А вы знаете, что одну из самых пронзительных ролей в истории мирового кино сыграла актриса, которой было далеко за восемьдесят?
Ей было 86 лет, когда она пришла на пробы к «Титанику». В 87 она шла по красной дорожке церемонии «Оскар». Она прожила ровно сто лет. И это история о том, что никогда — действительно никогда — не поздно.
В 1996 году режиссёр Джеймс Кэмерон подбирал актёров для самого дорогого фильма своего времени. «Титаник» задумывался как масштабное зрелище, но прежде всего — как история любви, памяти и утраты. Молодую Роуз он нашёл быстро. Кейт Уинслет было всего 21, и в ней было всё, что нужно для роли юной девушки, впервые столкнувшейся с настоящим чувством на борту обречённого корабля.
А вот со Старой Роуз всё оказалось куда сложнее. Кэмерон искал не просто пожилую актрису. Ему была нужна женщина, чьё лицо само по себе рассказывает историю. Глаза, в которых читаются прожитые десятилетия. Человек, способный вместить в себе 84 года памяти, любви, потерь и молчаливой силы.
Так он нашёл Глорию Стюарт.
К тому моменту ей было 86. Она не снималась активно уже много десятилетий. Для широкой публики её имя почти исчезло из памяти — Голливуд ушёл вперёд, меняя эпохи, лица и смыслы. А она ушла ещё раньше.
В 1930-х Глория Стюарт была настоящей звездой студии Universal. Она снималась в классических фильмах ужасов — «Человек-невидимка», «Старый тёмный дом» — работала в расцвете золотой эпохи Голливуда, была молодой, красивой, востребованной. Но в 1940-х, находясь на пике карьеры, она сделала редкий для того времени выбор — ушла сама.
Не из-за скандалов. Не из-за отсутствия ролей. А потому, что хотела большего — свободы и контроля над творчеством. Голливуд той эпохи женщинам этого не давал. И Глория выбрала искусство вне камер. Она стала художницей, занималась живописью, графикой, скульптурой, прожила долгие десятилетия в тишине мастерских и выставочных залов.
И вдруг — звонок от Джеймса Кэмерона.
Прочитав сценарий, Глория сразу поняла, чего от неё ждут. Не просто текста и мизансцен. А подлинного, прожитого чувства. Женщины, которая несёт любовь через всю жизнь, как тихую, незаживающую рану.
«Я могу это сделать», — сказала она. И сделала.
Её роль в «Титанике» легко недооценить на фоне масштабной катастрофы, молодой страсти и визуального размаха. Но именно Старая Роуз удерживает всю историю. Она — рамка, голос памяти, точка опоры. Женщина, оглядывающаяся назад через почти столетие и пытающаяся объяснить, что значит быть молодой, влюблённой и по-настоящему живой.
Посмотрите на её лицо в сцене, где она впервые видит рисунок Джека. Восемьдесят четыре года сжимаются в одну секунду. Услышьте, как она говорит: «Прошло 84 года, а я всё ещё чувствую запах свежей краски». Это не актёрская игра. Это прожитая жизнь.
Глория Стюарт родилась 4 июля 1910 года — в эпоху немого кино, всего через два года после гибели настоящего «Титаника». К моменту съёмок фильма она пережила две мировые войны, Великую депрессию, расцвет и закат студийной системы, рождение и развитие звукового кино и собственную карьеру — фактически дважды.
Она уже прожила целую жизнь. И именно тогда началась вторая.
В 1997 году «Титаник» вышел на экраны и стал мировым явлением. А Глория Стюарт в 87 лет получила номинацию на «Оскар», став самой возрастной номинанткой в истории этой категории. Статуэтку она не получила. Зато получила нечто куда более ценное — возвращение в мировую память.
В интервью она говорила просто и точно: «Никогда не поздно. Возраст не имеет значения, если тебе есть что сказать».
Она прожила до 2010 года — ровно сто лет. И в последние годы своей жизни была известнее, чем в юности. Не благодаря красоте. А благодаря мудрости.
Самая сильная сцена «Титаника» — не крушение корабля. А Старая Роуз, которая ночью отпускает прошлое. Глория знала, как это — жить дальше.
Её жизнь доказывает:
не обязательно быть безстрашной, чтобы быть смелой;
не нужно быть молодой, чтобы быть значимой;
и никогда — действительно никогда — не бывает поздно.
Ей было 86, когда она пришла на пробы.
87 — когда шла по красной дорожке.
100 — когда завершился её земной путь.
Она прожила не просто долгую жизнь.
Она прожила жизнь полную.
И, пожалуй, в этом — самое главное.
Жизнь Прекрасна ©️
Из сети
Рассказчик: Оби Ван Киноби
07.05.2025, Новые истории - основной выпуск
Заполярный снайпер, наводивший ужас на врага. Удивительная история Марии Матюхиной
«Я в морской пехоте нашей
Встретил девушку вчера.
Мне сказали: это Маша,
Наш товарищ и сестра».
Эти строки из стихотворения «Наша Маша» посвящены снайперу и санинструктору Марии Матюхиной с удивительной судьбой. Это была одна из немногих девушек, служивших в морской пехоте Северного флота. Она метко стреляла, о ее подвигах гремела слава по всему фронту.
В сегодняшнем материале рассказываем, как Матюхиной удавалось совмещать две воинские специальности и за что она была удостоена медали «За отвагу».
Мария родилась 10 марта 1919 года в селе Белитино под Курском в крестьянской семье. Когда началась Великая Отечественная, Мария записалась добровольцем на фронт.
Она была зачислена на курсы медсестер, после прохождения которых оказалась в рядах 12-й бригады морской пехоты Северного флота. Эта часть участвовала в боях за полярным кругом в суровых погодных условиях.
Батальон, где служила Матюхина, занимал позиции в районе малой сопки хребта Мустатунтури, это был самый северный участок фронта. Здесь враг так и не смог пересечь государственную границу СССР.
Советские войска занимали оборону среди скал, подобраться к их укрепленным позициям по открытой местности практически без растительности было затруднительно. Немцы несколько раз атаковали превосходящими силами, но все их удары были отбиты.
Свой вклад в героическую оборону внесла и Матюхина. Во время сражений она находилась на передовой и под немецким огнем перевязывала раненых. Поскольку на этом участке фронт долго оставался статичным, Мария использовала время в перерывах между боями для получения новых навыков.
К началу 1943 года Матюхина освоила снайперскую специальность. Она научилась метко стрелять из винтовки с оптическим прицелом, освоила все тонкости снайперской работы, в бою регулярно меняла позиции, умело маскировалась.
Девушка совмещала свои обязанности по спасению раненых с охотой на противника. Это было непросто, но у Матюхиной получалось. Только с 11 февраля по 8 марта 1943 года она уничтожила семь солдат противника.
За свои заслуги Мария Ивановна Матюхина была награждена медалью «За отвагу». Девушка продолжила храбро сражаться, прошла всю Великую Отечественную.
Из сети
«Я в морской пехоте нашей
Встретил девушку вчера.
Мне сказали: это Маша,
Наш товарищ и сестра».
Эти строки из стихотворения «Наша Маша» посвящены снайперу и санинструктору Марии Матюхиной с удивительной судьбой. Это была одна из немногих девушек, служивших в морской пехоте Северного флота. Она метко стреляла, о ее подвигах гремела слава по всему фронту.
В сегодняшнем материале рассказываем, как Матюхиной удавалось совмещать две воинские специальности и за что она была удостоена медали «За отвагу».
Мария родилась 10 марта 1919 года в селе Белитино под Курском в крестьянской семье. Когда началась Великая Отечественная, Мария записалась добровольцем на фронт.
Она была зачислена на курсы медсестер, после прохождения которых оказалась в рядах 12-й бригады морской пехоты Северного флота. Эта часть участвовала в боях за полярным кругом в суровых погодных условиях.
Батальон, где служила Матюхина, занимал позиции в районе малой сопки хребта Мустатунтури, это был самый северный участок фронта. Здесь враг так и не смог пересечь государственную границу СССР.
Советские войска занимали оборону среди скал, подобраться к их укрепленным позициям по открытой местности практически без растительности было затруднительно. Немцы несколько раз атаковали превосходящими силами, но все их удары были отбиты.
Свой вклад в героическую оборону внесла и Матюхина. Во время сражений она находилась на передовой и под немецким огнем перевязывала раненых. Поскольку на этом участке фронт долго оставался статичным, Мария использовала время в перерывах между боями для получения новых навыков.
К началу 1943 года Матюхина освоила снайперскую специальность. Она научилась метко стрелять из винтовки с оптическим прицелом, освоила все тонкости снайперской работы, в бою регулярно меняла позиции, умело маскировалась.
Девушка совмещала свои обязанности по спасению раненых с охотой на противника. Это было непросто, но у Матюхиной получалось. Только с 11 февраля по 8 марта 1943 года она уничтожила семь солдат противника.
За свои заслуги Мария Ивановна Матюхина была награждена медалью «За отвагу». Девушка продолжила храбро сражаться, прошла всю Великую Отечественную.
Из сети
13.01.2023, Новые истории - основной выпуск
Однажды, после 12 лет совместной жизни, моя жена пожелала, чтобы я пригласил другую женщину на ужин и в кино.
Она сказала мне: «Я люблю тебя, но знаю, что и другая женщина любит тебя, и хотела бы с тобой провести время».
Другая женщина, которой моя жена просила уделить внимание, была моей мамой. Она была вдовой уже на протяжении 19 лет. Но так как моя работа и трое детей требовали от меня всех моих сил, я мог посещать ее только изредка.
В тот вечер я позвонил ей, чтобы пригласить ее на ужин и в кино.
– Что случилось? Ты в порядке? — сразу спросила она.
Моя мама — из того разряда женщин, которые сразу настраиваются на плохие новости, если телефон звонит поздно.
– Я подумал, что тебе приятно будет провести со мной время: — ответил я.
Она задумалась на секунду, затем сказала: ‘'Я очень хочу этого'’.
В пятницу после работы я ехал за ней и слегка нервничал. Когда моя машина притормозила возле ее дома, я увидел ее стоящей в дверях и заметил, что она, похоже, тоже немного волновалась.
Она стояла в дверях дома, накинув пальто на плечи. Ее волосы были закручены в локоны, и она была в платье, которое она купила на празднование последней годовщины своей свадьбы.
– Я сказала своим друзьям, что мой сын сегодня проведет со мной вечер в ресторане, и они остались под глубоким впечатлением, — сказала она, садясь в машину.
Мы поехали в ресторан. Хотя не роскошный, но очень красивый и уютный. Моя мама взяла меня под руку и шла так, словно она была первой леди.
Когда мы сели за столик, мне пришлось самому читать ей меню. Глаза матери теперь могли различать только крупный шрифт.
Дочитав до середины, я поднял глаза и увидел, что мама моя сидела, глядя на меня, и ностальгическая улыбка играла на ее губах.
– Раньше, когда ты был маленький, все меню читала я, – сказала она.
– Значит, настало время, когда нужно платить услугой за услугу, – ответил я.
За ужином у нас получился очень хороший разговор. Вроде бы ничего особенного. Мы просто делились последними событиями в нашей жизни. Но мы так увлеклись, что опоздали в кино.
Когда я привез ее домой, она сказала: «Я еще раз поеду с тобой в ресторан. Только на этот раз я приглашаю тебя».
Я согласился.
– Как прошел ваш вечер? – спросила меня жена, когда я вернулся домой.
– Очень хорошо. Намного лучше, чем я его себе представлял, – ответил я.
Несколько дней спустя моя мама умерла от обширного инфаркта…
Это произошло так внезапно, что у меня не было никакого шанса что-то для нее сделать.
А еще несколько дней спустя я получил конверт с квитанцией об оплате из того ресторана, в котором мы с мамой ужинали.
К квитанции прилагалась записка:
«Я оплатила счет за наш второй ужин заранее. Правда, я не уверена, что смогу поужинать с тобой. Но, тем не менее, я заплатила за двух человек. За тебя и за твою жену. Вряд ли я когда-нибудь смогу объяснить тебе, что для меня значил тот ужин на двоих, на который ты меня пригласил: Мой сын, я люблю тебя».
… Берегите своих родителей! Они единственные, кто искренне радуются вашим успехам и переживают за ваши неудачи. Будьте с ними чаще, чем это возможно, ведь день, когда их не станет, наступит совсем неожиданно…
Автор: Рекки Индис
Художник: Зина Казубаева
Она сказала мне: «Я люблю тебя, но знаю, что и другая женщина любит тебя, и хотела бы с тобой провести время».
Другая женщина, которой моя жена просила уделить внимание, была моей мамой. Она была вдовой уже на протяжении 19 лет. Но так как моя работа и трое детей требовали от меня всех моих сил, я мог посещать ее только изредка.
В тот вечер я позвонил ей, чтобы пригласить ее на ужин и в кино.
– Что случилось? Ты в порядке? — сразу спросила она.
Моя мама — из того разряда женщин, которые сразу настраиваются на плохие новости, если телефон звонит поздно.
– Я подумал, что тебе приятно будет провести со мной время: — ответил я.
Она задумалась на секунду, затем сказала: ‘'Я очень хочу этого'’.
В пятницу после работы я ехал за ней и слегка нервничал. Когда моя машина притормозила возле ее дома, я увидел ее стоящей в дверях и заметил, что она, похоже, тоже немного волновалась.
Она стояла в дверях дома, накинув пальто на плечи. Ее волосы были закручены в локоны, и она была в платье, которое она купила на празднование последней годовщины своей свадьбы.
– Я сказала своим друзьям, что мой сын сегодня проведет со мной вечер в ресторане, и они остались под глубоким впечатлением, — сказала она, садясь в машину.
Мы поехали в ресторан. Хотя не роскошный, но очень красивый и уютный. Моя мама взяла меня под руку и шла так, словно она была первой леди.
Когда мы сели за столик, мне пришлось самому читать ей меню. Глаза матери теперь могли различать только крупный шрифт.
Дочитав до середины, я поднял глаза и увидел, что мама моя сидела, глядя на меня, и ностальгическая улыбка играла на ее губах.
– Раньше, когда ты был маленький, все меню читала я, – сказала она.
– Значит, настало время, когда нужно платить услугой за услугу, – ответил я.
За ужином у нас получился очень хороший разговор. Вроде бы ничего особенного. Мы просто делились последними событиями в нашей жизни. Но мы так увлеклись, что опоздали в кино.
Когда я привез ее домой, она сказала: «Я еще раз поеду с тобой в ресторан. Только на этот раз я приглашаю тебя».
Я согласился.
– Как прошел ваш вечер? – спросила меня жена, когда я вернулся домой.
– Очень хорошо. Намного лучше, чем я его себе представлял, – ответил я.
Несколько дней спустя моя мама умерла от обширного инфаркта…
Это произошло так внезапно, что у меня не было никакого шанса что-то для нее сделать.
