют раскрепощенной атмосфере и непринужденному разговору.
- Сейчас найду паспорт - посулил я ей, и стал рыться в карманах.
- Я очень рад, - сказал я девушке между делом, - что мы сразу перешли на ты. К чему эта чопорность, к чему эти формальности между нами, простыми людьми, и вами, представителями власти?
- Ты торгаш? – прервала меня полицейская, - челночник? В чемодане товар?
- А что, в Москве нельзя быть торгашом? – спросил я, продолжая рыться в карманах, - я не очень знаком с местными правилами.
Девушка задумалась.
- Почему нельзя? – ответила она после паузы, - можно. Заплати денежку и торгуй.
- Не хочу торговать, - ответил я, - это не мое призвание…
- В чемодане у тебя что? – полицейская вернула наш разговор в его изначальное русло.
- В чемодане личные вещи, одежда, - отвечал я, - я приехал в Москву на месяц, и там у меня 30 рубашек, 30 пар носков, 30 маек и 30 пар трусов.
- Покажи, - не поверила она.
Я открыл чемодан, достал пакет с трусами. Показал их полицейской.
- Шо, правда трусы каждый день меняешь? – спросила полицейская, и посмотрела мне в глаза с неожиданным уважением.
- Правда, - коротко подтвердил я.
- Молодец! – коротко прокомментировала полицейская.
- Стараемся! – коротко ответил я.
- Из Америки, наверное? – предположила полицейская, - это в Америке пиндосы каждый день трусы меняют.
- Да, - подтвердил я, - только что прилетел из США, на конференцию.
- Ну ладно, - сказала полицейская, - значит не торгаш. Ну, иди себе с богом.
------
Аэропорт Шереметьево. Месяц спустя. Очередь в таможенный досмотр. В этой очереди стою и я, со своим огромным чемоданом. По выражению моего лица можно понять, что меня переполняет множество различных чувств. Тут и радость от скорого возвращения домой, и удовлетворенность научным уровнем конференции, столько интересных докладов, столько новых идей. Опять же, радость от общения с друзьями, которых не видел целый год. Видно также, что я еще не успел позабыть о вчерашнем ужине в грузинском ресторане (как они ухитряются так вкусно готовить?).
Наряду со всеми этими дико положительными чувствами, у меня на челе видна также и тень беспокойства. Беспокойства, вызванного тем, что вот, я стою в очереди к таможенному контролю, а между тем у меня в моем огромном чемодане лежат 300 только что незаконно приобретенных контрафактных DVD. Которые у меня вот-вот обнаружат и конфискуют, а меня самого повяжут и арестуют. И я этого дико, просто дико боюсь.
Тут следует сделать маленькое отступление, и напомнить читателю, что дело было еще в те незапамятные времена, до Нетфликса. Поэтому, когда я увидел, что в Москве, в магазинах, в подземных переходах торгуют дешевыми DVD, продают все это обилие, все это богатство мирового кинематографа, я, граждане, говоря по-простому, слегка офигел. Там было все! Коллекции старых итальянских, чешских, американских, французских фильмов, коллекции любых режиссеров всех времен и народов. Всего этого было не достать в Америке.
Словом, я купил вначале 10 дисков, потом еще 10, и пошло-поехало. В конце месяца, когда я уже накупил около трех сотен дисков, естественно встал вопрос о том, как же провезти весь этот контрафактный кинематограф контрабандой через государственную границу.
В магазине мне дали три так называемых шпиделя, три штыря, на каждых из которых я нанизал по сотне дисков. Лучше пусть диски будут без обложек, - думал я, - может в таможне тогда не обратят на них внимания.
Диски были нанизаны на шпиндели плотно, и название было видно только у самого «верхнего», последнего диска. Я долго думал о том, какие же три диска отобрать на роль «верхних».
- Допустим, - размышлял я, - я положу наверх фильм «В джазе только девушки». А потом окажется, что таможенник слушает только Рахманинова и ненавидит весь этот джаз. И он тогда все диски у меня и конфискует!
