Поиск по автору:

Встаю я как-то на весы, смотрю — набрал лишние килограммы.
Говорю жене:
— Представляешь, вешу уже 99,9 кг.
Жена в ответ:
— Золотой ты мой!

Единственный попрошайка, которому мы никогда не отказываем, — наш желудок.

Почерк, которым шахматист записывает ходы, изменяется в зависимости от позиции: в хорошей — это каллиграфия, в плохой — стенография.

Был я как-то в гостях у одного своего приятеля. Посидели, пообщались, а потом он достал из антресоли шахматы, сдул с них пыль и предложил мне сразиться. Сели играть на диване. В самый разгар партии из соседней комнаты вышла четырёхлетняя дочь приятеля. Она подошла к доске и с удивлением в глазах стала смотреть на передвижения наших фигур. Потом вдруг размашистым движением руки смахнула с доски все фигуры, топнула ногой и заявила:
— Мне не нлавитса эта дулацкая игла!
Шок был настолько сильным, что мы с приятелем остолбенели. Потом его лицо побагровело и было видно, что он подбирает подходящие слова, чтобы выплеснуть гнев. Девочка, воспользовавшись заминкой, важно поправила на голове огромные розовые банты и неспешно удалилась в ту же комнату, откуда появилась минуту назад.
Приятель от увиденного сменил гнев на милость, оттаял, и мы с ним посмеялись. А потом я рассказал ему историю о том, как один любитель шахмат троллил своих соперников. Он обучил свою собаку тайной команде, при которой она во время партии якобы нечаянно лапой смахивала с доски все фигуры. Разумеется, происходило это в тот момент, когда любитель получал проигранную позицию.
— Надеюсь, ты не думаешь, что я тоже специально обучил дочку? — спросил мой приятель.
— Конечно, не думаю, — ответил я, — ведь когда дочка смахнула фигуры, твоя позиция была лучше.

Самые вежливые пищевые продукты — это арбуз и пиво: они никогда не задерживаются в нашем организме надолго.

Болея за свою страну, не чихай на другие.

Скоропалительные решения могут привести к скоропостижному результату.

Семья — это то, что остаётся у человека, когда его предаёт последний друг.

В замечательном документальном фильме «Рихтер непокорённый» Святослав Рихтер рассказывал, что за ним регулярно следили работники КГБ. Однажды в автобусе он почувствовал, что стоящий перед ним мужчина является одним из них. Решив его проучить, Рихтер спросил:
— Вы на следующей остановке выходите?
— Да, — ответил агент.
— А я не выхожу!
Кагэбэшник вышел с обиженным видом.
Отдалённо похожая история случилась однажды и со мной. Стоящий рядом со мной в троллейбусе парень несколько раз подозрительно наваливался на меня, делая вид, что происходит это из-за торможения. Поняв, что это карманник, я выразительно посмотрел на него и спросил:
— Вы выйдете возле полицейского участка?
Вопрос был явно с намёком, так как до участка было целых четыре остановки.
— Нет, нет — взволнованно ответил мой попутчик и заметно побледнел.
— А я, пожалуй, выйду, — сказал я, перекладывая бумажник из кармана брюк во внутренний карман пиджака.
На следующей остановке парень торопливо выскочил из троллейбуса и опрометью удалился прочь.

В Спортивно-концертном комплексе имени Карена Демирчяна, одном из крупнейших сооруженией Еревана, в сентябре 1996 года должна была состояться Всемирная шахматная олимпиада. Страна-хозяйка имела право выставить две команды, и Федерация шахмат Армении решила, что помимо главной сборной выступит и молодёжная. Но был также шанс, что сыграет и третий состав. Это могло произойти тогда, если бы на олимпиаду приехало нечётное количество команд. На такой случай сформировали и третью сборную, куда вошли следующие по силе шесть шахматистов. В их числе был и я. Мне также доверили быть капитаном этой сборной.
И вот для нас начались тягостные и в то же время приятные дни, часы и даже минуты ожидания чуда. Это была лотерея с 50-процентными шансами на удачу. Чёт или нечет — вот в чём вопрос.
Наступило 15 сентября 1996 года — день начала 32-й шахматной олимпиады. Ещё с ночи наша шестёрка — Егиазарян, Галдунц, Матикозян, Чибухчян, Григорян и я — находилась в пресс-центре и следила за текущим количеством команд. Это были незабываемые ощущения. Радость сменялась на горечь, и наоборот. И хотя до последнего момента всё могло измениться как в лучшую, так и худшую сторону, никто из нас не мог спокойно идти домой и спать, чтобы перед началом первого тура прийти в игровой зал и узнать о своей судьбе.
За тридцать минут до начала тура оргкомитет закрыл список, чтобы провести жеребьёвку. Окончательный итог — 110 команд. Чётное число. Несчастливое. Чувство опустошённости, которое мы в тот момент испытали, должно быть, сродни тому, которое бывает у игроков в рулетку, поставивших все деньги на красное, а получивших в итоге чёрное.
Первый тур олимпиады начался. Оставшись за бортом, мы с грустью провожали большой красивый корабль, уходивший в плавание без нас. Исторический шанс улетучился.
Но случилось чудо. Опоздав к первому туру, в Ереван прилетела ещё одна команда! Наверное, излишне говорить о том, что это известие ввергло нас в состояние эйфории. Сев с новоприбывшими в одну «шлюпку», мы бросились догонять уходящий «корабль».
А окончательно поверили в реальность происходящего лишь после того, как, жадно отсканировав шестью парами глаз распечатку с жеребьёвкой второго тура, мгновенно отыскали в ней нужную команду — Армения-3!
Из-за неучастия в первом туре у нас было ноль очков, но разве это имело значение?! На радостях мы в своём стартовом матче разгромили команду Бахрейна со счётом 4:0. Затем, правда, темп сбавили. Но в числе поверженных команд оказались совсем не слабые сборные Италии, Дании, Киргизии, Финляндии, Бразилии, Японии. В итоге Армения-3 набрала тридцать очков и заняла достойное сорок второе место в мире, опередив, к слову, Армению-2.