А еще несколько дней спустя я получил конверт с квитанцией об оплате из того ресторана, в котором мы с мамой ужинали.
К квитанции прилагалась записка:
«Я оплатила счет за наш второй ужин заранее. Правда, я не уверена, что смогу поужинать с тобой. Но, тем не менее, я заплатила за двух человек. За тебя и за твою жену. Вряд ли я когда-нибудь смогу объяснить тебе, что для меня значил тот ужин на двоих, на который ты меня пригласил: Мой сын, я люблю тебя».
… Берегите своих родителей! Они единственные, кто искренне радуются вашим успехам и переживают за ваши неудачи. Будьте с ними чаще, чем это возможно, ведь день, когда их не станет, наступит совсем неожиданно…
Автор: Рекки Индис
Художник: Зина Казубаева
06.01.2026, Новые истории - основной выпуск
Человек, который устранил шум в мире и был уничтожен за это
Однажды 5 ноября 1935 года в Нью-Йорке в зале Института радиоинженеров Эдвин Ховард Армстронг включил, казалось бы, тривиальное устройство, и в этот момент произошло то, что никто в комнате никогда раньше не слышал, потому что из громкоговорителей не выходило ни пыхтение, ни пыхтение, ни та шумовая завеса, которую люди воспринимали как естественную, а только чистый, почти нереально чистый голос, за которым следовала оркестровая музыка, в которой каждый инструмент отличался идеально, как будто музыканты были это было бы прямо в комнате.
К тому времени радио всегда означало компромисс, помехи, искажения, хороший звук, похороненный под статикой, и никто не думал, что все может быть иначе, никто, кроме Армстронга, который работал годами, почти один, в подвале, над идеей, которую многие считали ненужной или невозможной: не амплитудная модуляция, AM, А частотная модуляция, FM.
Когда передатчик включился, зал был ошеломлен не потому, что ничего не происходило, а потому, что происходило слишком много, потому что шум полностью исчез, а то, что осталось, было чистым, неизменным звуком, демонстрацией, которая сделала устаревшим от одного движения.вся радиосистема, которую Америка строила десятилетиями.
Это должен был быть его момент абсолютной славы, но это было началом краха.
Эдвин Ховард Армстронг был не малоизвестным изобретателем или наивным мечтателем, а человеком, который уже трижды революционизировал радио, изобретая регенеративную схему, которая сделала радио практически возможным, а затем супергетеродинный приемник, технология, на которой до сих пор основаны почти все радиоприемники и телевизоры в мире, накапливая патенты, престиж и значительное состояние, а также могущественных врагов.
Среди них был Дэвид Сарнофф, президент RCA, когда-то друг и сотрудник, человек, который заработал миллионы, используя изобретения Армстронга, но который в тот момент, когда появился FM, сразу понял, что это не простое улучшение, а экзистенциальная угроза, потому что он делал всю империю бесполезной.мы построили с огромными инвестициями.
FM нельзя было легко контролировать, его нельзя было косметически или проглотить с помощью удобных лицензий, поэтому решением было не принять его, а уничтожить его и того, кто его создал.
Последовали годы затягивания, „заимствованное” оборудование для испытаний, которые больше не возвращались, FM-сети, построенные Армстронгом с его собственными ресурсами, а затем, решающий удар: в 1945 году, после интенсивного лоббирования, власти переместили FM на другую полосу частот, превратив всю существующую технику и станции в ненужные объекты в одночасье, стирая годы работы простым бюрократическим решением.
Затем последовали судебные процессы, бесконечные, дорогостоящие, утомительные, не для того, чтобы выиграть, а для того, чтобы лишить его денег, энергии и надежды, и Армстронг потратил все, что у него было, защищая свое изобретение, отказываясь от компромиссов, потому что речь шла уже не о деньгах, а об истине.
В январе 1954 года измученный, разоренный и убежденный, что он все потерял, Эдвин Ховард Армстронг элегантно оделся, написал записку своей жене и вышел из окна своей квартиры на Манхэттене, оставив после себя побежденного человека и изобретение, которое выиграет без него.
Его жена Марион продолжала борьбу годами, и после его смерти он получил признание и компенсацию, но настоящая победа пришла откуда-то еще, безмолвная и неизбежная, потому что FM, проще говоря, был лучше, и со временем он стал мировым стандартом, и полоса, на которую он был сослан, стала местом, где сегодня мы слушаем музыку без шума.
Каждый раз, когда вы включаете радио и слышите чистый, не статичный звук, каждый раз, когда музыка становится чистой, вы живете в мире, сформированном человеком, который не смог увидеть свою победу.
Они заставили замолчать его жизнь, но не смогли заставить замолчать изобретение
сеть
Однажды 5 ноября 1935 года в Нью-Йорке в зале Института радиоинженеров Эдвин Ховард Армстронг включил, казалось бы, тривиальное устройство, и в этот момент произошло то, что никто в комнате никогда раньше не слышал, потому что из громкоговорителей не выходило ни пыхтение, ни пыхтение, ни та шумовая завеса, которую люди воспринимали как естественную, а только чистый, почти нереально чистый голос, за которым следовала оркестровая музыка, в которой каждый инструмент отличался идеально, как будто музыканты были это было бы прямо в комнате.
К тому времени радио всегда означало компромисс, помехи, искажения, хороший звук, похороненный под статикой, и никто не думал, что все может быть иначе, никто, кроме Армстронга, который работал годами, почти один, в подвале, над идеей, которую многие считали ненужной или невозможной: не амплитудная модуляция, AM, А частотная модуляция, FM.
Когда передатчик включился, зал был ошеломлен не потому, что ничего не происходило, а потому, что происходило слишком много, потому что шум полностью исчез, а то, что осталось, было чистым, неизменным звуком, демонстрацией, которая сделала устаревшим от одного движения.вся радиосистема, которую Америка строила десятилетиями.
Это должен был быть его момент абсолютной славы, но это было началом краха.
Эдвин Ховард Армстронг был не малоизвестным изобретателем или наивным мечтателем, а человеком, который уже трижды революционизировал радио, изобретая регенеративную схему, которая сделала радио практически возможным, а затем супергетеродинный приемник, технология, на которой до сих пор основаны почти все радиоприемники и телевизоры в мире, накапливая патенты, престиж и значительное состояние, а также могущественных врагов.
Среди них был Дэвид Сарнофф, президент RCA, когда-то друг и сотрудник, человек, который заработал миллионы, используя изобретения Армстронга, но который в тот момент, когда появился FM, сразу понял, что это не простое улучшение, а экзистенциальная угроза, потому что он делал всю империю бесполезной.мы построили с огромными инвестициями.
FM нельзя было легко контролировать, его нельзя было косметически или проглотить с помощью удобных лицензий, поэтому решением было не принять его, а уничтожить его и того, кто его создал.
Последовали годы затягивания, „заимствованное” оборудование для испытаний, которые больше не возвращались, FM-сети, построенные Армстронгом с его собственными ресурсами, а затем, решающий удар: в 1945 году, после интенсивного лоббирования, власти переместили FM на другую полосу частот, превратив всю существующую технику и станции в ненужные объекты в одночасье, стирая годы работы простым бюрократическим решением.
Затем последовали судебные процессы, бесконечные, дорогостоящие, утомительные, не для того, чтобы выиграть, а для того, чтобы лишить его денег, энергии и надежды, и Армстронг потратил все, что у него было, защищая свое изобретение, отказываясь от компромиссов, потому что речь шла уже не о деньгах, а об истине.
В январе 1954 года измученный, разоренный и убежденный, что он все потерял, Эдвин Ховард Армстронг элегантно оделся, написал записку своей жене и вышел из окна своей квартиры на Манхэттене, оставив после себя побежденного человека и изобретение, которое выиграет без него.
Его жена Марион продолжала борьбу годами, и после его смерти он получил признание и компенсацию, но настоящая победа пришла откуда-то еще, безмолвная и неизбежная, потому что FM, проще говоря, был лучше, и со временем он стал мировым стандартом, и полоса, на которую он был сослан, стала местом, где сегодня мы слушаем музыку без шума.
Каждый раз, когда вы включаете радио и слышите чистый, не статичный звук, каждый раз, когда музыка становится чистой, вы живете в мире, сформированном человеком, который не смог увидеть свою победу.
Они заставили замолчать его жизнь, но не смогли заставить замолчать изобретение
сеть
23.06.2024, Новые истории - основной выпуск
Мало кто знает, что девушка Катюша, которая «выходила на берег» была реальным человеком. Родилась и жила в Посьете (юг Приморского края).
Училась на музыканта. А выходила на берег реки Туманная (Туманган), когда ждала супруга, который служил в погранотряде.
Стала она известная после Хасанских событий, когда подняла штатских женщин на защиту гарнизона.
Она умерла рано, но была настолько популярна, что ее единственную штатскую хоронили на военном лофете как генерала.
Песню написали в 30-х годах.
Потом в честь ее назвали ракетные установки во время ВОВ.
Памятник ей установили во Владивостоке на улице Овчинникова.
Училась на музыканта. А выходила на берег реки Туманная (Туманган), когда ждала супруга, который служил в погранотряде.
Стала она известная после Хасанских событий, когда подняла штатских женщин на защиту гарнизона.
Она умерла рано, но была настолько популярна, что ее единственную штатскую хоронили на военном лофете как генерала.
Песню написали в 30-х годах.
Потом в честь ее назвали ракетные установки во время ВОВ.
Памятник ей установили во Владивостоке на улице Овчинникова.
09.09.2025, Новые истории - основной выпуск
Эта фотография советского военнослужащего срочной службы в 1976 году заставила заговорить о себе весь мир. Первой её напечатало на всю полосу британское издание Daily Mail, крайне негативно настроенное в то время против Советского Союза. И сопроводило подписью, заставившей заинтересоваться этим фото едва ли не весь мир.
Сделал снимок известный сегодня фотограф Владимир Вяткин, шестикратный лауреат международного фотоконкурса World Press Photo. И лишь спустя 20 лет сам Владимир Вяткин узнал о трагической судьбе своего героя.
В детстве Владимир Вяткин был увлечён музыкой и живописью и собирался стать профессиональным искусствоведом. Но уже подростком он попал на выставку «Интерпресс-фото – 66». Среди множества представленных фотографий школьнику больше всего понравились портреты, автором которых был Василий Малышев. А Владимир понял самое главное: он хочет всю жизнь заниматься вовсе не искусствоведением и даже не живописью. Он хочет делать такие фотографии, которые заставляли бы людей плакать и смеяться, думать и наслаждаться каждым мгновением жизни.
Правда, после окончания школы он не мог себе позволить учиться, так как финансовое положение семьи было совершенно безрадостным. Вчерашний выпускник устроился на работу фотолаборантом в Агентство печати «Новости». В 1971 году он был призван на срочную службу в ряды Советской армии, где попал во Вторую гвардейскую Таманскую мотострелковую дивизию. Именно там он и повстречал своего героя, чья фотография впоследствии облетит весь мир.
Владимир Кусеров, ровесник Владимира Вяткина, до призыва в Вооруженные силы работал в цирке силовым акробатом, а в армии попал в 5-ю роту 406-го полка Таманской дивизии. Эта рота была особенной, в ней собрали талантливых ребят, сформировав своеобразный ансамбль песни и танца.
Солдаты после боевой подготовки переодевались и отправлялись на репетиции, давали концерты. Владимир Кусеров был не только удивительно красив внешне, он отличался от ровесников какой-то необычайной взрослостью, он казался гораздо старше своих лет, а сослуживцы относились к нему с большим уважением.
Легендарный снимок был сделан совершенно случайно, когда солдаты возвращались с учений. Все были уставшими, Владимир шёл чуть впереди своего сослуживца-фотографа, в какой-то момент он обернутся, и его тезка сделал фотографию. Снимок получился не только красивым, но ещё и очень удачным по техническим параметрам и композиции. После окончания срока службы солдаты разъехались по своим домам, Владимир Вяткин и Владимир Кусеров ничего не знали друг о друге, но у сделанного во время службы в армии снимка была своя, особенная судьба.
«Советский солдат, который не хочет воевать».
Демобилизовавшись в 1973 году, Владимир Вяткин вернулся на работу в АПН, где впоследствии стал специальным корреспондентом. Через три года его коллега Борис Кауфман, который был не только фотокорреспондентом, но ещё и парторгом, должен был везти в Лондон выставку работ советских фотографов. Но фотография Владимира Кусерова, которую Владимир Вяткин назвал «Солдат» не прошла цензуру, так как военнослужащий срочной службы на ней был подстрижен не по уставу.
Борис Кауфман, профессионал высочайшего уровня, смог оценить по достоинству композицию и красоту снимка, а потому всё же взял «Солдата» в Англию на свой страх и риск. И надо же было такому случиться, что именно эта фотография привлекла внимание западных зрителей. Снимок получил широчайший резонанс вместе с демонстрировавшейся на той же выставке фотографией Валерия Генде-Роте. Фото, сделанное Владимиром Вяткиным, занимало всю полосу газеты Daily Mail и сопровождалось подписью: «Мы впервые видим русского солдата, которому не хочется воевать».
Естественно, после возвращения в Москву Бориса Кауфмана, самовольно выставившего снимок, ждал серьёзный разговор с руководством, кажется, даже дошло до выговора. Зато «Комсомольская правда» полностью перепечатала публикацию британских коллег, благодаря чему Владимир Вяткин получи свою первую порцию славы и признания.
Судьба не солдата, но циркового артиста.
После выставки прошло всего пару месяцев, когда в редакцию АПН обратилась женщина, разыскивавшая Владимира Вяткина. К счастью, фотограф в тот день был дежурным, а потому уже через час общался с незнакомкой. Она приехала со снимком Владимира Кусерова 1971 года, тем самым, который напечатали сначала в Daily Mail, а потом – в «Комсомолке».
Убедившись в том, что перед ней сидит фотограф, сделавший снимок, женщина стала просить разыскать самого солдата. Она была уверена, что на фотографии – молодой человек, который летом на море попытался спасти её тонувшую дочь. К сожалению, девушка потеряла сознание, а после, видимо, захлебнулась водой, так как спаситель вынес на берег уже её тело. Он провёл в воде больше 20 минут, в то время как остальные свидетели случившегося наблюдали за происходящим с берега, так как море сильно штормило. На фотографии, она уверена, был именно тот человек, благодаря которому она смогла похоронить дочь.
Владимир Вяткин внимательно выслушал собеседницу и рассказал о том, что с парнем с фотографии не виделся со времён службы в армии, знает только, что он работает в цирке и, скорее всего, находится не в Москве. Он был просто уверен, что женщина ошиблась, но пообещал разыскать героя. К сожалению, его догадки подтвердились. В цирке, куда позвонил фотограф, ему сообщили, что Владимир Кусеров находится на зарубежных гастролях уже более полугода. Вяткин перезвонил женщине и рассказал о том, что солдат со снимка не мог быть на море тем летом.