Поломав голову, я приобрел три следующих «маскирующих» религиозных диска, призванных умиротворить и склонить на свою сторону таможенников:
- православный «Забытый праведник Александр Свирский»,
- мусульманский «Любовь Абу Бакра к Аллаху и Его Посланнику (Проповеди ас-Саккафа)»,
- «Йога. Искусство релаксации»
Последний диск как бы покрывал и индуизм и буддизм, а иудаизм в моем списке я оставил непредставленным. Ведь вряд ли, - думал я, - на московской таможне работают ортодоксальные иудеи. Тем более, что я улетаю в субботу!
Наконец, очередь моя подошла, и меня подозвала к себе девушка-таможенница, с красивым русском лицом, добрыми крестьянскими глазами, и почти «тимошенковской» косой.
- Пожалуйста, положите свой чемодан сюда на стол, - вежливо попросила она меня, - положите и отройте его.
Девушка была слегка полноватой, форма была на размер меньше, и я как-то сразу почувствовал, что туго облегающая ее пышные формы рубашка, кобура с пистолетом на поясе способствуют раскрепощенной атмосфере и непринужденному разговору.
- Вот, пожалуйста, - ответил я девушке, услужливо щелкая замком чемодана и откидывая крышку, - пожалуйста, досматривайте!
- Что это? – спросила таможенница указывая в недоумении на огромный пластиковый мешок занимающий половину чемодана, - что у Вас в мешке?
- Грязные трусы, - честно ответил я.
- Столько? – с ужасом спросила таможенница.
- Я провел в Москве месяц, - ответил я, - стало быть, 30 пар трусов.
- Вы каждый день трусы меняете? - с уважением спросила таможенница.
- Да, - ответил я немного стесняясь, - привычка такая.
- Сейчас я надену на правую руку вот эту резиновую перчатку, - сказала мне таможенница и показала мне резиновую перчатку.
- Потом я засуну руку в мешок, - сказала мне таможенница, делая «подныривающий» жест рукой.
- И потом я пощупаю там, - сказала таможенница, делая сжимающие и разжимающие движения кистью руки, и приветливо глядя мне прямо в глаза.
- Давайте, - подбодрил ее я.
- Что это? – в изумлении спросила меня таможенница, извлекая из середины мешка один из штырей с дисками, с «Йога. Искусство релаксации» наверху.
- DVD хрупкие, - объяснил я, - я их положил туда, внутрь, где помягче.
- Это понятно, - скороговоркой ответила таможенница, - я спрашиваю вовсе не об этом. Я Вас спрашиваю, что это? Вы что же, релаксируете с помощью йоги?
- Ну, собираюсь, - неуверенно ответил я, - я еще не смотрел этого диска.
- Ой, да ну что Вы в самом деле! – воскликнула девушка, - зачем вам эти бабушкины методы? Ну кто же, кто, скажите на милость, кто в наше время релаксирует с помощью йоги?
- А с помощью чего релаксируют в наше время? – осторожно спросил я.
- Ой, ну в наше время существует множество продвинутых методов релаксации, - быстро начала вводить меня в курс дела девушка, - одним из лучших является метод академика Анохина.
- Я никогда о нем не слышал, - честно признался я.
- Академик Анохин, - продолжала девушка, - заметил, что существует лишь один вид полной релаксации – это смерть. И если человек искренне хочет расслабиться, если это его собственный выбор, то мы должны ему помочь умереть.
- Ну, не самый привлекательный метод, - произнес я, с опаской косясь на кобуру девушки.
- Не надо бояться! – сказала девушка улыбаясь и делая успокаивающий жест рукой.
- По методу академика Анохина, - с улыбкой продолжала она, - человек умирает не до конца, он проходит лишь половину пути до смерти, а потом он, уже расслабленный, возвращается к жизни.
С этими словами девушка взяла мой билет, поставила на нем штампик «досмотрен», и что-то написала рядом.
- Я вам тут написала адрес сайта академика Анохина, - сказала девушка, - и желаю вам удачного полета и счастливого пути. А когда прилетите к себе в Бостон, изучите Анохина, хорошо?
- И я Вас прошу! – добавила она, - я Вас прошу! Никогда, слышите, никогда не релаксируйте с помощью какой-то там йоги!