Мой приятель из Владивостока как-то говорит:
— Ашот, вот скажи мне, пожалуйста, почему армяне в разговоре постоянно клянутся отцом?
Приятель был прав — эта странная привычка всегда меня раздражала. Но я решил немного повеселиться.
— С чего ты взял? Нет такого явления.
— Да как же нет? Я часто это слышу.
— Нет такого. Отцом клянусь!

Жена попросила меня, чтобы в качестве «группы поддержки» я пошёл с ней к стоматологу. Пока она была в кабинете врача, я ждал в приёмной. На столе лежали журналы. Взял один из них и стал листать. Наткнулся на интервью с врачом-дерматологом. На фотографии он позирует в белом халате, а на запястьях видны... татуировки. Когда мы с женой вышли из клиники, рассказал ей о татуированном дерматологе. «Ты знаешь, — сказала жена, — у меня тоже случился небольшой когнитивный диссонанс. У стоматолога не хватало двух зубов, а те, что имелись, были кривыми».

Сетевым троллям и хейтерам я обычно не отвечаю. Но однажды изменил своему правилу и решил немного пошалить. Мне захотелось экспериментально узнать, получится ли у меня отвечать провокатору лишь одними своими афоризмами. «Благо, — подумал я, — таковых около тысячи. Выкручусь».
Наше словесное фехтование мой оппонент начал стандартно и непритязательно:
— Аффтар, выпей йаду!
Я ответил:
— Обидно, когда язык — великий и могучий, а текст — безликий и вонючий.
По возникшей паузе я понял, что соперник немного опешил.
— Чувак, я просто не врубаюсь, зачем пипл тебя плюсует.
— Зависть — топливо для злословия.
Этот ответ всплыл легко, хотя и не совсем мне нравился.
— Чему завидовать-то?! Твоим отстойным афоризмам?! Да я пишу в сто раз лучше тебя!
А тут он предоставил мне хорошую возможность, и я ответил:
— У иных людей мозгов — кот наплакал, зато амбиций — слон наложил.
Он взорвался:
— Сам ты безмозглый! Ты в школе-то учился? Или по помойкам лазал?
Я на мгновение растерялся. Но потом нашёл, что ответить:
— Реальный хам приятнее виртуального — ему хоть в морду дать можно.
— Ты мне?! Ха-ха, не смеши мои тапочки. Если б мы были в реале, я б тебя в бараний рог свернул! Уж поверь, для человека, который десять лет в зале пашет, это не проблема.
Он снова неудачно подставился и я использовал возможность:
— Самый опасный сплав — это стальные мышцы плюс чугунная голова.
Здесь у него началась истерика.
— Сдохни на фиг!
Мой ответный укол оказался решающим:
— Ты такой редкий козёл, а в Красной книге не числишься.
Больше он не писал.

Когда памятники разрушает народ — это вандализм, а когда государство — демонтаж.

Главное для мужчины не фамилия, а имя, ставшее отчеством.

Чтобы семейная лодка не разбилась о быт, нужны две вещи: терпеливость жены и выносливость мужа.

У работника гора дел — у начальника дела в гору.

Глянцевые журналы так и хочется покрыть матом.

Когда человеку плохо, он хочет выговориться, а когда очень плохо — вымолчаться.

Дом престарелых не для аксакалов.

Авторская пунктуация — термин, позволяющий легитимировать свои грамматические ошибки.