О судьбе своего сослуживца он узнал почти двадцать лет спустя, когда снимал семью цирковых артистов. Они-то и рассказали ему о трагедии, случившейся с его сослуживцем. Владимир Кусеров после демобилизации работал цирковым акробатом, потом делал номера с медведями, а затем увлёкся воздушной гимнастикой. Номера его были интересными и вдохновенными, он часто выезжал с гастролями за рубеж. И однажды в Чили он сорвался из-под купола цирка на репетиции и разбился насмерть.
Владимир Вяткин впоследствии не раз слышал от многих своих коллег о том, что фотография «Солдат», несомненно, одна из лучших его работ. Впрочем, он не спорит. У этого снимка нет никаких наград, но для самого Владимира Юрьевича он представляет особую ценность. И он мечтает о том, чтобы фотография получила какую-нибудь, пусть даже бронзовую медаль. В память о том человеке, который на ней запечатлён.
Владимир Вяткин фотографирует вот уже более полувека. Его работы отличаются оригинальностью и особым взглядом, поэтому не раз были отмечены на конкурсе World Press Photo, который проводится с 1955 года.
Из Сети
Сделал снимок известный сегодня фотограф Владимир Вяткин, шестикратный лауреат международного фотоконкурса World Press Photo. И лишь спустя 20 лет сам Владимир Вяткин узнал о трагической судьбе своего героя.
В детстве Владимир Вяткин был увлечён музыкой и живописью и собирался стать профессиональным искусствоведом. Но уже подростком он попал на выставку «Интерпресс-фото – 66». Среди множества представленных фотографий школьнику больше всего понравились портреты, автором которых был Василий Малышев. А Владимир понял самое главное: он хочет всю жизнь заниматься вовсе не искусствоведением и даже не живописью. Он хочет делать такие фотографии, которые заставляли бы людей плакать и смеяться, думать и наслаждаться каждым мгновением жизни.
Правда, после окончания школы он не мог себе позволить учиться, так как финансовое положение семьи было совершенно безрадостным. Вчерашний выпускник устроился на работу фотолаборантом в Агентство печати «Новости». В 1971 году он был призван на срочную службу в ряды Советской армии, где попал во Вторую гвардейскую Таманскую мотострелковую дивизию. Именно там он и повстречал своего героя, чья фотография впоследствии облетит весь мир.
Владимир Кусеров, ровесник Владимира Вяткина, до призыва в Вооруженные силы работал в цирке силовым акробатом, а в армии попал в 5-ю роту 406-го полка Таманской дивизии. Эта рота была особенной, в ней собрали талантливых ребят, сформировав своеобразный ансамбль песни и танца.
Солдаты после боевой подготовки переодевались и отправлялись на репетиции, давали концерты. Владимир Кусеров был не только удивительно красив внешне, он отличался от ровесников какой-то необычайной взрослостью, он казался гораздо старше своих лет, а сослуживцы относились к нему с большим уважением.
Легендарный снимок был сделан совершенно случайно, когда солдаты возвращались с учений. Все были уставшими, Владимир шёл чуть впереди своего сослуживца-фотографа, в какой-то момент он обернутся, и его тезка сделал фотографию. Снимок получился не только красивым, но ещё и очень удачным по техническим параметрам и композиции. После окончания срока службы солдаты разъехались по своим домам, Владимир Вяткин и Владимир Кусеров ничего не знали друг о друге, но у сделанного во время службы в армии снимка была своя, особенная судьба.
«Советский солдат, который не хочет воевать».
Демобилизовавшись в 1973 году, Владимир Вяткин вернулся на работу в АПН, где впоследствии стал специальным корреспондентом. Через три года его коллега Борис Кауфман, который был не только фотокорреспондентом, но ещё и парторгом, должен был везти в Лондон выставку работ советских фотографов. Но фотография Владимира Кусерова, которую Владимир Вяткин назвал «Солдат» не прошла цензуру, так как военнослужащий срочной службы на ней был подстрижен не по уставу.
Борис Кауфман, профессионал высочайшего уровня, смог оценить по достоинству композицию и красоту снимка, а потому всё же взял «Солдата» в Англию на свой страх и риск. И надо же было такому случиться, что именно эта фотография привлекла внимание западных зрителей. Снимок получил широчайший резонанс вместе с демонстрировавшейся на той же выставке фотографией Валерия Генде-Роте. Фото, сделанное Владимиром Вяткиным, занимало всю полосу газеты Daily Mail и сопровождалось подписью: «Мы впервые видим русского солдата, которому не хочется воевать».
Естественно, после возвращения в Москву Бориса Кауфмана, самовольно выставившего снимок, ждал серьёзный разговор с руководством, кажется, даже дошло до выговора. Зато «Комсомольская правда» полностью перепечатала публикацию британских коллег, благодаря чему Владимир Вяткин получи свою первую порцию славы и признания.
Судьба не солдата, но циркового артиста.
После выставки прошло всего пару месяцев, когда в редакцию АПН обратилась женщина, разыскивавшая Владимира Вяткина. К счастью, фотограф в тот день был дежурным, а потому уже через час общался с незнакомкой. Она приехала со снимком Владимира Кусерова 1971 года, тем самым, который напечатали сначала в Daily Mail, а потом – в «Комсомолке».
Убедившись в том, что перед ней сидит фотограф, сделавший снимок, женщина стала просить разыскать самого солдата. Она была уверена, что на фотографии – молодой человек, который летом на море попытался спасти её тонувшую дочь. К сожалению, девушка потеряла сознание, а после, видимо, захлебнулась водой, так как спаситель вынес на берег уже её тело. Он провёл в воде больше 20 минут, в то время как остальные свидетели случившегося наблюдали за происходящим с берега, так как море сильно штормило. На фотографии, она уверена, был именно тот человек, благодаря которому она смогла похоронить дочь.
Владимир Вяткин внимательно выслушал собеседницу и рассказал о том, что с парнем с фотографии не виделся со времён службы в армии, знает только, что он работает в цирке и, скорее всего, находится не в Москве. Он был просто уверен, что женщина ошиблась, но пообещал разыскать героя. К сожалению, его догадки подтвердились. В цирке, куда позвонил фотограф, ему сообщили, что Владимир Кусеров находится на зарубежных гастролях уже более полугода. Вяткин перезвонил женщине и рассказал о том, что солдат со снимка не мог быть на море тем летом.
О судьбе своего сослуживца он узнал почти двадцать лет спустя, когда снимал семью цирковых артистов. Они-то и рассказали ему о трагедии, случившейся с его сослуживцем. Владимир Кусеров после демобилизации работал цирковым акробатом, потом делал номера с медведями, а затем увлёкся воздушной гимнастикой. Номера его были интересными и вдохновенными, он часто выезжал с гастролями за рубеж. И однажды в Чили он сорвался из-под купола цирка на репетиции и разбился насмерть.
Владимир Вяткин впоследствии не раз слышал от многих своих коллег о том, что фотография «Солдат», несомненно, одна из лучших его работ. Впрочем, он не спорит. У этого снимка нет никаких наград, но для самого Владимира Юрьевича он представляет особую ценность. И он мечтает о том, чтобы фотография получила какую-нибудь, пусть даже бронзовую медаль. В память о том человеке, который на ней запечатлён.
Владимир Вяткин фотографирует вот уже более полувека. Его работы отличаются оригинальностью и особым взглядом, поэтому не раз были отмечены на конкурсе World Press Photo, который проводится с 1955 года.
Из Сети
13.11.2025, Новые истории - основной выпуск
Загадка Даниила Хармса про 17 лошадей
Этот короткий детский рассказ-загадка Даниила Хармса был опубликован в журнале «Мурзилка» в 1928 году. В чём тут хитрость не сразу поймёт и взрослый.
17 лошадей
У нас в деревне умер один человек и оставил своим сыновьям такое завещание.
Старшему сыну оставляю 1/2 своего наследства;
среднему сыну оставляю 1/3 своего наследства;
а младшему сыну оставляю 1/9 своего наследства.
Когда этот человек умер, то после его смерти осталось всего только 17 лошадей и больше ничего.
Стали сыновья 17 лошадей между собой делить.
- Я, — сказал старший, — беру 1/2 всех лошадей. Значит 17/2 это будет 8 1/2.
— Как же ты 8 1/2 лошадей возьмешь? — спросил средний брат. — Не станешь же ты лошадь на куски резать?
— Это верно, — согласился с ним старший брат, — Только и вам своей части не взять. Ведь 17 ни на 2, ни на 3, ни на 9 не делится!
— Так как же быть?
— Вот что, — сказал младший брат, — Я знаю одного очень умного человека, зовут его Иван Петрович Рассудилов, он-то нам сумеет помочь.
— Ну что ж, зови его, — согласились два другие брата.
Младший брат ушел куда-то и скоро вернулся с человеком, который ехал на лошади и курил коротенькую трубочку.
- Вот, — сказал младший брат, — это и есть Иван Петрович Рассудилов.
Рассказали братья Рассудилову свое горе. Тот выслушал и говорит:
- Возьмите вы мою лошадь, тогда у вас будет 18 лошадей и делите спокойно.
Стали братья 18 лошадей делить.
Старший взял 1/2 — 9 лошадей;
средний взял 1/3 — 6 лошадей;
а младший взял 1/9 — 2 лошади.
Сложили братья своих лошадей вместе.
9 + 6 + 2, получилось 17 лошадей.
А Иван Петрович сел на свою 18-ю лошадь и закурил свою трубочку.
- Ну что, довольны? — спросил он удивленных братьев и уехал.
Этот короткий детский рассказ-загадка Даниила Хармса был опубликован в журнале «Мурзилка» в 1928 году. В чём тут хитрость не сразу поймёт и взрослый.
17 лошадей
У нас в деревне умер один человек и оставил своим сыновьям такое завещание.
Старшему сыну оставляю 1/2 своего наследства;
среднему сыну оставляю 1/3 своего наследства;
а младшему сыну оставляю 1/9 своего наследства.
Когда этот человек умер, то после его смерти осталось всего только 17 лошадей и больше ничего.
Стали сыновья 17 лошадей между собой делить.
- Я, — сказал старший, — беру 1/2 всех лошадей. Значит 17/2 это будет 8 1/2.
— Как же ты 8 1/2 лошадей возьмешь? — спросил средний брат. — Не станешь же ты лошадь на куски резать?
— Это верно, — согласился с ним старший брат, — Только и вам своей части не взять. Ведь 17 ни на 2, ни на 3, ни на 9 не делится!
— Так как же быть?
— Вот что, — сказал младший брат, — Я знаю одного очень умного человека, зовут его Иван Петрович Рассудилов, он-то нам сумеет помочь.
— Ну что ж, зови его, — согласились два другие брата.
Младший брат ушел куда-то и скоро вернулся с человеком, который ехал на лошади и курил коротенькую трубочку.
- Вот, — сказал младший брат, — это и есть Иван Петрович Рассудилов.
Рассказали братья Рассудилову свое горе. Тот выслушал и говорит:
- Возьмите вы мою лошадь, тогда у вас будет 18 лошадей и делите спокойно.
Стали братья 18 лошадей делить.
Старший взял 1/2 — 9 лошадей;
средний взял 1/3 — 6 лошадей;
а младший взял 1/9 — 2 лошади.
Сложили братья своих лошадей вместе.
9 + 6 + 2, получилось 17 лошадей.
А Иван Петрович сел на свою 18-ю лошадь и закурил свою трубочку.
- Ну что, довольны? — спросил он удивленных братьев и уехал.
Алек Болдуин, Николас Кейдж, Кевин Костнер, Дэвид Духовны, Мэл Гибсон, Харрисон Форд, Джон Траволта и Брюс Уиллис отказались сниматься в «Привидении», посчитав сценарий провальным. Много позже Брюс Уиллис признался, что отказ от съёмок в «Привидении» - это крупнейшая ошибка в его жизни.
Да, фильм стал самой кассовой картиной 1990 года, собрав в прокате полмиллиарда долларов. Плюс завоевал 19 кинонаград, а Вупи Голдберг стала первой актрисой в истории, получившей «Оскар», BAFTA и «Золотой глобус» за женскую роль второго плана. Фильм на все времена, ставший символом эпохи. Просто лучшая картина о любви.
10.03.2022, Новые истории - основной выпуск
КОГО СПАСАТЬ БУДЕШЬ ПРИ ПОЖАРЕ, РЕБЕНКА ИЛИ ЖЕНУ?
Автор: детский и семейный психолог Лина Романова.
Сократ, великий философ и многодетный папа, как вы помните, обожал выйти на площадь и задать сложный вопрос своим современникам. Один из таких вопросов я попыталась вынести на всеобщее обсуждение в наши дни. Вот, что из этого вышло.
Был обычный осенний вечер. Домочадцы разбрелись по своим комнатам. Я читала Сократа. Один вопрос меня ошеломил. Он спрашивал: «Если будет пожар, и можно спасти лишь кого-то одного, кого спасешь жену или одного ребенка?». Все мужчины ответили: «Ребенка, конечно». Сократ сказал: «А я спасу свою молодую жену. Мы погорюем вместе, и она родит мне еще детей. А если спасу ребенка, то горе будет и мне, и ему. Он своим видом будет всегда напоминать мне о трагедии. А сам ребенок потеряет и братьев-сестер, и мать, а потом обзаведется мачехой, которая не сможет его любить как любила мама». Конечно споры не утихали долго. Мне стало интересно, что ответит мой муж. Спросила, не отрываясь от чтения, он ответил: «Ребенка. Все спасут ребенка. Он беззащитен и… ну, не знаю, буду спасать всех, но если одного, то ребенка». Я ему рассказала про Сократа. Он отложил газету. Весь вечер мы обсуждали этот вопрос. Он оказался нереально сложным.
Утром оба отправились на работу, дети в школу и детсад. День у меня был насыщенный, о Сократе я не вспоминала. Напомнил муж, вечером: «Я думал меня на работе убьют сегодня. В перерыве, за обедом завел разговор о Сократе, задал его вопрос сослуживцам. Ответы были очевидными. Я сказал, что вечером и сам так ответил, но с утра поменял свое мнение, Сократ убедил своими доводами» (для меня это стало откровением). По словам мужа все перестали есть. Начали кричать и доказывать, звонили друзьям и народ подходил из других отделов. Наконец, позвали женщин из бухгалтерии, и те тоже, в один голос, стали говорить: «С ума сошел? Жену поменять можно на другую. Ребенок - твоя кровь!». Спасение пришло в виде начальника. Тот обнаружил отсутствие всех работников на местах в рабочее время, примчался на голоса и разогнал несанкционированный митинг.