Ольшевский Вадим

Я была контрабандой записана в библиотеку при Уралвагонзаводе. Контрабандой - потому что официально можно было только взрослым, а меня записали в 12 лет - и давали книг сразу на два читательских - мой и мамин.
"Поющих в терновнике" я выцелила сразу на столе новых поступлений - за толщину тома: тонкие книги слишком быстро кончались. Но библиотекарь Клара Абрамовна строго сказала: я начала читать, и что-то не уверена, что тебе можно. Дочитаю - скажу.
Три дня я терпела. Потом пришла к Кларе.
- Так. В школу не носить. Подружкам не давать. Маме скажешь, что я разрешила. Бери на шесть дней. За три прочитаешь, потом перечитаешь, потом верни - на нее уже очередь.

Евгения Пайсон

Ваши пословицы порой застают меня врасплох. Говорю с человеком, он вдруг из эфира вытаскивает “Локоть близок, да не укусишь”.
И я стою, продолжаю по инерции кивать, но за глазами мысли бегают:
“А зачем мне свой локоть укусить?”
“А как мне проверить это так, чтобы не заметили…?”
“А вдруг он про свой локоть и это вызов?”
И я всё молчу, и киваю, притворяясь, что понимаю, ментально запоминая укусить локоть потом, когда очевидцев нет.
“Ай, Крэйг, ласковый телёнок двух маток сосёт. Понимаешь?”
Тут мысли закружились в сумбурный хоробег.
“А телёнок я или я одна из маток?”
“Виктория Василевна... Это флирт?”
Какое-то время я решил игнорировать ваши врасплошные поговорки. А то стыдно, когда заставляешь Гендиректора объяснить, что такое “матка”.
Но после несколько лет, я понял, что лучше бы их изучать. А то они, как гейзеры, всплывают из магматических глубин русского языка, сбивая меня с ног и толку. Неизбежного не избежать. Так стоит ли бежать?
Сначала, я думал, что это просто облегчит мое общение с русскими и облегчит напряжение в кивательной мышце и в бровях от хмурумного вида.
Думал месяц-два позанимаюсь, потом вернусь к своему серьезному изучению русских мультиков. Но я обнаружил массивный пласт русского языка, метафоричности и психологии. Древняя библиотека мудрости о мироздании и людей. На всякого Егорку есть поговорка!
Чем глубже я копал, тем больше понял, что не скоро смогу включить Чебурашку.
Век живи, век учись, а дураком помрёшь.
Но, узнав, что терпение и труд всё перетрут, я храбро продолжал свой поход, поговорка за поговоркой. Собирай по грибку - наберешь кузовок. Курица по зернышку клюет да сыта бывает.
А сколько у вас вкусных языковых зернышек! Я не ожидал какое богатство я наберу…
Первое богатство - реакция русских, когда я сам начал высказывать поговорки. Однажды я сказал: “Не всё коту масленица, будет и великий пост.”
Все в комнате замолчали и смотрели на меня, словно я кулик, которые заговорил на человеческом “Хотите погостить мою болото? Оно уютно да чистенько!”
Это понравилось моим рецепторам дофамина. Ай, с пословицей речь красна! Увы, порой я неправильно вспоминал их, и уродилась какая-то погословица, как “В чужой монастырь, со своим самоваром не ходят” или “я не знаю, моя лощадь с краю”. Но это неизбежно, наверное.
Пока читал их, в голове нарисовалась картина, словно рукой Шишкина: кулики, волки, медведи, воробьи, грибы…
Про грибы немало!
“Гриб не хлеб, а ягода не трава”. Эта немного сломала мою голову. Не мог придумать что делать с этой информацией.
“Назвался груздок — полезай в кузовок”. Это было сразу понятно, про ответственность. Я стал меньше выпендриваться, что я пышный груздок.
“Мал гриб, да в городе знают.” Ай, ну это просто милота милотейшая!
“Бояться волков, быть без грибов”.
От последней грибной мудрости в моей душе раззвенел звонкий отзыв. Очень часто в жизни, я не пошел навстречу возможности, потому что боялся. Старался найти мужества и храбрости, но видел одни ужасающие последствия. Жил сострашно и без грибов. Ай, у страха глаза велики, да ничего не видят…
Еще помогла пословица “двум смертям не бывать, а одной не миновать”. Самая русская мудрость ever…
Осознав, что я застрял из-за страхов, я смог начать прорабатывать их, и освободиться. А пока освобождался, говорил себе “глаза боятся, а руки делают!”. Когда прокрастинирую, валандаюсь и думаю “Наверное сегодня не стоит это делать…”, теперь приходит голос со словами: “У лентяя Федорки всегда отговорки. На отложенное дело снег падает!”. Спорить с такими железобетонными нельзя, можно только руки в ноги и снова работать.
Поговорки помогли мне навести порядок в голове, и порядок время бережет!

Craig Ashton

Как я с британкой в ресторан ходил

Однажды, когда я работал в британской конторе, меня командировали на Мальту в феврале.

Не помню почему, но я не стал упираться.

Приезжаю туда и впервые встречаю своих коллег очно. А они меня не видели раньше, потому что мы созванивались по скайпу без видео.

До сих пор помню лицо британского коллеги Марка, когда я подошел к нему и сказал:

— Hi Mark, it’s Sergey from Russia.

В общем, мы поржали и стали искать рестик, где сядем обсуждать дела.

Кроме меня и Марка, с нами было еще пару коллег и наш главный босс, директор по маркетингу всей компании. Белокурая британка, лет 40.

Она было очень напористая, энергичная и требовательная. Возможно поэтому мне приходилось работать.

Мы находим ресторан.

В нем есть один столик, как раз на пятерых человек. Вроде идеально, но он в центре и с него не так красиво видно море.

Мне обычно пофигу на вид, когда я прихожу пожрать, особенно за деньги компании.

Но наш босс не такая. Ей зачем-то встрялось сидеть с красивым видом.

Но все столики с видом заняты. Мне очевидно, что надо занимать последнее место и заказывать трапезу.

Наша британка оглядывается по сторонам в поисках идеального места. Закончив сканирование, она подходит к столику, за которым уже сидят люди и едят.

Хм, она что, планирует как Доктор Манхэттен испепелить их взглядом?

Наша начальница с невозмутимым лицом предлагает им пересесть за столик в центре, чтобы мы сели на их место.

Мои корейские очи распахнулись от охуевания. С этими взором я подошел поближе к нашему боссу. Видимо, чтобы придать международный статус нашим переговорам.

Охуевшими казался не только я. Мои коллеги тоже пытались подобрать челюсть. Не говоря уже о тех чуваках, которые сидели за столом с прекрасным видом.

Переговоры продолжались еще минуту. Наша шеф рассказывала про преимущества столика в центре. Я продолжал охуевать. Коллеги фейспалмить.

Но в итоге, благодаря невероятной харизме, обаянию и напористости нашего босса, я услышал как посылают нахуй по-английски.

Grey Keem

"...Узнал несколько подробностей покушения графини: не дочитав письма, ошеломленная бросилась сад пруду; увидавший повар побежал дом сказать: графиня изменившимся лицом бежит пруду. Графиня, добежав мостка, бросилась воду, где прошлом году утонули две девушки. Вытащила Александра, студент Булгаков, лакей Ваня; повар. Сейчас чувствует себя несколько лучше"
(из телеграммы, отправленной Н.Е. Эфросом для петербургской газеты "Речь" после бегства Толстого из Ясной Поляны 3 ноября 1910 г.)
До нас дошла только одна фраза из всех важных и серьезных писаний этого достойного человека. Потому что ее использовали два смешливых молодых писателя для веселой несерьезной книги, хоть и написанной в скверные, мрачные времена.