Перед хорошим человеком хочется снять шляпу, перед плохим — надеть противогаз.

Профессии, в которых стучат железным молотком, оплачиваются хуже, чем профессии, в которых стучат деревянным.

Как-то в Сингапуре хотел купить авиабилеты в Армению. Обслуживающая меня девушка не знала такой страны. Попросила написать на бумаге. Я так и сделал: «Армения (Ереван)».
Через несколько минут девушка сообщает, что обойдётся мне поездка примерно в 4-5 тысяч американских долларов.
— Вы, наверное, что-то путаете, — говорю я, — обычная цена 1-1,5 тысячи.
— Нет, всё правильно. Только до Боготы билет стоит 3,5 тысячи. А потом ещё лететь в Армению.
— Богота? Это же Колумбия!
— Ну да.
— А зачем мне Колумбия?
— Извините, но все рейсы в Армению — только через Боготу.
— Девушка, вы когда-нибудь карту видели? Колумбия — это Южная Америка, а мне надо в Армению.
— Я вас понимаю, но без Боготы никак нельзя.
Я не знал, смеяться мне или плакать. Мы в недоумении смотрели друг на друга. И тут до меня дошло. Я вспомнил, что в Колумбии есть маленький город Армения. Всё мигом прояснилось.

Маленький чёлн ― это небольшая лодка, а не то, что померещилось вначале.

Миссионерство он ценил за позу.

Когда жизнь экзаменует, шпаргалки не помогут.

Люди в состоянии горя подобны зимним деревьям: чтобы выйти из оцепенения, им необходимо тепло.

Самоубийства людей редко бывают полезными. Конечно, если речь не идёт о случаях героизма на войне, когда боец взрывает себя гранатой, чтобы уничтожить вместе с собой окруживших его врагов. В животном мире, однако, имеются удивительные примеры самопожертвования. Разумеется, происходит это не осознанно, а инстинктивно. Ген самоубийства в этих организмах заложен природой и служит цели продолжения рода. Но этот факт вовсе не преуменьшает подвижнический дух поведения братьев наших меньших.
Нерест лососей — один из самых ярких примеров самопожертвования. Эти рыбы, как известно, живут в океанах, но нерестятся в реках, возвращаясь на места своего рождения. Нерестовые реки им нужны из-за пресной воды, так как икринки могут развиваться только в ней. Сразу после нереста самки лососей, обессиленные от тяжёлой миграции, погибают. Интересно, что они могли бы и выжить, если бы после откладывания икринок, начали полноценно кормиться. Однако нерестовые реки, эти «роддома» для рыб, довольно холодны и скудны, поэтому взрослые лососи инстинктивно приберегают корм для своей молоди. Они фактически объявляют голодовку, чтобы не стать конкурентами для своего потомства.
Ещё более поразительное самопожертвование практикуется у пустынных пауков из рода стегодифус. Отложив яйца, самка прогрызает в коконе отверстие, через которое потомство выходит наружу, но сама выбраться оттуда уже не может, и её тело будет служить кормом для новорождённых паучат. И это вовсе не несчастный случай. Учёные выяснили, что уже в процессе откладывания яиц, кишечник паучихи начинает преобразовываться в кашицу и несчастная (а может, и счастливая) по факту запускает в этот момент сложный механизм самоубийства, готовя себя в качестве будущего обеда для своих детей.
Такой вот альтруизм. Если, конечно, можно этот термин применить к рыбам и паукам.

Когда разговаривают во время секса, речь часто бывает нечленораздельной.

Копилка мудрости не принимает мелочь.

Сидящий на шее по головке не погладит.

Эсэмэска — выкидыш эпистолярного жанра.