Муж вернулся к работе и обнаружил пенсионера, своего сослуживца, на рабочем месте. Тот в диспуте не участвовал, обед пропустил в силу своего трудоголизма, да и туговат был на ухо старикан, не особо на работе с кем общался. «Чего все орали-то? Премию отменили что ли?», - присел передохнуть ветеран. «Да, нет, тут философский диспут возник…», - муж и ему задал вопрос. А старичок был семьянин, кстати: с женой сорок лет вместе, три сына, каждому дом строил своими руками, пять внуков, все любят его в гости ходят. Старик призадумался: «И что, все сказали ребенка выберут, спасая? А я бы бабку свою выбрал! Дети, они - гости в семье, вырастают и разлетаются из гнезда. Да, любят меня, и я их, ходят в гости. Да, только каждый - оторванный ломоть. А с бабкой своей я и умирать буду».
Мудрость этого старика потрясла. Подумалось, может потому у нас столько разводов, что не ценим мы семью правильно. Может быть, главное не наши дети и ради них все? Может быть, все будут счастливы, лишь когда родители ценят друг друга превыше всего?
А вы бы кого спасали при пожаре?
Автор: детский и семейный психолог Лина Романова.
Сократ, великий философ и многодетный папа, как вы помните, обожал выйти на площадь и задать сложный вопрос своим современникам. Один из таких вопросов я попыталась вынести на всеобщее обсуждение в наши дни. Вот, что из этого вышло.
Был обычный осенний вечер. Домочадцы разбрелись по своим комнатам. Я читала Сократа. Один вопрос меня ошеломил. Он спрашивал: «Если будет пожар, и можно спасти лишь кого-то одного, кого спасешь жену или одного ребенка?». Все мужчины ответили: «Ребенка, конечно». Сократ сказал: «А я спасу свою молодую жену. Мы погорюем вместе, и она родит мне еще детей. А если спасу ребенка, то горе будет и мне, и ему. Он своим видом будет всегда напоминать мне о трагедии. А сам ребенок потеряет и братьев-сестер, и мать, а потом обзаведется мачехой, которая не сможет его любить как любила мама». Конечно споры не утихали долго. Мне стало интересно, что ответит мой муж. Спросила, не отрываясь от чтения, он ответил: «Ребенка. Все спасут ребенка. Он беззащитен и… ну, не знаю, буду спасать всех, но если одного, то ребенка». Я ему рассказала про Сократа. Он отложил газету. Весь вечер мы обсуждали этот вопрос. Он оказался нереально сложным.
Утром оба отправились на работу, дети в школу и детсад. День у меня был насыщенный, о Сократе я не вспоминала. Напомнил муж, вечером: «Я думал меня на работе убьют сегодня. В перерыве, за обедом завел разговор о Сократе, задал его вопрос сослуживцам. Ответы были очевидными. Я сказал, что вечером и сам так ответил, но с утра поменял свое мнение, Сократ убедил своими доводами» (для меня это стало откровением). По словам мужа все перестали есть. Начали кричать и доказывать, звонили друзьям и народ подходил из других отделов. Наконец, позвали женщин из бухгалтерии, и те тоже, в один голос, стали говорить: «С ума сошел? Жену поменять можно на другую. Ребенок - твоя кровь!». Спасение пришло в виде начальника. Тот обнаружил отсутствие всех работников на местах в рабочее время, примчался на голоса и разогнал несанкционированный митинг.
Муж вернулся к работе и обнаружил пенсионера, своего сослуживца, на рабочем месте. Тот в диспуте не участвовал, обед пропустил в силу своего трудоголизма, да и туговат был на ухо старикан, не особо на работе с кем общался. «Чего все орали-то? Премию отменили что ли?», - присел передохнуть ветеран. «Да, нет, тут философский диспут возник…», - муж и ему задал вопрос. А старичок был семьянин, кстати: с женой сорок лет вместе, три сына, каждому дом строил своими руками, пять внуков, все любят его в гости ходят. Старик призадумался: «И что, все сказали ребенка выберут, спасая? А я бы бабку свою выбрал! Дети, они - гости в семье, вырастают и разлетаются из гнезда. Да, любят меня, и я их, ходят в гости. Да, только каждый - оторванный ломоть. А с бабкой своей я и умирать буду».
Мудрость этого старика потрясла. Подумалось, может потому у нас столько разводов, что не ценим мы семью правильно. Может быть, главное не наши дети и ради них все? Может быть, все будут счастливы, лишь когда родители ценят друг друга превыше всего?
А вы бы кого спасали при пожаре?
28.11.2025, Новые истории - основной выпуск
В 1911 году умирающий от голода человек вышел из дикой местности близ Оровилла, штат Калифорния, возвестив о тихом конце эпохи. Он был последним известным выжившим представителем яхи, подгруппы народа яна, которая когда-то жила в этом регионе, прежде чем была почти уничтожена массовыми убийствами поселенцев, болезнями и насильственным перемещением во время калифорнийской золотой лихорадки. Не в силах больше скрываться, он был доставлен в Калифорнийский университет в Беркли, где антропологи попытались выяснить, кто он такой.
Когда они спросили его имя, он ответил, что не знает его.
Согласно обычаю племени яхи, человек не мог назвать свое имя, пока другой член племени официально не представит его. Когда все остальные яхи ушли, не осталось никого, кто мог бы произнести его имя вслух.
Он стал, в буквальном смысле, “человеком без имени”.
Понимая культурное значение этого, антропологи дали ему имя Иши, что на языке яна означает “человек”. Это было просто, уважительно и означало признание идентичности, на которую он больше не мог претендовать.
Иши провел остаток своей жизни в Сан-Франциско, работая в университетском музее. Там он продемонстрировал технику яхи — изготовление инструментов, разжигание огня, изготовление лука - и рассказал, какие фрагменты языка и традиций его народа он все еще хранит. Его демонстрации привлекали посетителей, ученых и просто любопытствующих. Для одних он открывал беспрецедентное окно в мир, который был практически стерт с лица земли. Для других его присутствие было болезненным напоминанием о том, как жестоко был разрушен этот мир.
Он жил со спокойным достоинством вплоть до своей смерти в 1916 году.
Сегодня Иши помнят не как нашумевшего “последнего дикого индейца”, как когда-то называли его газеты, а как символ культурной стойкости, человечности и неизмеримых потерь, нанесенных коренным народам в результате колонизации.
Его история - это и подарок, и предостережение: взгляд на людей, которых почти стерли с лица земли, и свидетельство стойкости одного человека, который в одиночку хранил память о них
Из сети
Когда они спросили его имя, он ответил, что не знает его.
Согласно обычаю племени яхи, человек не мог назвать свое имя, пока другой член племени официально не представит его. Когда все остальные яхи ушли, не осталось никого, кто мог бы произнести его имя вслух.
Он стал, в буквальном смысле, “человеком без имени”.
Понимая культурное значение этого, антропологи дали ему имя Иши, что на языке яна означает “человек”. Это было просто, уважительно и означало признание идентичности, на которую он больше не мог претендовать.
Иши провел остаток своей жизни в Сан-Франциско, работая в университетском музее. Там он продемонстрировал технику яхи — изготовление инструментов, разжигание огня, изготовление лука - и рассказал, какие фрагменты языка и традиций его народа он все еще хранит. Его демонстрации привлекали посетителей, ученых и просто любопытствующих. Для одних он открывал беспрецедентное окно в мир, который был практически стерт с лица земли. Для других его присутствие было болезненным напоминанием о том, как жестоко был разрушен этот мир.
Он жил со спокойным достоинством вплоть до своей смерти в 1916 году.
Сегодня Иши помнят не как нашумевшего “последнего дикого индейца”, как когда-то называли его газеты, а как символ культурной стойкости, человечности и неизмеримых потерь, нанесенных коренным народам в результате колонизации.
Его история - это и подарок, и предостережение: взгляд на людей, которых почти стерли с лица земли, и свидетельство стойкости одного человека, который в одиночку хранил память о них
Из сети
19.02.2022, Новые истории - основной выпуск
"Я не буду зачинщиком Третьей мировой". 38 лет назад офицер Петров спас планету
Станислав Петров
Подполковник Станислав Петров считается одним из героев холодной войны. Он мог отдать приказ о нанесении ядерного удара по США, но не стал этого делать
В ночь на 26 сентября 1983 года советский офицер предотвратил потенциальную ядерную войну между СССР и США. Она могла начаться из-за сбоя системы предупреждения о ракетном нападении. Компьютер на командном пункте Серпухов-15 сообщил о пусках ракет с территории Северной Америки, однако оперативный дежурный подполковник Станислав Петров корректно оценил сигнал как ложный. При жизни о Петрове долгое время никто не знал, но сейчас его имя включено в энциклопедии.
"Мелькала мысль, а стоит ли?"
Станислав Петров не должен был в тот день находиться на КП. Он оказался там абсолютно случайно — подменял штатного дежурного.
"Смена начиналась как обычно, в 20:00 я пришел на работу, — вспоминал он. — В тот день в моем подчинении были 80 военнослужащих. Мы занимались тем, чем занимаемся обычно, просто рутина".
В 00:15 на КП завыли сирены. На экране напротив рабочего места Петрова внезапно появилось слово "старт". Там же можно было увидеть карту Северной Америки и маленький квадрат возле военной базы на Западном побережье — именно оттуда, согласно данным системы, летели ракеты.
В тот момент все, кто находился в помещении, смотрели на Петрова и ждали распоряжений, но тот приказал им оставаться на местах. Сам подполковник, согласно правилам, должен был оповестить командира системы предупреждения о ракетном нападении и начальника штаба. Для этого ему надо было выйти в другую комнату и сделать телефонный звонок.
А я встать с кресла не мог, у меня ноги отнялись.
Переживал жутко, как будто меня на Голгофу вели
Станислав Петров
Информация об ударе поступила от космической системы раннего предупреждения "Око". Она создавалась для того, чтобы военно-политическое руководство страны имело чуть больше времени для принятия решения об ответном ударе — примерно 10 минут. Если ракеты все-таки летели, их должен был засечь второй эшелон защитной системы — радары, которые сообщают о ракетном ударе примерно за 20 минут до попадания головных частей на территорию СССР. Таким образом, ракеты должны были взорваться на нашей территории всего через полчаса.
"Мне казалось, что моя голова превратилась в компьютер — множество данных, но в единое целое они не формировались, — рассказывал Петров. — Руководству я позвонил через две минуты и сказал в трубку, что тревога ложная, компьютер дал сбой. Теперь оставалось лишь ждать, пока ракеты, если они действительно были запущены, вторгнутся в наше воздушное пространство и их засекут радары. Произойти это должно было через 18 минут, но не произошло".
Почему Петров принял такое решение? Отчасти сыграл роль профессионализм, отчасти — интуиция. С самого начала офицеру показалось странным, что радар зафиксировал запуск лишь с одной базы — при ракетном нападении так не бывает. С другой стороны, система предупреждения, над созданием которой работал и сам Петров, не подавала никаких признаков сбоя.
"Смущало одно — система дала высшую оценку достоверности информации о запуске. В регионе, где находилась американская база в тот момент, была граница дня и ночи. Такой достоверности не могло быть, там каша сплошная была", — отмечал Петров.
Решающей в эти моменты стала информация "визуальщиков" — солдат, которые отслеживают показания радаров в темных комнатах. Они пуск ракет не подтвердили.
"Я не имел права использовать эту информацию, я ее все-таки использовал. Все-таки я немного нарушил инструкцию, — делился Петров в интервью ТАСС. — 50 на 50 было уверенности. Мелькала мысль, а стоит ли? Надеялся на второй эшелон… А если что-то начнется, то не я буду зачинщиком Третьей мировой войны, вот и все".
Козел отпущения
После инцидента в Серпухове-15 собралась государственная комиссия. Проработав там три дня, она так и не смогла выяснить причину ложной тревоги.
"Когда подводили итоги, нам никто не докладывал, что они там написали. Потому что, очевидно, там была написана какая-нибудь чушь, — усмехался офицер. — Приезжий человек не разобрался бы так быстро. Мы — специалисты на объекте — затруднялись назвать причину, а то, что они вышестоящие, не означало, что они более знающие".
Лишь через полгода стало известно, почему система дала сбой: лучи солнца определенным образом отразились от облаков и засветили спутник. То есть произошло то же самое, когда дети пускают друг другу в глаза солнечные зайчики. Как назло, один из таких "зайчиков" образовался прямо над военной базой в Северной Дакоте. Впоследствии такие ситуации научились просчитывать, и больше они не повторялись.
Но тогда, сразу после инцидента, нужно было назначить кого-нибудь виновным. По воспоминаниям Петрова, в комиссию, расследовавшую инцидент, вошли как раз те люди, чьи недочеты привели к сбою системы: "Получается, они должны были ругать сами себя, а тут еще вырисовывается одна белая и пушистая фигура — оперативного дежурного. Им надо было меня опустить до своего уровня".
У Петрова имелся боевой журнал, куда по уставу он должен был записывать свои команды и принятые сообщения в ответ на них. Поскольку в ночь на 26 сентября ситуация развивалась по секундам, у него просто не было физической возможности это делать, и в журнале остались пропуски.
За это обвинили меня, что я неправильно оформил боевые документы. Нужно было меня завалить, и это сделали
Станислав Петров
Спустя десятилетия он признавался, что не держит обиды на тех людей — понимает, что обижаться нет смысла, потому что таково было время и таковы были особенности его службы. Но в своих первых беседах с журналистами (в частности, в интервью Би-би-си) он открыто заявлял: "Из меня сделали козла отпущения".
"Вообще, когда я только начинал давать интервью, я никого не жалел — всех этих людей, которые меня крайним сделали. Тогда была обида в душе, а сейчас осталась царапина, — разводил руками бывший подполковник. — Стараюсь просто об этом не вспоминать, философски отношусь к прошедшему".
Человек, который спас мир
Петров ушел в отставку на следующий год — в 1984-м. Из-за секретности сведений и политических соображений о его подвиге в СССР никто не знал. Да и сам он не придал произошедшему большого значения, так как был привычен к секретной работе: "Я проспался хорошо и забыл все". Даже своей жене не сообщил о том, что фактически предотвратил Третью мировую.
О Петрове узнали лишь после распада Союза, когда генерал-полковник Юрий Вотинцев опубликовал статью "Неизвестные войска исчезнувшей сверхдержавы". В ней впервые упоминался "заместитель начальника отдела боевых алгоритмов и программ подполковник-инженер С.Е. Петров". Затем в 1993 году журналист из издания "Совершенно секретно" Дмитрий Лиханов взял у него первое интервью. Тогда никакого резонанса публикация не получила. Но со временем Петрова отыскали и зарубежные журналисты, после чего его имя стало известно всему миру.
В 2012 году Петров получил престижную премию германских СМИ, которая присуждается выдающимся личностям за вклад в общественное благо. В тот раз наградами отмечали "тихих борцов за мир", чьи имена обычно вне поля зрения средств массовой информации. Год спустя ему вручили Дрезденскую премию "за предотвращение конфликтов и насилия" (в 2010 году ее лауреатом стал первый и последний президент СССР Михаил Горбачев). А еще через год про Петрова сняли документально-художественный фильм "Человек, который спас мир" с Кевином Костнером.