Татьяна Мэй

Выскочила за черешней. Пока ждала у лотка, из-за палатки слышу - рэп рвется. Ну, я заглянула любопытства ради, а там сыновья-подростки продавщицы, Джахид с Адилем, в телефон уткнувшись. Меня увидели, подпрыгнули - отец их в строгости держит, ерунды всякой не позволяет.
Ну, поздоровались, и я тут же вспомнила, как у нас ремонт бригада таджиков делала. И вот прихожу с работы, а муж сконфуженно рассказывает:
- Включил, знаешь, при Закире их национальную музыку...
- Зачем? - поразилась я, не дослушав.
- Хотел, чтобы ему приятно было! А он говорит: "Что это за говно играет? У нас такое только бабки слушают".
Представляю. Живу где-нибудь в Штатах. Убираю, скажем, дома американцев. А хозяева при мне Зыкину врубают. "Течет рекаааа Воооолга!" Я б убила на месте.

Татьяна Мэй

В каждом немецком отеле должна быть комната дежурного сантехника - для дам, приезжающих в одиночку.

Наверняка многие помнят историю великого князя Николая Константиновича, сына-остолопа царской семьи. Втрескался в американскую певичку Фанни Лир, и чтобы было на что её прельщать, спер драгоценные камни с оклада иконы у матери. Когда все всплыло, родственники, не снеся позора, объявили его сумасшедшим и законопатили в Туркестан. И чтобы не смел появляться в Петербурге.
А он ещё когда роман этот свой крутил, велел сделать мраморную копию статуи Венеры с яблоками - с лицом его обожаемой американской пассии.
Ну и я всегда умилялась, что мать ему эту статую послала в ссылку.
Вот, думала, какая мама хорошая. Про паровоз поет.
И тут вычитываю у Суворина в дневнике. Уже через несколько лет записано. Ему Барятинский пересказал трепотню с Ник. Константиновичем. «Из любви ко мне мои милые родственники взяли на память мои коллекции. Маман взяла даже статую моей любовницы-американки… и прислала мне её только через шесть лет, когда один посол, увидав её у неё, сказал: "Да это американка!" — "Какая?" — "Да вашего сына Николая!"

Татьяна Мэй

в Узбекистане есть древняя и странная традиция – называть близнецов Хасан и Хусен и одевать в одинаковую одежду. До самых преклонных лет. Известны случаи, когда узбекских близнецов одевали одинаково в девяностолетнем возрасте. Оба уже еле слышали, почти не ходили, но их наряжали в одинаковые чапаны и тюбетейки и выкатывали в креслах-качалках подышать свежим воздухом – одного в Самарканде, его брата-близнеца в Нью Йорке.
Если вы познакомились с человеком по имени Хасан, смело спрашивайте его, как поживает его брат Хусен и будьте уверены, что сейчас он одет точно так же.

Говорят, Ираклий Андроников, убедившись, что с силой воли полный швах, а дедлайн грозит обрушиться на его беспечную голову стремительным домкратом, научил дочку мощному заклинанию. И когда он, по обыкновению, увлекался с кем-нибудь необязательным трепом, рядом возникала двухлетняя Манана и ответственно кричала: “Ияська! Иди пиши биогьяфию Леймонтова!”
Внучка моя, которую можно было бы нанять за стопку блинов командовать “Таня, быстро иди работай!” - во-первых, далеко, а во-вторых, волнуясь от ответственности задачи, может спутать языки и закричать: “Арбайтен! Шнелле!” И потом рассказывать родителям, что бабушка, бормоча “не скажу, где партизаны”, полезла прятаться в шкаф вместо того чтобы писать хоть что-нибудь.

Татьяна Мэй

Эксперимент: "Плохое яблоко портит всю бочку"
Исследование о влиянии одного токсичного участника на эффективность группы
Исследователь: Will Felps
Место: University of Washington’s Foster School of Business
Название научной статьи:
"How, When, and Why Bad Apples Spoil the Barrel: Negative Group Members and Dysfunctional Groups"
(перевод: «Как, когда и почему плохие яблоки портят бочку: негативные члены групп и дисфункциональные команды»)
Опубликовано в журнале: Research in Organizational Behavior, 2006
Суть эксперимента:
В 40 командах студентов, работавших над реальными кейсами (управленческими задачами), внедряли одного актёра, изображающего одну из трёх "токсичных" моделей поведения:
1. "Downer" (пессимист): вечно мрачный, жалуется, говорит, что всё бессмысленно.
2. "Slacker" (лентяй): ничего не делает, отлынивает.
3. "Jerk" (задира): агрессивный, прерывает, высмеивает.
Все группы с "плохим яблоком" показали значительно худшие результаты по сравнению с контрольными (без актёра).
Производительность снижалась в среднем на 30–40%.
Участники начинали воспроизводить токсичное поведение: отгораживались, молчали, ленились или становились раздражительными.
Самый разрушительный тип — пессимист ("downer")
Он не конфликтует, но всегда выражает уныние, страх и неверие.
Его стиль кажется "реалистичным", но на деле он уничтожает командную энергию и креативность.
Люди рядом с ним молчат, сомневаются и перестают стараться.
Вывод Уилла Фелпса:
"Один-единственный человек с деструктивным поведением может уничтожить продуктивность всей команды, даже если остальные — способные и мотивированные."
«Наша работа показала, что влияние негативного участника группы не ограничивается его действиями — его поведение искажается, усиливается и отражается в реакции других участников, что и разрушает всю командную динамику"