Когда Ирина вошла в трамвай, Маргарита Аршаковна от досады чуть не расплакалась. Каждое воскресенье она ехала на рынок за продуктами с сыном, а сегодня утром пожалела его будить. Ругая себя за эту оплошность, женщина смотрела на стройную, большеглазую незнакомку и прощалась с мыслями стать её свекровью.
Вдруг Маргарита Аршаковна поняла, что ещё не всё потеряно и что ещё можно схватить судьбу за волосы. Для начала она пропустила нужную остановку. Затем, когда девушка вышла, последовала за ней. Вскоре выяснила, что та работает в парикмахерской, а выяснив, ахнула: сын её, Сергей, тоже работал в парикмахерской.
Забыв о рынке, Маргарита Аршаковна поспешила домой.
Уже через час, поднятый по тревоге Сергей стоял в прихожей, а Маргарита Аршаковна суетилась вокруг него, наводя последние штрихи: приглаживала ему волосы, «расстреливала» одеколоном «Шипр», поправляла воротник нарядной рубашки, клетчатый узор которой удачно камуфлировал необычайную худобу и высокий рост парня. Затем, будто собираясь рассматривать картину художника-пуантилиста, отошла в сторону, полюбовалась на дело рук своих и сказала:
— Ну, иди, сынок. Это судьба...
Отправив сына, Маргарита Аршаковна принялась хлопотать по дому. Обычно в такие минуты она вспоминала свою нелёгкую жизнь, медленно прокручивая в памяти какое-нибудь событие. Но сегодня возбуждённый приключением мозг вёл себя необычно. Мысли не останавливались на чём-то одном. Картинки сорокасемилетней жизни, перемешиваясь и наталкиваясь друг на друга, как шары в лототроне, то уносили женщину в далёкое трудовое детство, то на похороны новорождённой дочери, то на подножку сегодняшнего трамвая. Рано овдовев, она растила двоих детей сама, и вот в памяти проносятся холодные зимние ночи, когда единственный в доме стол превращался в Серёжину кровать, так как единственная кровать уже ютила на себе её и девятилетнюю Аллочку. А вот за ужином она больно бьёт Аллочку за то, что та съела завтрашний кусок хлеба, а потом, ночью, целуя спящую дочь в голову, тихо-тихо плачет.
Чтобы отвлечь себя, Маргарита Аршаковна вышла на балкон. Сентябрьское солнце и душистый запах белой акации, ветки которой нарушая границу, робко заглядывали домой, быстро подняли ей настроение. Сразу вспомнились последние два счастливых года: Аллочка закончила институт, замуж вышла. «Ещё бы Серёжу женить — и помирать не страшно», — мысленно повторяла Маргарита Аршаковна, словно боялась об этом забыть.
...Сергей вернулся рано. Выражение его лица было таким, как будто он только что ел неспелую алычу. Маргарита Аршаковна всё поняла.
— Как могла она тебе не понравиться?! Глаз у тебя нет, что ли?! — возмущалась женщина.
Такой вариант ей не приходил в голову. Красивая, как в индийском кино, история рушилась на глазах, едва начавшись. Всё бы этим и закончилось, если бы самый могущественный режиссёр на свете не поставил вторую серию.
Спустя неделю Сергей случайно встретил Ирину. Это произошло в вагоне того же трамвая. То ли девушка приобретала особую прелесть в трамваях, то ли настроение у Сергея было благодушным, но со второй попытки Ирина ему понравилась. Он вышел вслед за ней из вагона, на ходу успокоил колотящееся от волнения сердце и, пристроившись в ногу, заговорил...
Уже через три месяца сыграли свадьбу. А спустя ещё девять — 19 сентября 1972 года — у двадцатишестилетнего Сергея и восемнадцатилетней Ирины в родильном отделении больницы имени Семашко города Баку родился мальчик, которому решили дать немного старомодное армянское имя Ашот — в память о муже Маргариты Аршаковны.
Этим мальчиком был я.

Плинтус глядел на паркет свысока.

Мужчины делятся на две категории: одни бегают за юбками, другие — держатся за них.

И в индустриальных странах наступают на грабли.

Мы одностишием заткнём за пояс хокку.

Если женщина слишком пушистая — берегись её когтей.

Чем рассеяннее шахматист в быту, тем собраннее он за доской.

Безвкусие — эстетическая инвалидность.

Одни — светильники разума, другие — коптильники.

Он был твёрдо уверен в том, что является человеком сомневающимся.

Принять ошибочное решение не так страшно, как последовательно воплощать его в жизнь.

Если муж решил заменить жене тефлоновую сковороду на чугунную, он должен понимать, что лишает себя всех шансов приходить домой ночью пьяным.

Иисус и сегодня бы ездил на осле, а не на «Мерине».

Память — загадочная штука: я играю вслепую одновременно с тремя шахматистами, легко воспроизвожу партии двадцатилетней давности, но никак не могу запомнить номер своего мобильного телефона.

И дурнушки стреляют глазами, но калибр, конечно, не тот.

Наказан арестант в тюрьме под Осло: лосось с грибами на обед не подадут.

Один провинциальный тренер был очень большого мнения о своих педагогических способностях. И считал, что взращённые им ученики являются образцовыми. Его любимчиком был А. Т., трудолюбивый и усидчивый парень, который, однако, не блистал талантом.
Как-то вышеупомянутый тренер подошёл к группе молодых шахматистов и говорит:
— Вы должны брать пример с А. Т. Посмотрите, какая у него величавая осанка, как он уверен и хладнокровен. Видели ли вы когда-нибудь, чтобы в плохой позиции он нервничал, чтобы дрогнул хоть один мускул на его лице? Нет! Он всегда спокоен, как удав.
Один из юношей, талантливый и дерзкий О. Д. не выдержал:
— Он спокоен, потому что не понимает, что у него позиция плохая. А как только понимает — сдаётся.