19 января 2006 в Нью-Йорке в штаб-квартире ООН бывшему офицеру была вручена специальная награда международной общественной организации "Ассоциация граждан мира". Она представляет собой хрустальную статуэтку с надписью "Человеку, который предотвратил ядерную войну".
На той церемонии Петрову удалось пообщаться со своими "заклятыми друзьями", которые, как и он сам, сидели в пунктах управления, только по ту сторону "железного занавеса". Один из них — Брюс Блэр, служивший в ВВС США офицером по контролю запуска межконтинентальных баллистических ракет LGM-30 "Минитмен" (именно такая могла бы лететь на СССР в ночь на 26 сентября).
Я все пытался у него выяснить, знали ли они что-нибудь об этом инциденте. В СССР знали, что у американцев аналогичных случаев было два. У них система появилась гораздо раньше. У них была стратегическая авиация, они поднимали свои Б-52, потом понимали, что к чему, и возвращали их на базы
Станислав Петров
Брюс Блэр сейчас работает президентом Центра оборонной информации в Вашингтоне, преподает в Принстоне и регулярно дает экспертные комментарии американским СМИ. Станислав Петров после окончания службы поселился в подмосковном Фрязине, какое-то время работал на юго-западе Москвы простым охранником и ушел из жизни 19 мая 2017 года. Журналисты узнали об этом лишь спустя несколько месяцев.
Петров не считал себя героем, просто делал свою работу: "Она была трудная, но я ее сделал хорошо. И в этом героического ничего не вижу".
"А в России героя во мне не видят, так как у нашего народа менталитет другой, — говорил он. — Наш народ пережил такое, чего не переживал никто".
Артур Громов
Станислав Петров
Подполковник Станислав Петров считается одним из героев холодной войны. Он мог отдать приказ о нанесении ядерного удара по США, но не стал этого делать
В ночь на 26 сентября 1983 года советский офицер предотвратил потенциальную ядерную войну между СССР и США. Она могла начаться из-за сбоя системы предупреждения о ракетном нападении. Компьютер на командном пункте Серпухов-15 сообщил о пусках ракет с территории Северной Америки, однако оперативный дежурный подполковник Станислав Петров корректно оценил сигнал как ложный. При жизни о Петрове долгое время никто не знал, но сейчас его имя включено в энциклопедии.
"Мелькала мысль, а стоит ли?"
Станислав Петров не должен был в тот день находиться на КП. Он оказался там абсолютно случайно — подменял штатного дежурного.
"Смена начиналась как обычно, в 20:00 я пришел на работу, — вспоминал он. — В тот день в моем подчинении были 80 военнослужащих. Мы занимались тем, чем занимаемся обычно, просто рутина".
В 00:15 на КП завыли сирены. На экране напротив рабочего места Петрова внезапно появилось слово "старт". Там же можно было увидеть карту Северной Америки и маленький квадрат возле военной базы на Западном побережье — именно оттуда, согласно данным системы, летели ракеты.
В тот момент все, кто находился в помещении, смотрели на Петрова и ждали распоряжений, но тот приказал им оставаться на местах. Сам подполковник, согласно правилам, должен был оповестить командира системы предупреждения о ракетном нападении и начальника штаба. Для этого ему надо было выйти в другую комнату и сделать телефонный звонок.
А я встать с кресла не мог, у меня ноги отнялись.
Переживал жутко, как будто меня на Голгофу вели
Станислав Петров
Информация об ударе поступила от космической системы раннего предупреждения "Око". Она создавалась для того, чтобы военно-политическое руководство страны имело чуть больше времени для принятия решения об ответном ударе — примерно 10 минут. Если ракеты все-таки летели, их должен был засечь второй эшелон защитной системы — радары, которые сообщают о ракетном ударе примерно за 20 минут до попадания головных частей на территорию СССР. Таким образом, ракеты должны были взорваться на нашей территории всего через полчаса.
"Мне казалось, что моя голова превратилась в компьютер — множество данных, но в единое целое они не формировались, — рассказывал Петров. — Руководству я позвонил через две минуты и сказал в трубку, что тревога ложная, компьютер дал сбой. Теперь оставалось лишь ждать, пока ракеты, если они действительно были запущены, вторгнутся в наше воздушное пространство и их засекут радары. Произойти это должно было через 18 минут, но не произошло".
Почему Петров принял такое решение? Отчасти сыграл роль профессионализм, отчасти — интуиция. С самого начала офицеру показалось странным, что радар зафиксировал запуск лишь с одной базы — при ракетном нападении так не бывает. С другой стороны, система предупреждения, над созданием которой работал и сам Петров, не подавала никаких признаков сбоя.
"Смущало одно — система дала высшую оценку достоверности информации о запуске. В регионе, где находилась американская база в тот момент, была граница дня и ночи. Такой достоверности не могло быть, там каша сплошная была", — отмечал Петров.
Решающей в эти моменты стала информация "визуальщиков" — солдат, которые отслеживают показания радаров в темных комнатах. Они пуск ракет не подтвердили.
"Я не имел права использовать эту информацию, я ее все-таки использовал. Все-таки я немного нарушил инструкцию, — делился Петров в интервью ТАСС. — 50 на 50 было уверенности. Мелькала мысль, а стоит ли? Надеялся на второй эшелон… А если что-то начнется, то не я буду зачинщиком Третьей мировой войны, вот и все".
Козел отпущения
После инцидента в Серпухове-15 собралась государственная комиссия. Проработав там три дня, она так и не смогла выяснить причину ложной тревоги.
"Когда подводили итоги, нам никто не докладывал, что они там написали. Потому что, очевидно, там была написана какая-нибудь чушь, — усмехался офицер. — Приезжий человек не разобрался бы так быстро. Мы — специалисты на объекте — затруднялись назвать причину, а то, что они вышестоящие, не означало, что они более знающие".
Лишь через полгода стало известно, почему система дала сбой: лучи солнца определенным образом отразились от облаков и засветили спутник. То есть произошло то же самое, когда дети пускают друг другу в глаза солнечные зайчики. Как назло, один из таких "зайчиков" образовался прямо над военной базой в Северной Дакоте. Впоследствии такие ситуации научились просчитывать, и больше они не повторялись.
Но тогда, сразу после инцидента, нужно было назначить кого-нибудь виновным. По воспоминаниям Петрова, в комиссию, расследовавшую инцидент, вошли как раз те люди, чьи недочеты привели к сбою системы: "Получается, они должны были ругать сами себя, а тут еще вырисовывается одна белая и пушистая фигура — оперативного дежурного. Им надо было меня опустить до своего уровня".
У Петрова имелся боевой журнал, куда по уставу он должен был записывать свои команды и принятые сообщения в ответ на них. Поскольку в ночь на 26 сентября ситуация развивалась по секундам, у него просто не было физической возможности это делать, и в журнале остались пропуски.
За это обвинили меня, что я неправильно оформил боевые документы. Нужно было меня завалить, и это сделали
Станислав Петров
Спустя десятилетия он признавался, что не держит обиды на тех людей — понимает, что обижаться нет смысла, потому что таково было время и таковы были особенности его службы. Но в своих первых беседах с журналистами (в частности, в интервью Би-би-си) он открыто заявлял: "Из меня сделали козла отпущения".
"Вообще, когда я только начинал давать интервью, я никого не жалел — всех этих людей, которые меня крайним сделали. Тогда была обида в душе, а сейчас осталась царапина, — разводил руками бывший подполковник. — Стараюсь просто об этом не вспоминать, философски отношусь к прошедшему".
Человек, который спас мир
Петров ушел в отставку на следующий год — в 1984-м. Из-за секретности сведений и политических соображений о его подвиге в СССР никто не знал. Да и сам он не придал произошедшему большого значения, так как был привычен к секретной работе: "Я проспался хорошо и забыл все". Даже своей жене не сообщил о том, что фактически предотвратил Третью мировую.
О Петрове узнали лишь после распада Союза, когда генерал-полковник Юрий Вотинцев опубликовал статью "Неизвестные войска исчезнувшей сверхдержавы". В ней впервые упоминался "заместитель начальника отдела боевых алгоритмов и программ подполковник-инженер С.Е. Петров". Затем в 1993 году журналист из издания "Совершенно секретно" Дмитрий Лиханов взял у него первое интервью. Тогда никакого резонанса публикация не получила. Но со временем Петрова отыскали и зарубежные журналисты, после чего его имя стало известно всему миру.
В 2012 году Петров получил престижную премию германских СМИ, которая присуждается выдающимся личностям за вклад в общественное благо. В тот раз наградами отмечали "тихих борцов за мир", чьи имена обычно вне поля зрения средств массовой информации. Год спустя ему вручили Дрезденскую премию "за предотвращение конфликтов и насилия" (в 2010 году ее лауреатом стал первый и последний президент СССР Михаил Горбачев). А еще через год про Петрова сняли документально-художественный фильм "Человек, который спас мир" с Кевином Костнером.
19 января 2006 в Нью-Йорке в штаб-квартире ООН бывшему офицеру была вручена специальная награда международной общественной организации "Ассоциация граждан мира". Она представляет собой хрустальную статуэтку с надписью "Человеку, который предотвратил ядерную войну".
На той церемонии Петрову удалось пообщаться со своими "заклятыми друзьями", которые, как и он сам, сидели в пунктах управления, только по ту сторону "железного занавеса". Один из них — Брюс Блэр, служивший в ВВС США офицером по контролю запуска межконтинентальных баллистических ракет LGM-30 "Минитмен" (именно такая могла бы лететь на СССР в ночь на 26 сентября).
Я все пытался у него выяснить, знали ли они что-нибудь об этом инциденте. В СССР знали, что у американцев аналогичных случаев было два. У них система появилась гораздо раньше. У них была стратегическая авиация, они поднимали свои Б-52, потом понимали, что к чему, и возвращали их на базы
Станислав Петров
Брюс Блэр сейчас работает президентом Центра оборонной информации в Вашингтоне, преподает в Принстоне и регулярно дает экспертные комментарии американским СМИ. Станислав Петров после окончания службы поселился в подмосковном Фрязине, какое-то время работал на юго-западе Москвы простым охранником и ушел из жизни 19 мая 2017 года. Журналисты узнали об этом лишь спустя несколько месяцев.
Петров не считал себя героем, просто делал свою работу: "Она была трудная, но я ее сделал хорошо. И в этом героического ничего не вижу".
"А в России героя во мне не видят, так как у нашего народа менталитет другой, — говорил он. — Наш народ пережил такое, чего не переживал никто".
Артур Громов
— Том, скажи честно.
— Чего тебе?
— Бывает так, что все хорошо кончается?
— Бывает — в пьесках, которые показывают на утренниках по субботам.
— Ну, это понятно, а в жизни так бывает?
— Я тебе одно скажу, Дуг: ужасно люблю вечером ложиться спать! Так что уж один-то раз в день непременно бывает счастливый конец. Наутро встаешь, и, может, все пойдет хуже некуда. Но тогда я сразу вспомню, что вечером опять лягу спать и, как полежу немножко, все опять станет хорошо.
Рэй Брэдбери, "Вино из одуванчиков"
28.09.2025, Новые истории - основной выпуск
“Когда я был мальчишкой, моя прабабушка иногда дарила мне по серебряной монете. Она всегда была со мной очень ласкова. Когда она вручала мне монету, вся остальная семья каждый раз вопила хором: «Нет! Нет! Не-е-е-е-т! Не давай ему серебряный доллар!» Это говорилось всерьёз - ведь мы были страшно бедны. И как только монета оказывалась у меня в руках, все принимались орать: «Верни! Отдай назад!» - и мне становилось неудобно за то, что я взял подарок.
Мои родители разошлись, когда я был совсем маленьким. Я был в семье единственным ребёнком и жил в многоквартирном доме в Южном Бронксе с матерью, бабушкой и дедушкой. Мы еле сводили концы с концами.
Поэтому для меня было настоящим праздником, когда я узнал, что из упаковки овсяных хлопьев можно вырезать купон и получить за него шпоры Тома Микса. А ковбой Том Микс был звездой вестернов. Он был дико знаменит, дико!
Уже то, что шпоры присылали бандеролью по почте, делало их чем-то необыкновенным. В общем, мы заказали шпоры. Когда умерла моя прабабушка, мне было, наверно, лет 6. Помню мы вернулись домой с похорон — и оказалось, что пришла посылка со шпорами Тома Микса. Я просиял. И тут же вспомнил, что прабабушка только что умерла. Мне так хотелось порадоваться шпорам, но… В тот день я узнал, что такое внутренний конфликт.
Хотя мать работала, она находила время, чтобы водить меня в кино на каждый новый фильм. А на следующий день, оставаясь дома один, я играл сам для себя этот фильм с начала до конца, исполняя все роли. «Потерянный уикэнд» я посмотрел, когда был совсем маленьким, и он произвёл на меня сильнейшее впечатление. Я не понимал происходящего на экране, но был заворожен накалом страстей. Не зря Рэй Миллэнд получил за игру в этом фильме «Оскара».
В «Потерянном уикэнде» есть сцена, где Миллэнд ищет бутылку виски. Спьяну он спрятал бутылку где-то в квартире, а теперь протрезвел и хочет её найти. Знает: она где-то здесь, но где именно, не помнит. Долго-долго ищет и всё-таки находит. Я часто играл эту сцену.
Иногда, когда отец приходил меня навестить, он брал меня к своим родственникам в Гарлем и говорил: «Покажи им сцену с бутылкой». Я играл сцену, и все смеялись. А я думал: «Чего это они? Сцена-то серьёзная».
Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха.
Помню, мне было лет 10. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на неё без умолку. Она сносила мои упрёки. И тем самым спасла мне жизнь.
Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы…
Впервые я побывал на подмостках в качестве актёра в начальной школе. Мы ставили спектакль, где на сцене стоял огромный котел — пресловутый «плавильный котёл», а я в качестве представителя Италии стоял и помешивал в нём ложкой. Как сейчас помню: ребята в школе просили у меня автограф, а я расписывался: «Сонни Скотт». Придумал себе звучное имя, понимаете?
Одно из самых больших потрясений в своей жизни я испытал в Южном Бронксе, в одном из тех залов, где когда-то было варьете, а потом устроили кинотеатр. Спектакль давала бродячая труппа. Играли «Чайку» Чехова. Спектакль начался… и тут же закончился. Пролетел как одно мгновение. Это было волшебство. Помню, я задумался: «Кем же надо быть, чтобы написать такое, а?» Я тут же раздобыл сборник рассказов Чехова.
Было время, когда я разносил киоскёрам газету под названием «Шоу-бизнес». Никогда не забуду, сколько мне платили: 12 долларов. Десятку и две бумажки по доллару. Десятку я тут же разменивал, чтобы у меня было 12 однодолларовых купюр. Расплачиваясь в баре, отслюнявишь по доллару от пачки, и со стороны кажется, что денег у тебя уйма.