Я уже не помню, какую рыбу ел в ресторане Бендер Аббаса с иранским подводником Сабой. Но кости в ней были длинными. Взял Саба такую кость и показал ею в море. Туда, где по замыслу всевышнего находится Дубай. Саба учился в СССР, был немного меня старше, прекрасно говорил по-русски.
- Вот там, за морем, в 1979 году не было ничего. Пустыня. И жили там погонщики ишаков. Знаете ли, арабы - дикие люди. Все великое на востоке сделали мы, персы. Арабы не могут ничего! А мы можем все! У нас наука, производство... вы где-нибудь видели арабскую машину, самолет?
Саба положил кость в тарелку, и налил себе газировки.
- Теперь, спустя 40 лет, Дубай - столица мира. Рейсы в любую точку планеты. Небоскребы. Зарплаты... пол-мира хочет там работать. Рестораны, торговые моллы... Дубай - город чудес. Это безрукие арабы сделали за 40 лет. Что изменилось за 40 лет у нас в Иране? Чего мы достигли? Каких зарплат, небоскребов? Что построили? Революционные власти нам обещали честное распределение доходов от нефти. И где эти доходы? Почему арабы живут в таком богатстве, а мы вот так?
В тот момент этот рассказ мне запомнился отношением перса к арабам. Нелюбовь! Никогда об этом не думал. А сегодня, конечно, рассказ этот звучит с другими акцентами.
Спроси меня Саба сегодня, почему Иран живет вот так, как живет, то ответ очевиден. Иранский режим деньги своих граждан пустил на Хизбаллу, на Хуситов, на ядерную бомбу, на военную машину, которая должна была угрожать всему региону... В том числе тем самым арабам залива. Огромные средства вкачивались в эти программы, и, как мы видим, бездарно.
Иран по размерам сравним с Россией - 100 миллионов человек, но никак не с Израилем. И такой невероятный позор. Прямо по песне "В небе берлинском летчик Покрышкин скорость превысил вновь"... Да, увы, многочисленные, хоть и тупые, иранские ракеты прилетели, в Израиле есть погибшие. От 2 до 4-х человек. Есть разрушения. Но в целом, ситуация для огромной страны позорная. Истребители Израиля делают в Иране что хотят, при полном бессилии иранских ПВО. Кстати, в том числе, знаменитых, или правильнее сказать, печально знаменитых российских ПВО. Сначала они "защищали" небо Сирии, теперь трудятся в Иране. Изделия хорошего экспортного потенциала, видимо. С большим будущим в продажах.
Удивительная картина, как нефтяная держава просвистала все, что имела. И сейчас ее судьба решается далеко от Тегерана. Демонтировать или оставить страшное пугало для равновесия в регионе. Не то курам на смех, не то для острастки соседей. Иран в заливе чтобы Сауд не скучал.
Впрочем, не в Тегеране это решать будут. Теперь.

Z. Gurevich

В 1964 году вышел первый сборник советского фантаста Ильи Варшавского «Молекулярное кафе». В нем он рисует прообраз голосового помощника (Кибеллу).
А в 1970 году Варшавский опубликовал рассказ "Любовь и время" о знакомстве советского инженера и девушки Маши из будущего. В нем он предсказал появление интернет-поисковика:
«Понимаете ли, я живу в такое время, когда библиотек уже нет, одна машинная память. Это, конечно, гораздо удобнее, но если нужно откопать что-нибудь древнее, начинаются всякие казусы. Я запрашиваю о Пастернаке, а мне выдают какую-то чушь про укроп, сельдерей, словом, полный набор для супа.
С Блоком еще хуже. Миллионы всяких схем электронных блоков».

– Хотите анекдот? – нарушил паузу Манолис, который считался в компании главным комиком.
– О чем он? – осторожно уточнил Прокопий. – О еде?
– Да… О еде, но и не только… Готовится Христос к Тайной вечере. Приходит в сувлачную, заказывает для апостолов гирос куриный, с помидорами и соусом… «Мне без лука», – просит Иуда.
– Почему? – спрашивает Христос. – Иуда, ты что, сегодня собираешься целоваться?

Ekaterina Phyodorova

Mой муж однажды руководил процессом. Спасибо, не кесаревым, хотя я в нем не сомневаюсь. Он ведь присутствовал уже при третьих родах, а юный врач — при первых.
"Монитор проверь! Пульс плода повышен! Кислород! (бывалая медсестра рефлекторно подчиняется командному голосу) — давай! Апгар?! Всем спасибо!"
ничто так не бодрит, как надежда избежать расходов.

