Поиск по автору:

Мой бывший директор порядком бесил меня, пока работал в этой должности. Мы вкалывали как ишаки, кругом авралы, а как ни зайдешь к нему – да там просто опушка отдыха. Око покоя и дали ладья. Сидит один, ничем не занят. Не скрываясь, смотрит футбольный матч. Никому на хрен не нужен. Одно хорошо – сидит на попе ровно, от звонка до звонка. Всегда и всем доступен, любой вопрос решает за минуты.

Особенно я оценил легкость отправки в командировки. В другой конторе мне для этого приходилось 17(!) подписей собирать и плодить том документов. Возни на две недели. А тут сказка – устный минутный дебат. Я обосновываю, в ответ летят два-три вопроса. Точные, как акупунктура. Он вообще был молчалив. Вполне мог послать нахрен по итогам дебатов, вежливо.

Зато когда он молвил свое ОК и возвращался к просмотру матча, далее наступало чудо. От меня не требовалось ни единой бумажки. Все вертелось само. Я называл его секретарше день и час, не позже которого я должен был прибыть в тот или иной город, и не раньше которых оттуда убыть. С этих моих слов из ниоткуда появлялись: приказ о командировке, служебное задание, заявка на внешний сервис. Покупались авиабилеты, бронировался отель, организовывался трансфер, оплачивался оргвзнос конференции, виза и медицинская страховка – все это без моего участия. Меня спрашивали выбрать из пары готовых вариантов и что-то подписать.

Такой сервис доступен сейчас в России разве что ректорам крупных университетов. А я в общем-то просто менеджер среднего звена. Не по Сеньке шапка. Но люди быстро привыкают к хорошему.

Понял я, кого мы потеряли с прочной репутацией директора-бездельника, когда его очень нехорошо сместили и назначили нового. Молодого и ретивого. Вникал во все детали, завел исчерпывающие регламенты. Мы их месяца три писали в приказном порядке, но ни у кого сил не хватило дочитать продукцию соседнего отдела.

Сейчас он тоже история – давно уволили и его, и человека, его назначившего, и его начальника, и начальника его начальника. Запомнился игрой желваками и тем, что я заколебался прорываться в его кабинет по самым неотложным вопросам. Там всегда стояла живая очередь из других семи начальников отделов. Документацию по командировкам пришлось писать самому и собирать многочисленные визы. Устные дебаты, а надо ли ехать вообще, и зачем, растягивались до часа – чел явно был не в теме и с энтузиазмом в нее входил. Потом кончились пластиковые стаканчики в диспенсере для холодной и горячей воды. Потом и сама вода. Следом накрылся картридж цветного А3 принтера. Вскоре закончилась бумага и для обыкновенного. Начала рушиться сеть. Уволилась половина сотрудников. Впрочем, пятеро из них, самые красавицы, практически одновременно ушли в декрет. Две из них потом даже родили в один день. Во всех этих уходах новый начальник всерьез подозревал хитрую интригу предыдущего.

А у меня наступила ностальгия по прежнему директору-бездельнику. Созвонился, встретился с ним в ресторанчике. Поговорили за жизнь. Он теперь генеральный директор крупного издательства. «Да работы, собственно, никакой» - сказал флегматично – «сложившийся коллектив, хороший главный редактор. Выпуск сделает. А мое дело – чтобы _всегда_ была бумага для наших туалетов и для нашей газеты». Сказал именно в этом порядке. Именно с таким, очень мягким ударением.
- Футбольные матчи на новой работе по-прежнему смотрите? – ехидно спросил я.
- Ну да. А че там еще делать?

Несколько лет назад группа особо продвинутых перцев решила скоротать
путь из Владивостока к ливадийским пляжам (местный топоним) на красивых
разноцветных глиссерах. Собирались быстро. На глиссер много не возьмёшь,
зарядились только деньгами по полной и запасные канистры с горючим
прихватили, до Ливадии расстояние всё-таки не глиссерное. Всё лишнее
выбросили нафиг, можно было купить на месте.

Горючее у них кончилось возле острова Путятин. Сначала бережно бодали
друг друга к берегу, словно добрые дельфины-спасатели, у кого ещё
горючка оставалась. Потом гребли ластами уже все хором, в интересных
позах. Когда догребли, легче не стало. Местность вокруг была дикая и
безлюдная. Толкать перед собой глиссеры к ближайшей бензоколонке они
могли хоть до конца отпуска, а оставить их на берегу не решились.
"Хоть и нету вокруг ни души, а всё равно - тут же бы ведь спиз#или!" -
горячо пояснил мне непосредственный участник. Чувствовалось, что эта
фраза была им выстрадана. Послали разведчика. Тот нашёл неподалёку
одинокую хату, а при ней хмурого мужика с мотоколяской. Разведчик
попросил его сгонять за бензином, посулив немеряных бабок. "Деньги штука
хорошая" - ответил мужик - " да только у меня картошка пропадает. Нахрен
её в этом году столько уродилось, жалко. Выкопаете всю - бензин ваш.
Иначе сами как-нибудь".

Мужик был пожилой, но угрожать ему интуитивно не хотелось.
Так три перспективных менеджера вместо дефиле по сверкающим волнам мимо
знойных девушек целый день копали картошку в модных плавках. Сначала
думали, что это олигарх какой-нибудь замаскированный прикалывается.
Но под вечер разговорились - вроде нормальный мужик, по компании
соскучился. А когда выкопанную картошку распробовали, поняли мужика с
его ультиматумом. Такую картошку собрать было просто необходимо.
На следующий вечер у берегов Ливадии показалась маленькая эскадра
японских глиссеров, гружёных редкой уже в этих местах русской
картошкой...