Знаете, какая разница между игрой на сцене и игрой в кино? Играть - всё равно что ходить по канату. На сцене канат натянут высоко-высоко. Брякнешься, так брякнешься по‑настоящему. В кино канат лежит на полу.
Однажды, стоя у светофора, я поглядел на девушку на той стороне улицы и улыбнулся ей. А она отозвалась: «О, привет, Майкл». Ну, знаете, Майкл из «Крёстного отца». У меня было такое ощущение, что она в одно мгновение лишила меня права быть обыкновенным прохожим. Она меня видела, но она видела во мне не меня, понимаете?
«Оскара» я получил только с 8-го раза. До этого 7 раз меня включали в список номинантов, но и только. Не знаю, смогу ли я адекватно описать своё отношение к этому хотя бы отчасти… Это теперь я смотрю на номинантов и думаю: «А если бы они были нейрохирургами? Кому из них ты доверишь оперировать твой мозг, если понадобится? Вот ему-то и следует дать «Оскара». Но в прошлые времена всё зависело от того, в каком я был настроении.
Иду я как-то по Центральному парку, а ко мне подходит незнакомый человек и спрашивает: «Послушай, что с тобой случилось? Отчего это мы тебя не видим?» Я начал чего-то мямлить: «Ну я… да вот… я…» А он: «Давай, Аль, я хочу увидеть тебя там, на вершине!» И я осознал: мне очень повезло, что у меня есть мой дар.
Пошёл однажды на концерт Фрэнка Синатры. Лет 20 тому назад. На разогреве у него был Бадди Рич. И вот выходит Бадди Рич, и я как-то призадумался: ведь Бадди Ричу тогда шёл седьмой десяток, а он играл на барабанах. Я знаю, он хороший ударник. Но тогда я подумал: «Ну вот, придётся тут сидеть, слушать, как Бадди Рич стучит, ёрзать на месте, пока не выйдет Синатра». Но вот Бадди Рич начал играть - и пошёл, и пошёл, и пошёл. Это было в 10 раз сильнее того, что я от него ожидал. В середине риффа весь зал вскочил и завопил от восторга.
Потом вышел Синатра и сказал простую вещь: «Видите, как этот парень играет на барабанах? А знаете, иногда полезно не сходить с избранного пути». Бадди Рич не сходил с избранного пути. Он не только продолжал год за годом играть на барабанах, но и в тот вечер, выступая на сцене, шёл своим путём. Он словно бы говорил: «Вот сколько я прошёл, давайте проверим, смогу ли я пробиться дальше…».
И внезапно путь сам перенёс его в нужную точку. Вот для чего мы делаем то, что делаем. Хотим найти то самое место. Но найти его - ещё не всё. Нужно не останавливаться. Знаете, есть такая пословица: «Тот, кто упорствует в своём безумии, в один прекрасный день окажется мудрецом».
Мне не нужна красивая жена, за деньги я могу подарить ей любую внешность. Мне не нужна богатая. У меня и так все есть. Мне не нужна ласковая. Почти все женщины становятся таковыми ради моих денег, а тех, кто не становится, я могу завоевать. Мне нужна порядочная жена. Верность и хорошую репутацию мне не купить ни за какие деньги мира.”
Из интервью c Аль Пачино
Из сети
Мои родители разошлись, когда я был совсем маленьким. Я был в семье единственным ребёнком и жил в многоквартирном доме в Южном Бронксе с матерью, бабушкой и дедушкой. Мы еле сводили концы с концами.
Поэтому для меня было настоящим праздником, когда я узнал, что из упаковки овсяных хлопьев можно вырезать купон и получить за него шпоры Тома Микса. А ковбой Том Микс был звездой вестернов. Он был дико знаменит, дико!
Уже то, что шпоры присылали бандеролью по почте, делало их чем-то необыкновенным. В общем, мы заказали шпоры. Когда умерла моя прабабушка, мне было, наверно, лет 6. Помню мы вернулись домой с похорон — и оказалось, что пришла посылка со шпорами Тома Микса. Я просиял. И тут же вспомнил, что прабабушка только что умерла. Мне так хотелось порадоваться шпорам, но… В тот день я узнал, что такое внутренний конфликт.
Хотя мать работала, она находила время, чтобы водить меня в кино на каждый новый фильм. А на следующий день, оставаясь дома один, я играл сам для себя этот фильм с начала до конца, исполняя все роли. «Потерянный уикэнд» я посмотрел, когда был совсем маленьким, и он произвёл на меня сильнейшее впечатление. Я не понимал происходящего на экране, но был заворожен накалом страстей. Не зря Рэй Миллэнд получил за игру в этом фильме «Оскара».
В «Потерянном уикэнде» есть сцена, где Миллэнд ищет бутылку виски. Спьяну он спрятал бутылку где-то в квартире, а теперь протрезвел и хочет её найти. Знает: она где-то здесь, но где именно, не помнит. Долго-долго ищет и всё-таки находит. Я часто играл эту сцену.
Иногда, когда отец приходил меня навестить, он брал меня к своим родственникам в Гарлем и говорил: «Покажи им сцену с бутылкой». Я играл сцену, и все смеялись. А я думал: «Чего это они? Сцена-то серьёзная».
Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха.
Помню, мне было лет 10. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на неё без умолку. Она сносила мои упрёки. И тем самым спасла мне жизнь.
Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы…
Впервые я побывал на подмостках в качестве актёра в начальной школе. Мы ставили спектакль, где на сцене стоял огромный котел — пресловутый «плавильный котёл», а я в качестве представителя Италии стоял и помешивал в нём ложкой. Как сейчас помню: ребята в школе просили у меня автограф, а я расписывался: «Сонни Скотт». Придумал себе звучное имя, понимаете?
Одно из самых больших потрясений в своей жизни я испытал в Южном Бронксе, в одном из тех залов, где когда-то было варьете, а потом устроили кинотеатр. Спектакль давала бродячая труппа. Играли «Чайку» Чехова. Спектакль начался… и тут же закончился. Пролетел как одно мгновение. Это было волшебство. Помню, я задумался: «Кем же надо быть, чтобы написать такое, а?» Я тут же раздобыл сборник рассказов Чехова.
Было время, когда я разносил киоскёрам газету под названием «Шоу-бизнес». Никогда не забуду, сколько мне платили: 12 долларов. Десятку и две бумажки по доллару. Десятку я тут же разменивал, чтобы у меня было 12 однодолларовых купюр. Расплачиваясь в баре, отслюнявишь по доллару от пачки, и со стороны кажется, что денег у тебя уйма.
Знаете, какая разница между игрой на сцене и игрой в кино? Играть - всё равно что ходить по канату. На сцене канат натянут высоко-высоко. Брякнешься, так брякнешься по‑настоящему. В кино канат лежит на полу.
Однажды, стоя у светофора, я поглядел на девушку на той стороне улицы и улыбнулся ей. А она отозвалась: «О, привет, Майкл». Ну, знаете, Майкл из «Крёстного отца». У меня было такое ощущение, что она в одно мгновение лишила меня права быть обыкновенным прохожим. Она меня видела, но она видела во мне не меня, понимаете?
«Оскара» я получил только с 8-го раза. До этого 7 раз меня включали в список номинантов, но и только. Не знаю, смогу ли я адекватно описать своё отношение к этому хотя бы отчасти… Это теперь я смотрю на номинантов и думаю: «А если бы они были нейрохирургами? Кому из них ты доверишь оперировать твой мозг, если понадобится? Вот ему-то и следует дать «Оскара». Но в прошлые времена всё зависело от того, в каком я был настроении.
Иду я как-то по Центральному парку, а ко мне подходит незнакомый человек и спрашивает: «Послушай, что с тобой случилось? Отчего это мы тебя не видим?» Я начал чего-то мямлить: «Ну я… да вот… я…» А он: «Давай, Аль, я хочу увидеть тебя там, на вершине!» И я осознал: мне очень повезло, что у меня есть мой дар.
Пошёл однажды на концерт Фрэнка Синатры. Лет 20 тому назад. На разогреве у него был Бадди Рич. И вот выходит Бадди Рич, и я как-то призадумался: ведь Бадди Ричу тогда шёл седьмой десяток, а он играл на барабанах. Я знаю, он хороший ударник. Но тогда я подумал: «Ну вот, придётся тут сидеть, слушать, как Бадди Рич стучит, ёрзать на месте, пока не выйдет Синатра». Но вот Бадди Рич начал играть - и пошёл, и пошёл, и пошёл. Это было в 10 раз сильнее того, что я от него ожидал. В середине риффа весь зал вскочил и завопил от восторга.
Потом вышел Синатра и сказал простую вещь: «Видите, как этот парень играет на барабанах? А знаете, иногда полезно не сходить с избранного пути». Бадди Рич не сходил с избранного пути. Он не только продолжал год за годом играть на барабанах, но и в тот вечер, выступая на сцене, шёл своим путём. Он словно бы говорил: «Вот сколько я прошёл, давайте проверим, смогу ли я пробиться дальше…».
И внезапно путь сам перенёс его в нужную точку. Вот для чего мы делаем то, что делаем. Хотим найти то самое место. Но найти его - ещё не всё. Нужно не останавливаться. Знаете, есть такая пословица: «Тот, кто упорствует в своём безумии, в один прекрасный день окажется мудрецом».
Мне не нужна красивая жена, за деньги я могу подарить ей любую внешность. Мне не нужна богатая. У меня и так все есть. Мне не нужна ласковая. Почти все женщины становятся таковыми ради моих денег, а тех, кто не становится, я могу завоевать. Мне нужна порядочная жена. Верность и хорошую репутацию мне не купить ни за какие деньги мира.”
Из интервью c Аль Пачино
Из сети
04.06.2025, Новые истории - основной выпуск
В тот день, когда она поняла, что умирает, она позвала меня в свой швейцарский дом и приняла в своей спальне, где ее держали на постельном режиме вот уже долгие месяцы.
- У меня для тебя подарок. Открой эту коробку.
Под шелковой бумагой лежало пальто, которое она подарила мне со словами:
«Если когда-нибудь тебе станет грустно, мой Юбер, накинь его на плечи и скажи себе, что это я, Одри, обнимаю тебя, чтобы утешить».
Юбер де Живанши
Жарким летним днем 1953 года в модном доме Givenchy на авеню Альфреда де Виньи в Париже 26-летний Юбер Живанши ждал важную гостью. Утром секретарша сообщила ему, что придет «мисс Хепберн». Юбер был счастлив: сама Кэтрин Хепберн, звезда фильма «Ребро Адама», удостоит вниманием его скромную персону! Только год назад молодой дизайнер открыл свой модный дом и клиентурой избалован не был.
Однако к указанному сроку в его гостиной появилась не оскароносная американская актриса, а 24-летняя незнакомая девушка. «Меня зовут Одри, – представилась она. – Одри Хепберн».
«Она была похожа на тростинку. Худой подросток в забавных сандалиях, белой футболке, клетчатых обтягивающих штанах и нелепой шляпе, как у гондольеров», – вспоминал потом Юбер.
Одри заявила, что ищет дизайнера, который придумал бы платья для нового фильма «Сабрина». Ей хотелось, чтобы ее героиня «была одета с французским шиком». У Живанши не было времени обшивать неизвестную актрису, поэтому он предложил выбрать что-нибудь из его новой коллекции. Одри согласилась.
Фильм «Сабрина» получил только один «Оскар» – за костюмы. Правда, лавры победителя достались не Юберу, а Эдит Хэд, которая шила наряды для остальных героев фильма. Имя Живанши даже не упомянули в титрах. Одри прилетела в Париж, чтобы извиниться перед дизайнером. «Я утешал ее: «Одри, благодаря «Сабрине» у меня появилось столько клиентов, что я не успеваю их обслуживать. Я стал знаменит и не без твоей помощи», – вспоминает Живанши.
Так началась их дружба.
Его музой была Одри Хепберн. Для «малышки Одри», как он ласково ее называл, Живанши был готов на все.
В 1961 году на экраны вышел фильм «Завтрак у Тиффани». Одри сыграла главную роль в картине, Юбер сшил для ее героини маленькое черное платье. Это было платье «нового образца», отличающееся от канонов, заданных мадам Шанель. Позже Одри назовет эту роль самой успешной в карьере, а Живанши заметит, что благодаря этому платью он «стал бессмертным».
Для Одри он был не просто ее личным портным, он был ее лучшим другом, той самой жилеткой, в которую всегда можно поплакаться. Живанши помог ей пережить расставание с первой любовью – актером Уильямом Холденом, с которым она познакомилась на съемках «Сабрины».
Юбер был рядом, когда Одри вышла замуж за актера Мела Феррера, хоронила первенца, который родился мертвым, и крестила сына Шона, появившегося на свет в 1960 году. Живанши сшил актрисе розовый костюм для свадьбы с психоаналитиком Андреа Дотти…
Юбер был рядом с Одри 42 года. Это был союз, основанный на преданности, понимании, терпении и огромном уважении. Она умерла 20 января 1993 года от рака. На похоронах Живанши не мог плакать – он выплакал все слезы, пока Одри болела. Через несколько месяцев он посадит на могиле подруги ее любимые ландыши...
После смерти Хепберн Живанши понял, что не может работать – в 1995 году он отошел от дел и передал свой модный дом в управление дизайнера Джона Гальяно. Юбер жил в загородном доме недалеко от Парижа, занимался ландшафтным дизайном и редко появлялся на публике. Когда его просили рассказать что-нибудь об Одри, он только загадочно улыбался:
«Она была удивительной женщиной, и мне ее очень не хватает»
Из сети
- У меня для тебя подарок. Открой эту коробку.
Под шелковой бумагой лежало пальто, которое она подарила мне со словами:
«Если когда-нибудь тебе станет грустно, мой Юбер, накинь его на плечи и скажи себе, что это я, Одри, обнимаю тебя, чтобы утешить».
Юбер де Живанши
Жарким летним днем 1953 года в модном доме Givenchy на авеню Альфреда де Виньи в Париже 26-летний Юбер Живанши ждал важную гостью. Утром секретарша сообщила ему, что придет «мисс Хепберн». Юбер был счастлив: сама Кэтрин Хепберн, звезда фильма «Ребро Адама», удостоит вниманием его скромную персону! Только год назад молодой дизайнер открыл свой модный дом и клиентурой избалован не был.
Однако к указанному сроку в его гостиной появилась не оскароносная американская актриса, а 24-летняя незнакомая девушка. «Меня зовут Одри, – представилась она. – Одри Хепберн».
«Она была похожа на тростинку. Худой подросток в забавных сандалиях, белой футболке, клетчатых обтягивающих штанах и нелепой шляпе, как у гондольеров», – вспоминал потом Юбер.
Одри заявила, что ищет дизайнера, который придумал бы платья для нового фильма «Сабрина». Ей хотелось, чтобы ее героиня «была одета с французским шиком». У Живанши не было времени обшивать неизвестную актрису, поэтому он предложил выбрать что-нибудь из его новой коллекции. Одри согласилась.