Marina Feygelman

Любители птиц в Калифорнии любят вешать ярко-красные кормушки, наполненные сладкой водой, чтобы привлечь колибри в свои сады. И всего за несколько поколений в районах, где такие кормушки были обычным явлением, клювы колибри стали длиннее — более длинный клюв с большим объемом является преимуществом в ситуации, когда корма в избытке. Кроме того, колибри расширили свой ареал на север, от Южной Калифорнии до побережья Британской Колумбии (Канада).

Журнал Global Change Biology

Неверно оценив обстановку, я случайно хлопнулась в обморок, как говорится, не в то время и не в том месте. Это со мной бывает иногда, это наш финский культурный код, папа мой тоже пару раз неожиданно отправлялся в нокаут, порезав, например, мизинчик. Но обычно я падаю среди соотечественников, а у них нет четкого алгоритма действий, они импровизируют. В Португалии от солнечного удара я единственный раз в жизни упала во время шоу, причем на финале номера, уже по дороге в кулисы, так мой партнер Петя на секунду призадумался, а потом взял меня за ногу и затащил внутрь, чтобы на сцене не валялось лишнего.
Ну так вот. Я возьми и брякнись в отеле у друга, прямо на ресепшн, прямо на руки девушке-портье. Девушка взвизгнула «Штефааааан!!!!», а Штефан сразу хоп - и вызвал скорую, тут я очнулась и пыталась это цунами остановить, но тевтонская природа не терпит суеты, если уж решили напасть на Рим, так идём и нападаем, туда-сюда не бегаем. И вот я сижу на стуле, как дура, а на меня надвигаются пятеро в красных спасательных костюмах да еще и с аппаратурой.
Когда выяснилось, что я здорова, как конь, что падаю крайне редко и исключительно из уважения к семейным традициям, доктор спросил, а почему, интересно, мой папа падает в обморок. Я ответила, что, во-первых, не падает, а падал, эти штучки у него давно в прошлом, а во-вторых, причины бывали разные. Вот, например, однажды, когда ему было двадцать пять, он пошел в булочную, взял четвертинку круглого за четыре копейки и городской батон за двадцать две, встал в кассу и через окно увидел скорую помощь, из который вышли двое в белых халатах. Папа подумал «а вдруг за мной» и потерял сознание.
«А почему ваш папа испугался врачей?» - спросил доктор и на всякий случай еще раз пощупал мне пульс.

Lisa Sallier

У меня был не так давно очень нестандартный случай продажи на авито, ломающий сложившуюся систему взаимоотношений "продавец-покупатель". В общем, осталось у меня чуть больше половины пачки кирпича. Разместил на авито с самовывозом. Ну, традиционно началось то, что и так все знают. Потом херак, звонит человек, мол сними с продажи я приеду. Кидает задаток в тысячу. Снимаю. Жду. Через два дня никто на связь не выходит - пытаюсь позвонить - недоступен. Ну, подождал еще неделю. Звонит, мол не приеду, задаток оставляй себе. Ок. Размещаю опять. Почти сразу звонок и через час приезжает чел с прицепом. Отдает деньги за все и грузит. Посде погрузки трети, понимает, что прицеп не вывезет и решает что надо отвезти что набрал, зацепить другой и вывезти остальное. Ну, говорю, ок. Я подожду. В общем, чел не приехал. На следующий день позвонил - говорит некогда, заеду на следующей неделе. Вспомнил я про него через месяц. Позвонил, мол кирпич-то когда заберешь? Говорит отъебись пока с кирпичом, некогда. Ну ладно, давай хоть деньги остаток переведу. Карты нет у него привязанной к тплефону. Потом как-нибудь. В общем, немного подождал и опять разместил на авито - кирпич-то мешает. Думаю, приедет, отдам деньги за остаток. И вот у меня уже опять задаток в тысячу на руках, и покупатель уже второй день не выходит нс связь...
Подумываю прикупить еще пару пачек. Что-то есть в этом бизнесе.

Spacemarin

Одним из признаков хорошего произведения является возможность множества трактовок сюжета. Хороший фильм можно смотреть на разных уровнях. Например, у меня был знакомый, который смотрел «Криминальное чтиво» как крутой боевик.
Об этом же пишет Пелевин в «Чапаеве». Там один из бандитов рассказывает: «Я недавно кино посмотрел по видаку, "Палп фикшн", про американскую братву. Так мне легко потом было! Словно понял, как жить надо дальше».
Мне же больше нравится версия, что «Криминальное чтиво» — это ода случайностям, которые определяют всю нашу жизнь.
Просто напомню сюжет:
Два мелких грабителя случайно решают ограбить забегаловку
Джулс и Винсент потом случайно зайдут именно в этот ресторан
Случайно ни одна из шести пуль не попадает в Джулса и Винсента
У наркоторговца Лэнса случайно заканчиваются шарики и он насыпает героин для Винсента в пакетик для кокаина
Мия случайно находит героин в кармане пиджака Винсента и принимает его за кокаин
Винсент в этот момент случайно отходит в туалет
Фабиан случайно забывает взять золотые часы Буча, которые были так важны для него
Винсент случайно забывает пистолет-пулемёт, когда идет в туалет
Буч случайно возвращается домой именно в этот момент
Буч случайно встречает Марселласа на переходе и сбивает его
Они случайно забегают именно в ломбард к садистам Зеду и Мейнарду
Автомобиль с гангстерами случайно наезжает на кочку и Винсент случайно стреляет Марвину в голову

Dmitry Chernyshev

Рисую в кафе. Не могу открутить колпачок у штрих-краски. Прошу парней, что за соседним столиком сидят с девчонками:
- Открутите пожалуйста колпачок, что-то у меня сил не хватает. Старею... А у вас, вижу, клешни посильнее.
Мужики восприняли как вызов. Крутили, пыхтели - никак. Засохла.
- К сожалению, не можем... даже такими клешнями.
Говорю:
- Не переживайте, мне даже приятно, что вы не смогли.
Вот зачем я это брякнул? снова вызов...
- Дайте сюда! - сказал самый клешнявый. Подошел к двери кафе, зажал ею колпачок и открутил, взявшись за флакон:
- Вот!!!
Говорю:
- Да, а сейчас было неприятно. В который раз убеждаюсь, что сила человека не в клешнях, а в мозге!
С каким обожанием девушка смотрела на своего клешнявого - не передать.

С. Иоффе

А моя дочка, если к врачу идет, хоть на прививку от гриппа, хоть с ангиной, кончается всё одинаково: «Деточка, у тебя мама-папа есть? А они тебя кормят? Хочешь у нас покушать?»
Она тут кровь ходила сдавать. Ее выгнали, но положенный всем донорам обед все равно предложили.

По бизнесу получаю рассылку с аннотациями новинок. Когда-то даже коллекционировал особо выдающиеся, потом бросил. Вот два романа одного автора (авторки). Время публикации легко определяется по контексту.
1. «Рецепт». Из-за Болотного разгрома и уголовной ловли Кирилл сваливает на дачу на Лазурном Берегу. Ася сбегает из-под домашнего ареста и под видом мешка с картошкой в грузовике покидает Россию. Кирилл едет разыскивать Асю в Брюссель, но поездка полностью переворачивает всю его жизнь.
2. «Взаимность». Оппозиционный сайт «Будущее время» заблокирован генпрокуратурой. Яна, главный редактор сайта, подозревает, что ее любовник Никита подослан к ней спецслужбами. Яна бросается на исповедь к знакомому священнику. Но в церкви, руководство которой коррумпировано преступной властью, Яну ждет еще более трагический выбор.

Сергей Злобин

Мальчик из техподдержки тестирует у меня проблемы с телефонной связью.
Читаю ему по телефону стихи (проверяем слышимость): "Я помню чудное мгновенье" и "Зима! Крестьянин, торжествуя...".
Мальчик, помолчав: кто это написал?
Я: Пушкин. Александр Сергеевич...
Вот. А могла бы сказать: я!

Ирина Семичева

На старых фото начала ХХ века на улицах очень мало женщин. Разумеется, они ходили в магазины и на рынки, но в процентном соотношении их было в разы меньше, чем мужчин.
Была одна серьезная причина, которая сильно ограничивала перемещение женщин — отсутствие общественных туалетов. Женщины старались планировать свои перемещения так, чтобы не попасть в неловкую ситуацию. Мужчинам-то было гораздо проще.
И настоящая эмансипация началась именно с появления женских общественных туалетов.

На заре своей блестящей карьеры Джеймс Кэмерон («Чужие», «Терминатор 2», «Титаник», «Аватар») работал художником-постановщиком на съемках низкобюджетного фантастического боевика «Галактический террор», категории треш. Ему поручили снять отрубленную руку, которую поедают личинки. Реквизитор сделал фальшивую руку, Джеимс посыпал ее мучными червями, осветил кадр и включил камеру, но опарыши не двигались.
«Они выглядели совершенно инертными, — рассказывал Кэмерон. — Мне пришло в голову взбодрить их слабым электрическим током. Может, тогда они станут двигаться немного быстрее?
Итак, мы все приготовились к съемке. Два продюсера подошли ко мне сзади, чтобы посмотреть, как я работаю, потому что они слышали, что я немного занимаюсь режиссурой. Я включил камеру, сказал «Мотор», и продюсеры увидели, как двести мучных червей ожили. Когда я сказал «Снято», они перестали двигаться.
Это произвело огромное впечатление: начальники решили, что если я смог добиться такой игры от червей, то, вероятно, буду очень эффективно работать с актерами.»
В тот же день Кэмерону предложили должность режиссера на съемках фильма ужасов «Пиранья 2: Нерест».

Лет двадцать назад подруга жила в Стамбуле. Как-то нашла в интернете такое развлечение, как переплыть пролив Босфор для всех желающих.
Она зарегистрировалась и явилась вовремя в означенное место. Её не допустили к заплыву, потому что:
а). пришла без сопровождения мужчины;
б). намеревалась плыть в раздельном купальнике типа "бикини", а разрешался только закрытый.
И регистрационный взнос - не вернули.