Фильм «Сабрина» получил только один «Оскар» – за костюмы. Правда, лавры победителя достались не Юберу, а Эдит Хэд, которая шила наряды для остальных героев фильма. Имя Живанши даже не упомянули в титрах. Одри прилетела в Париж, чтобы извиниться перед дизайнером. «Я утешал ее: «Одри, благодаря «Сабрине» у меня появилось столько клиентов, что я не успеваю их обслуживать. Я стал знаменит и не без твоей помощи», – вспоминает Живанши.
Так началась их дружба.
Его музой была Одри Хепберн. Для «малышки Одри», как он ласково ее называл, Живанши был готов на все.
В 1961 году на экраны вышел фильм «Завтрак у Тиффани». Одри сыграла главную роль в картине, Юбер сшил для ее героини маленькое черное платье. Это было платье «нового образца», отличающееся от канонов, заданных мадам Шанель. Позже Одри назовет эту роль самой успешной в карьере, а Живанши заметит, что благодаря этому платью он «стал бессмертным».
Для Одри он был не просто ее личным портным, он был ее лучшим другом, той самой жилеткой, в которую всегда можно поплакаться. Живанши помог ей пережить расставание с первой любовью – актером Уильямом Холденом, с которым она познакомилась на съемках «Сабрины».
Юбер был рядом, когда Одри вышла замуж за актера Мела Феррера, хоронила первенца, который родился мертвым, и крестила сына Шона, появившегося на свет в 1960 году. Живанши сшил актрисе розовый костюм для свадьбы с психоаналитиком Андреа Дотти…
Юбер был рядом с Одри 42 года. Это был союз, основанный на преданности, понимании, терпении и огромном уважении. Она умерла 20 января 1993 года от рака. На похоронах Живанши не мог плакать – он выплакал все слезы, пока Одри болела. Через несколько месяцев он посадит на могиле подруги ее любимые ландыши...
После смерти Хепберн Живанши понял, что не может работать – в 1995 году он отошел от дел и передал свой модный дом в управление дизайнера Джона Гальяно. Юбер жил в загородном доме недалеко от Парижа, занимался ландшафтным дизайном и редко появлялся на публике. Когда его просили рассказать что-нибудь об Одри, он только загадочно улыбался:
«Она была удивительной женщиной, и мне ее очень не хватает»
Из сети
08.06.2024, Новые истории - основной выпуск
1977 год: ей на тот момент 17 лет, и она уже звезда: тремя годами раннее снялась в кинокартине «Сто дней после детства», получившей премию Гостелерадио СССР и приз Берлинского кинофестиваля. Ее фотография — на обложке «Советского экрана» в номинации «Лучшая актриса года». И, несмотря на это, после школы она отдает документы не во ВГИК, а в Московский медицинский стоматологический институт им. Н. А. Семашко.
Получив диплом, знаменитая на весь СССР молодая актриса устраивается на работу врачом в районную поликлинику. В этот период она совмещает лечение людей и съемки в кино, а еще — выходит замуж за режиссера Сергея Соловьева (это именно он снял «Сто дней после детства»), для которого она становится не только женой, но и музой, продолжая сниматься в его самых заметных киноработах.
Ролей у актрисы не так много, но все они — очень яркие, как и сами эти фильмы: «Асса», «Десять негритят», «Храни меня, мой талисман». В последние 10 лет она оставила карьеру актрисы и снова посвятила себя служению людям — является сопредседателем попечительского совета московского благотворительного фонда помощи хосписам «Вера». Сегодня у Татьяны Друбич день рождения — наши поздравления этой очень тонкой актрисе и общественному деятелю.
Татьяна Друбич
Неизвестный автор, 1980-е, МАММ/МДФ.
Получив диплом, знаменитая на весь СССР молодая актриса устраивается на работу врачом в районную поликлинику. В этот период она совмещает лечение людей и съемки в кино, а еще — выходит замуж за режиссера Сергея Соловьева (это именно он снял «Сто дней после детства»), для которого она становится не только женой, но и музой, продолжая сниматься в его самых заметных киноработах.
Ролей у актрисы не так много, но все они — очень яркие, как и сами эти фильмы: «Асса», «Десять негритят», «Храни меня, мой талисман». В последние 10 лет она оставила карьеру актрисы и снова посвятила себя служению людям — является сопредседателем попечительского совета московского благотворительного фонда помощи хосписам «Вера». Сегодня у Татьяны Друбич день рождения — наши поздравления этой очень тонкой актрисе и общественному деятелю.
Татьяна Друбич
Неизвестный автор, 1980-е, МАММ/МДФ.
Будущая звезда «Кавказской пленницы», а пока выпускница акробатического отделения Государственного училища циркового и эстрадного искусства эквилибристка и просто красавица Наталья Варлей на трапеции в цирке. СССР. 1965-1966 гг.
18.12.2025, Новые истории - основной выпуск
Самая счастливая неудачница в истории мореплавания? Вайолет Констанс Джессоп — стюардесса легендарного «Титаника», которая пережила три кораблекрушения за пять лет, но каждый раз ей чудом удавалось спастись.
Вайолет родилась в Аргентине в семье ирландских иммигрантов. В детстве девочка заболела туберкулезом, и никто не верил, что она выживет. Но Вайолет выкарабкалась. После смерти отца Джессопы перебралась в Англию, где вскоре заболела и мать. Вайолет была старшей из девятерых детей, и ей пришлось обеспечивать семью. Тогда она устроилась работать стюардессой на элитных лайнерах.
В 1911 году 23-летняя девушка попала на «Олимпик», крупнейший трансатлантический лайнер того времени. Вайолет не хотела работать на корабле из-за неподходящего климата во время плавания, но в тот момент она очень нуждалась в деньгах. 20 сентября после неудачного маневра «Олимпик» столкнулся с крейсером «Хоук». К счастью, в той катастрофе никто не пострадал.
В 1912 году Вайолет перевели на «Титаник». Она снова не хотела отправляться в плавание, но ее убедили: работа на таком крупном корабле сулила большие перспективы. 10 апреля лайнер под управлением капитана Эдварда Джона Смита, командовавшего «Олимпиком» во время той самой аварии, отправился в Нью-Йорк.
Ночью 14 апреля девушка уже почти засыпала, когда почувствовала толчок. Всех стюардесс попросили собраться на верхней палубе и спуститься на шлюпки: так экипаж хотел показать, что эвакуироваться безопасно. Позже Вайолет призналась, что в тот момент она беспокоилась только о новой зубной щетке, оставленной на корабле.
В 1916 году девушка устроилась на борт «Британника», но уже в качестве медсестры: в разгар Первой мировой корабль использовали для транспортировки раненых. 21 ноября судно подорвалось на немецкой мине. Вайолет снова оказалась в спасательной шлюпке. Однако винт лайнера продолжал работать, и лодку затянуло под киль. Девушка сильно ударилась головой о корпус корабля, но отделалась лишь легкой травмой.
Свою третью катастрофу Вайолет пережила с юмором. Она рассказывала, что в этот раз не забыла зубную щетку в каюте. Несмотря на все трудности, женщина продолжила работать на кораблях. Она была стюардессой до 1948 года и осталась единственной, кто пережил все катастрофы лайнеров класса «Олимпик».
Из сети
Вайолет родилась в Аргентине в семье ирландских иммигрантов. В детстве девочка заболела туберкулезом, и никто не верил, что она выживет. Но Вайолет выкарабкалась. После смерти отца Джессопы перебралась в Англию, где вскоре заболела и мать. Вайолет была старшей из девятерых детей, и ей пришлось обеспечивать семью. Тогда она устроилась работать стюардессой на элитных лайнерах.
В 1911 году 23-летняя девушка попала на «Олимпик», крупнейший трансатлантический лайнер того времени. Вайолет не хотела работать на корабле из-за неподходящего климата во время плавания, но в тот момент она очень нуждалась в деньгах. 20 сентября после неудачного маневра «Олимпик» столкнулся с крейсером «Хоук». К счастью, в той катастрофе никто не пострадал.
В 1912 году Вайолет перевели на «Титаник». Она снова не хотела отправляться в плавание, но ее убедили: работа на таком крупном корабле сулила большие перспективы. 10 апреля лайнер под управлением капитана Эдварда Джона Смита, командовавшего «Олимпиком» во время той самой аварии, отправился в Нью-Йорк.
Ночью 14 апреля девушка уже почти засыпала, когда почувствовала толчок. Всех стюардесс попросили собраться на верхней палубе и спуститься на шлюпки: так экипаж хотел показать, что эвакуироваться безопасно. Позже Вайолет призналась, что в тот момент она беспокоилась только о новой зубной щетке, оставленной на корабле.
В 1916 году девушка устроилась на борт «Британника», но уже в качестве медсестры: в разгар Первой мировой корабль использовали для транспортировки раненых. 21 ноября судно подорвалось на немецкой мине. Вайолет снова оказалась в спасательной шлюпке. Однако винт лайнера продолжал работать, и лодку затянуло под киль. Девушка сильно ударилась головой о корпус корабля, но отделалась лишь легкой травмой.
Свою третью катастрофу Вайолет пережила с юмором. Она рассказывала, что в этот раз не забыла зубную щетку в каюте. Несмотря на все трудности, женщина продолжила работать на кораблях. Она была стюардессой до 1948 года и осталась единственной, кто пережил все катастрофы лайнеров класса «Олимпик».
Из сети
01.10.2025, Новые истории - основной выпуск
«Называйте меня предательницей»: история любви, которая случилась там, где ее быть не должно
Война не оставляет места для личного. Чувства, как и люди, там либо выживают, либо исчезают. Но что, если любовь становится частью игры на выживание? История Валентины Довгер и Николая Кузнецова — это не о страстных признаниях под луной. Это о хрупкой близости, которую нужно было скрывать даже от себя.
Они шли по улице, стараясь держаться как можно спокойнее. Он — светловолосый немецкий офицер, она — хрупкая девушка, сжимающая его руку. На них шипели прохожие: «Шлюха!». Валя знала, что нельзя оборачиваться. Нельзя выдать ни капли эмоций. Вся их игра держалась на этом.
Но в чем именно была игра? В том, чтобы выжить? Или чтобы вцепиться в это странное ощущение близости, которое возникло между ними — разведчиком и радисткой, которые в другой жизни, может быть, просто сидели бы рядом в парке и ели мороженое?
Николай Кузнецов был человеком, который жил с огнем в глазах. Феноменальный разведчик, владеющий шестью диалектами немецкого, способный выдать себя за кого угодно. Когда-то он был женат. Но потом его жизнь стала службой. А еще — игрой на грани. Азарт всегда двигал им вперед. Возможно, именно поэтому он поверил Валентине, когда в 1943 году встретил ее в партизанском отряде под Ровно.
Валя была совсем молодой, но в ее взгляде читалась непоколебимая решимость. Незадолго до этого ее отца зверски убили бандеровцы — утопили в проруби за связь с партизанами. Она могла бы уехать, могла бы спрятаться. Но вместо этого Валя выбрала остаться и бороться. Даже когда ее уговорили отправиться на курсы радистов, она все равно возвращалась в отряд. И вот однажды, когда она снова просила оставить ее среди бойцов, Кузнецов, стоявший неподалеку, иронично бросил: «Соглашайтесь, девушка. Пока отучитесь, война закончится. Если повезет, прилетите в отряд, стрельнете пару раз в воздух».
Он не ожидал, что она ответит ему на чистейшем немецком. И, возможно, в этот момент он впервые увидел в ней не просто девушку, а союзника. Того, кто не подведет.
Их первая совместная миссия была больше похожа на сюжет шпионского романа. Кузнецов, под именем немецкого офицера Пауля Зиберта, написал рейхскомиссару Украины Эриху Коху трогательное письмо: мол, хочет жениться на девушке немецкого происхождения, отца которой убили партизаны, и просит не угонять ее в Германию. Чувствительный Кох пригласил «жениха» и «невесту» на личную встречу.
Валя помнила, как сильно колотилось сердце, когда их разделили. Как она сидела в другой комнате, не зная, выйдет ли Кузнецов живым. Он, в свою очередь, не смог вытащить пистолет: в кабинете было слишком много офицеров. Но он ушел, держа ее за руку, будто ничего не произошло. А в отчете потом написал, что Кох случайно выдал важные данные о планах на Курской дуге.
Их игра продолжалась. Валя осталась в Ровно и даже получила небольшую должность в рейхскомиссариате. Она собирала информацию, передавала ее Кузнецову, который продолжал свою подрывную деятельность. Он доверял ей. А она — ему.
Но война не прощает тех, кто играет слишком долго. Весной 1944 года Кузнецов отправился во Львов. Немцы уже знали, кто он такой, и выдали ориентировки на «офицера Пауля Зиберта». Николай погиб в перестрелке, отстреливаясь до последнего патрона.
Валю схватило гестапо. Ее пытали, но она стояла на своем: она не знала, что ее жених — советский шпион. Победу она встретила в концлагере.
После войны Валентина вышла замуж за военного следователя, родила сына и прожила долгую жизнь. О том времени она почти не говорила. Может быть, потому, что ее роман с Кузнецовым был частью войны, а не частью мирной жизни. Может быть, потому, что в этой истории не было хеппи-энда.
Из сети
Война не оставляет места для личного. Чувства, как и люди, там либо выживают, либо исчезают. Но что, если любовь становится частью игры на выживание? История Валентины Довгер и Николая Кузнецова — это не о страстных признаниях под луной. Это о хрупкой близости, которую нужно было скрывать даже от себя.
Они шли по улице, стараясь держаться как можно спокойнее. Он — светловолосый немецкий офицер, она — хрупкая девушка, сжимающая его руку. На них шипели прохожие: «Шлюха!». Валя знала, что нельзя оборачиваться. Нельзя выдать ни капли эмоций. Вся их игра держалась на этом.
Но в чем именно была игра? В том, чтобы выжить? Или чтобы вцепиться в это странное ощущение близости, которое возникло между ними — разведчиком и радисткой, которые в другой жизни, может быть, просто сидели бы рядом в парке и ели мороженое?
Николай Кузнецов был человеком, который жил с огнем в глазах. Феноменальный разведчик, владеющий шестью диалектами немецкого, способный выдать себя за кого угодно. Когда-то он был женат. Но потом его жизнь стала службой. А еще — игрой на грани. Азарт всегда двигал им вперед. Возможно, именно поэтому он поверил Валентине, когда в 1943 году встретил ее в партизанском отряде под Ровно.
Валя была совсем молодой, но в ее взгляде читалась непоколебимая решимость. Незадолго до этого ее отца зверски убили бандеровцы — утопили в проруби за связь с партизанами. Она могла бы уехать, могла бы спрятаться. Но вместо этого Валя выбрала остаться и бороться. Даже когда ее уговорили отправиться на курсы радистов, она все равно возвращалась в отряд. И вот однажды, когда она снова просила оставить ее среди бойцов, Кузнецов, стоявший неподалеку, иронично бросил: «Соглашайтесь, девушка. Пока отучитесь, война закончится. Если повезет, прилетите в отряд, стрельнете пару раз в воздух».
Он не ожидал, что она ответит ему на чистейшем немецком. И, возможно, в этот момент он впервые увидел в ней не просто девушку, а союзника. Того, кто не подведет.
Их первая совместная миссия была больше похожа на сюжет шпионского романа. Кузнецов, под именем немецкого офицера Пауля Зиберта, написал рейхскомиссару Украины Эриху Коху трогательное письмо: мол, хочет жениться на девушке немецкого происхождения, отца которой убили партизаны, и просит не угонять ее в Германию. Чувствительный Кох пригласил «жениха» и «невесту» на личную встречу.
Валя помнила, как сильно колотилось сердце, когда их разделили. Как она сидела в другой комнате, не зная, выйдет ли Кузнецов живым. Он, в свою очередь, не смог вытащить пистолет: в кабинете было слишком много офицеров. Но он ушел, держа ее за руку, будто ничего не произошло. А в отчете потом написал, что Кох случайно выдал важные данные о планах на Курской дуге.
Их игра продолжалась. Валя осталась в Ровно и даже получила небольшую должность в рейхскомиссариате. Она собирала информацию, передавала ее Кузнецову, который продолжал свою подрывную деятельность. Он доверял ей. А она — ему.
Но война не прощает тех, кто играет слишком долго. Весной 1944 года Кузнецов отправился во Львов. Немцы уже знали, кто он такой, и выдали ориентировки на «офицера Пауля Зиберта». Николай погиб в перестрелке, отстреливаясь до последнего патрона.
Валю схватило гестапо. Ее пытали, но она стояла на своем: она не знала, что ее жених — советский шпион. Победу она встретила в концлагере.
После войны Валентина вышла замуж за военного следователя, родила сына и прожила долгую жизнь. О том времени она почти не говорила. Может быть, потому, что ее роман с Кузнецовым был частью войны, а не частью мирной жизни. Может быть, потому, что в этой истории не было хеппи-энда.
Из сети
В 2018 году весь мир был потрясён историей самки косатки по имени Тахлекуа (J35) из находящейся под угрозой популяции Southern Resident. На протяжении 17 дней она носила тело своего мёртвого детёныша, преодолев более 1 600 километров в водах северо-западной части Тихого океана.
Малыш прожил лишь около 30 минут после рождения, но этого времени хватило, чтобы между ними возникла связь, которую мать не могла разорвать. Она поддерживала тело головой, иногда поднимая его над поверхностью, и всё это время плыла рядом со своей стаей.
Исследователи из Центра изучения китов назвали это поведение «туром скорби» – наглядным доказательством эмоциональной глубины и прочных социальных связей косаток. Учёные опасались за её здоровье, поскольку столь долгий траур истощал её. Но в конце концов она отпустила детёныша и вскоре была замечена снова, бодро плавающей рядом со своей семьёй.
Эта история показала не только утрату, но и невероятную силу любви и скорби, скрытую в глубинах океана. 🌊🐋
18.05.2025, Новые истории - основной выпуск
Почему у моряков были брюки-клёш? Не для красоты, а чтобы выжить
Брюки-клёш — символ хиппи, диско и «Битлз»? Верно. Но до модных подиумов они прошли путь... через борт корабля.
Настоящий морской клёш появился в начале XIX века и был частью униформы американского флота. И придумали его не дизайнеры, а инженеры по выживанию. Всё дело в форме: широкие штанины легко снимаются прямо в воде — даже не снимая ботинок! Упали за борт — расстегнули специальный клапан, пошевелили ногами — и тяжёлые мокрые брюки ушли на дно, а вы всплыли.
А ещё из клёша можно было сделать спасательный жилет: завязал штанины, наловил туда воздуха — и вот тебе плавучий мешок.
Кроме того, клёш был удобен: не мешал лазить по мачтам, защищал от холода за счёт воздушной прослойки между тканью и телом, легко закатывался выше колен и не сковывал движения.
В России клёш сначала был под запретом — матросам, вставлявшим в штанины даже фанеру (!), делали выговоры. Но уже в 1917-м клёш стал символом свободы — на флоте и за его пределами. Позже его полюбили стиляги и хиппи. Клёш перекочевал из портов на дискотеки, с палубы — на подиум.
Сегодня он снова в моде. Но помните: настоящий морской клёш — это не джинсы до пола, а инженерное решение, благодаря которому тысячи моряков смогли остаться в живых.
Из сети
Брюки-клёш — символ хиппи, диско и «Битлз»? Верно. Но до модных подиумов они прошли путь... через борт корабля.
Настоящий морской клёш появился в начале XIX века и был частью униформы американского флота. И придумали его не дизайнеры, а инженеры по выживанию. Всё дело в форме: широкие штанины легко снимаются прямо в воде — даже не снимая ботинок! Упали за борт — расстегнули специальный клапан, пошевелили ногами — и тяжёлые мокрые брюки ушли на дно, а вы всплыли.
А ещё из клёша можно было сделать спасательный жилет: завязал штанины, наловил туда воздуха — и вот тебе плавучий мешок.
Кроме того, клёш был удобен: не мешал лазить по мачтам, защищал от холода за счёт воздушной прослойки между тканью и телом, легко закатывался выше колен и не сковывал движения.
В России клёш сначала был под запретом — матросам, вставлявшим в штанины даже фанеру (!), делали выговоры. Но уже в 1917-м клёш стал символом свободы — на флоте и за его пределами. Позже его полюбили стиляги и хиппи. Клёш перекочевал из портов на дискотеки, с палубы — на подиум.
Сегодня он снова в моде. Но помните: настоящий морской клёш — это не джинсы до пола, а инженерное решение, благодаря которому тысячи моряков смогли остаться в живых.
Из сети
28.12.2025, Остальные новые истории
Британский пловец Роб Хои наслаждался спокойным плаванием со своей дочерью у Северного острова Новой Зеландии, когда в океане неожиданно произошло нечто необычное.
Из ниоткуда появилась кучка дельфинов, плотно кружившая вокруг них и аккуратно подталкивая их к центру. Каждый раз, когда Роб пытался отплыть, два дельфина направляли его назад - настойчиво защищая, как будто спасали от невидимой угрозы.
Опасность вскоре раскрылась: в этом направлении двигалась большая белая акула длиной почти в три метра. Мгновенно поведение дельфинов поменялось. Они шлёпали хвостами по воде, стремясь скоординированными порывами образовать живую преграду - явно пытаясь запутать и прогнать хищницу.
Почти сорок минут дельфины держали защитное формирование, отказываясь отпускать Роба и его дочь, пока акула окончательно не отступила. Только тогда они разомкнули круг, позволяя двум пловцам добраться до безопасной зоны.
Замечательная сцена была засвидетельствована несколькими пляжными путешественниками, благодаря которым и мы тоже являемся свидетелями того, как дельфины помогают и проявляют необычные оборонительные инстинкты для защиты людей от нападения.
Из сети
Из ниоткуда появилась кучка дельфинов, плотно кружившая вокруг них и аккуратно подталкивая их к центру. Каждый раз, когда Роб пытался отплыть, два дельфина направляли его назад - настойчиво защищая, как будто спасали от невидимой угрозы.
Опасность вскоре раскрылась: в этом направлении двигалась большая белая акула длиной почти в три метра. Мгновенно поведение дельфинов поменялось. Они шлёпали хвостами по воде, стремясь скоординированными порывами образовать живую преграду - явно пытаясь запутать и прогнать хищницу.
Почти сорок минут дельфины держали защитное формирование, отказываясь отпускать Роба и его дочь, пока акула окончательно не отступила. Только тогда они разомкнули круг, позволяя двум пловцам добраться до безопасной зоны.
Замечательная сцена была засвидетельствована несколькими пляжными путешественниками, благодаря которым и мы тоже являемся свидетелями того, как дельфины помогают и проявляют необычные оборонительные инстинкты для защиты людей от нападения.
Из сети
19.09.2025, Новые истории - основной выпуск
Василий Кочетков: Солдат трёх императоров
Необыкновенная история русского солдата Василия Николаевича Кочеткова началась в 1785 году в селе Спасское Симбирской губернии. С детства он был приписан к военному ведомству, ведь его отец служил в армии. Уже в юном возрасте Василий играл с деревенскими мальчишками «в солдаты», маршируя по улицам родного села.
Военная карьера Кочеткова стартовала в 1811 году, когда его определили в лейб-гвардию гренадерского полка. Судьба свела его с величайшими событиями эпохи – в 1812 году он оказался в самом пекле Бородинского сражения, защищая левый фланг русской армии на Утицком кургане.
За свою жизнь Василий Николаевич участвовал в десяти военных кампаниях, побывал в самых горячих точках того времени:
Завоевал Париж в составе русской армии
Сражался на Кавказе, где попал в плен и совершил побег
Защищал Севастополь в Крымской войне
Воевал на Балканах в Русско-турецкой войне
Прошёл через Турцию, Венгрию и славянские земли
Не раз смерть заглядывала ему в лицо. На Кавказе Кочетков получил серьёзное ранение – перебило коленный сустав. После пленения ему пришлось ампутировать ногу, но даже с деревянным протезом он не оставил службу. В Севастополе его контузило при взрыве бомбы, однако это не сломило боевого духа ветерана.
В 92 года Кочетков добровольцем отправился на фронт Русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Даже после окончательного ухода со службы в 1892 году в возрасте 107 лет, он продолжал служить Отечеству – охранял Зимний дворец.
На мундире ветерана едва помещались 23 Георгиевских креста и множество других наград. Его называли «Солдатом трёх императоров», ведь он служил при Александре I, Николае I и Александре III. До конца своих дней он оставался подтянутым, статным и верным своему долгу.
Василий Николаевич Кочетков стал живым воплощением верности воинскому долгу и любви к Родине, проведя в строю более 80 лет своей жизни. Его история – это не просто рассказ о военном ветеране, а подлинная легенда о человеке, посвятившем жизнь служению Отечеству.
Из сети
Необыкновенная история русского солдата Василия Николаевича Кочеткова началась в 1785 году в селе Спасское Симбирской губернии. С детства он был приписан к военному ведомству, ведь его отец служил в армии. Уже в юном возрасте Василий играл с деревенскими мальчишками «в солдаты», маршируя по улицам родного села.
Военная карьера Кочеткова стартовала в 1811 году, когда его определили в лейб-гвардию гренадерского полка. Судьба свела его с величайшими событиями эпохи – в 1812 году он оказался в самом пекле Бородинского сражения, защищая левый фланг русской армии на Утицком кургане.
За свою жизнь Василий Николаевич участвовал в десяти военных кампаниях, побывал в самых горячих точках того времени:
Завоевал Париж в составе русской армии
Сражался на Кавказе, где попал в плен и совершил побег
Защищал Севастополь в Крымской войне
Воевал на Балканах в Русско-турецкой войне
Прошёл через Турцию, Венгрию и славянские земли
Не раз смерть заглядывала ему в лицо. На Кавказе Кочетков получил серьёзное ранение – перебило коленный сустав. После пленения ему пришлось ампутировать ногу, но даже с деревянным протезом он не оставил службу. В Севастополе его контузило при взрыве бомбы, однако это не сломило боевого духа ветерана.
В 92 года Кочетков добровольцем отправился на фронт Русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Даже после окончательного ухода со службы в 1892 году в возрасте 107 лет, он продолжал служить Отечеству – охранял Зимний дворец.
На мундире ветерана едва помещались 23 Георгиевских креста и множество других наград. Его называли «Солдатом трёх императоров», ведь он служил при Александре I, Николае I и Александре III. До конца своих дней он оставался подтянутым, статным и верным своему долгу.
Василий Николаевич Кочетков стал живым воплощением верности воинскому долгу и любви к Родине, проведя в строю более 80 лет своей жизни. Его история – это не просто рассказ о военном ветеране, а подлинная легенда о человеке, посвятившем жизнь служению Отечеству.
Из сети
30.04.2025, Новые истории - основной выпуск
Актриса Лидия Смирнова была известной сердцеедкой. Когда она была в эвакуации в Алма-Ате, за ней принялись ухаживать сразу двое знатных мужчин - режиссер Фридрих Эрмлер и оператор Владимир Рапопорт. Она встречалась то с одним, то с другим и никак не могла выбрать. Оба были достойными, оба талантливы, и оба были влюблены в нее.
В общежитии в эвакуации Смирнова жила с актрисой Верой Марецкой. Та не скупилась в выражениях и оценках, обладая острым умом и язвительным языком. Жили женщины впроголодь, понятное дело, война. Оба же ухажера Лидии получали специальные лауреатские пайки, в которые входили по полсотни яиц. Однажды после выдачи такого пайка радостный разрумяненный Эрмлер явился к девушкам в гости, держа в руках два яйца всмятку — побаловать возлюбленную и ее подругу. Спустя несколько минут следом за ним в комнату робко вошел Рапопорт, смущенно волоча в руках все 50 яиц.
"Ты еще думаешь? — иронично спросила прямо при кавалерах Марецкая. — Этот так и будет тебе по два яйца выделять, а другой — все отдаст!".
Стоит ли говорить о том, что когда актриса заболела тифом, именно Рапопорт выхаживал ее? Смирнова уже распрощалась с жизнью, очень тяжело переживала и болезнь, и ее последствия. Однако Володя всегда был рядом - готовил для нее, учил ходить, возил в горы. Вместе они преодолели страшный недуг, а после выздоровления поженились.
©️ Лилия Ахремчик
В общежитии в эвакуации Смирнова жила с актрисой Верой Марецкой. Та не скупилась в выражениях и оценках, обладая острым умом и язвительным языком. Жили женщины впроголодь, понятное дело, война. Оба же ухажера Лидии получали специальные лауреатские пайки, в которые входили по полсотни яиц. Однажды после выдачи такого пайка радостный разрумяненный Эрмлер явился к девушкам в гости, держа в руках два яйца всмятку — побаловать возлюбленную и ее подругу. Спустя несколько минут следом за ним в комнату робко вошел Рапопорт, смущенно волоча в руках все 50 яиц.
"Ты еще думаешь? — иронично спросила прямо при кавалерах Марецкая. — Этот так и будет тебе по два яйца выделять, а другой — все отдаст!".
Стоит ли говорить о том, что когда актриса заболела тифом, именно Рапопорт выхаживал ее? Смирнова уже распрощалась с жизнью, очень тяжело переживала и болезнь, и ее последствия. Однако Володя всегда был рядом - готовил для нее, учил ходить, возил в горы. Вместе они преодолели страшный недуг, а после выздоровления поженились.
©️ Лилия Ахремчик
Оби Ван Киноби (1669)