Очень много лет назад одна моя подруга-художник впервые приехала в Германию, но не успела провести и двадцати четырех часов на немецкой земле, как откуда-то из глубины её организма вдруг посыпались камни, и подругу с температурой, рвотой и прочей дрянью под вой сирен умчали в университетскую клинику города Майнца. Там ей вкололи обезболивающее, она пришла в себя, открыла глаза, огляделась и немедленно зажмурилась снова, ослепленная абсолютной сияющей красотой вокруг. «Я умерла, - подумала она, - и всемилостивейший Господь отправил меня в рай».
Один за другим в ее палату входили белоснежные викинги. Викинги были душераздирающе молоды, высоки, статны, голубоглазы, русы, мускулисты, от висящих на их шеях стетоскопов сами по себе расстегивались пуговицы на блузке, а их белые халаты небрежно прикрывали интеллигентностью мужественность. Викинги брали подругу за руку, проверяли пульс, измеряли давление, они расспрашивали ее о самочувствии, они ставили капельницы и заботливо советовали побольше пить. Минус был один: от переизбытка в организме головокружительных эмоций камень тут же расщепился на молекулы, раскрошился на атомы и унесся прочь, и подругу через два дня из университетской клиники выперли, хотя она умоляла позволить ей остаться там навсегда, лежать на высокой кровати, со слабой улыбкой протягивать спасителям холодные пальцы, и пусть бы на ее бледных щеках, тревожа врачей, вспыхивал и вспыхивал лихорадочный румянец.
С тех пор прошло много лет, но легенда о викингах в белых халатах прочно закрепилась в сообществе художников-постановщиков театра кукол.
Спустя четверть века другая моя подруга, тоже по стечению обстоятельств художник-постановщик, приехала к нам в Германию работать и в какой-то момент с неизвестными и таинственными симптомами воспаления на ноге оказалась в больнице города Оффенбурга. От предвкушения она была почти что в обмороке, шутка ли, двадцать лет тайных грез, и вот они, высокие двери, ведущие в райские кущи, сейчас они распахнутся, и тридцать витязей прекрасных…
Но белые двери наконец-таки распахнулись, и через них в комнату колобком вкатился маленький кривоногий кореец, лысый, зубастый, до жути страшный и злой, как черт.
(Весь ковидный год мы с Димой и детьми прожили в Корее, там нас отвезли в местную больницу, чтобы сдать ПЦР-тест, мрачная корейская тётка с размаху сунула мне палку в нос, а когда я инстинктивно отшатнулась, схватила меня сзади за волосы и ткнула вперёд, и тут я поняла, что в Корее врачи пациентов любят без увертюры.)
Подругину ногу кореец осматривал, ворчливо приборматывая. Потом щелкнул челюстью и завопил: «Воспаление не находить, находить варикозное расширение, а почему находить? Потому что очень много лишний вес, потому что каждый хотеть на диване лежать, шоколад кушать, телевизор смотреть, а надо вставать спорт делать каждый день и ходить тысяч шагов, и нет много жрать, тогда и в больницу не ходить, и еще чулки специальные носить и не говорить истории! Еще вопросы спрашивать?»
Мы в ужасе сказали, что ещё вопросы спрашивать не имеем, но тут кореец случайно посмотрел в окно, с тоской увидел, что вместо небоскребов родного Сеула там карлятся опостылевшие особняки южнонемецкого барокко, вспомнил, что у тутошних дикарей свои ритуалы, повернулся к нам и, радушно оскалившись насколько мог, сообщил: «Хорошего дня!»
И выкатился вон.
«В детстве, - сказала подруга, - я однажды шесть часов стояла в очереди за сгущёнкой. И представляешь, сгущёнка кончилась как раз на мне. Вот и викинги тоже кончились…»

Lisa Sallier

Steinway&Sons — один из самых известных производителей роялей и пианино в мире. Вторая Мировая война сильно ударила по производству музыкальных инструментов: железо, медь и латунь пошли на военные нужды.
Но в 1942 году Совет по военному производству обратился к Теодору Э. Стейнвею с просьбой разработать прочную модель пианино для использования в армии США — для поддержания боевого духа солдат. Пианино должно было быть компактным, чтобы его можно было перевозить на корабле или сбрасывать на парашюте. Кроме того, оно должно было выдерживать влажность южной части Тихого океана.
В результате получилась модель Victory Vertical, с усиленным каркасом, но достаточно лёгкая для переноски вчетвером. Клавиши покрывались целлулоидом, а не слоновой костью, струны были покрыты не традиционной медью, а мягким железом. На изготовление военно-музыкального инструмента уходило в десять раз меньше металла, чем в мирное время. Victory Vertical использовался на всех театрах военных действий и мог поместиться в бомбоотсеке Boeing B-17 "Летающая крепость".
Steinway & Sons выпустили около пяти тысяч Victory Vertical, примерно половина из которых попала в вооруженные силы, а остальные продали школам — там тоже нуждались в недорогих, но прочных инструментах.
До 1945 года помимо «военных» пианино, компания Steinway&Sons производила деревянные комплекты для сборки десантных планеров.

Приятель из Кении вернулся. Рассказал, как он там нашел траву, не зная языка.
Идёт по пляжу, навстречу два негра. Он к ним: Джумба ! (привет, значит). Они ему: Джумба ! Он им: Боб Марли... реги...
Они начали петь и танцевать. Потом сказали: Ду ю вонт боб марли сигаретс ?
И всё, дело сделано.

Yamaho