Боевой фристайл
«За персидскими же всадниками обыкновенно бежали пешие воины, держась за
хвосты лошадей. Так они пробегали большие расстояния, удивляя тем
лидийцев. »
вроде бы из Геродота
Утром за завтраком начфиз полка ВДВ сообщил жене:
- Сегодня еду встречать комиссию из Москвы, домой приду поздно.
- Ты уж, Васенька, постарайся пить поменьше, - заволновалась жена, -
помнишь, как тебе в прошлый раз нехорошо было?
- Постараюсь, - горько ответил начфиз и поднялся из-за стола.
Как заведено в любой уважающей себя части, начфиз десантников отвечал за
спецсауну, поэтому культурная (в военном понимании) программа
проверяющих в буквальном смысле ложилась на его плечи, и ему не раз
приходилось выволакивать из предбанника практически бездыханных
командиров и начальников всех степеней.
Обычно комиссии из верхних штабов встречал сам командир, но в этот раз
ответственное мероприятие было возложено непосредственно на начфиза, из
чего он сделал вывод, что, либо едут проверять физподготовку полка, либо
комиссия какая-нибудь незначительная, вроде котлонадзора или ВАИ.
На практике, однако, вышло по-другому.
После того, как схлынула толпа пассажиров с московского поезда, на
перроне осталась странная компания: бомжеватые граждане с
киноаппаратурой в облезлых кофрах и полковник-пехотинец с вдохновенным
лицом идиота. И вещи у них были странные - мотки веревок и деревянные
рукоятки, наподобие деревенских коромысел.
Вскоре выяснилась страшная правда. Полковник был изобретателем. Светоч
военной науки разрабатывал способ буксировки солдат на поле боя. По его
замыслу, если солдат поставить на лыжи, дать им в руки веревку, веревку
привязать, например, к танку, а танк пустить на поле боя, то
ошеломленному противнику останется только одно: сдаться. Полковничья
диссертация была практически готова, но нужен был эксперимент.
На следующее утро эксперимент не состоялся по техническим причинам:
после посещения сауны съемочная группа, не привыкшая к десантному
гостеприимству, не смогла выйти из состояния нирваны. Непьющий
изобретатель отпаивал их кефиром.
Наконец вышли в поле. Бойцам выдали стандартные военные дровяные лыжи с
мягкими креплениями, подогнали БМД, к корме привязали две веревки с
перекладинами, после чего полковник подошел к строю. В пламенной
получасовой речи он обрисовал важность эксперимента для укрепления
обороноспособности государства, отметил, что буксировка лыжников на поле
боя - наш асимметричный ответ наглым проискам НАТО, а в заключение
сказал, что эксперимент снимают на кинопленку и, может быть, покажут в
программе «Служу Советскому Союзу! ».
В свою очередь, начфиз отвел в сторонку механика-водителя и предъявил
ему увесистый кулак:
- Устроишь автогонки - до дембеля будешь гальюны драить...
Механец ухмыльнулся.
БМД потихоньку двинулась.
Поначалу все шло хорошо, бойцы с гиканьем резво катились на лыжах,
однако, вскоре в идее обнаружился изъян. Как ни странно, местность не
была идеально ровной, на ней попадались канавы, бугры и полузасыпанные
снегом пни. Головные лыжники пытались их объехать, не бросая веревки,
из-за чего она начала опасно раскачиваться, увлекая за собой остальных.
Через пару минут научный эксперимент превратился в смесь цирковой
эквилибристики с клоунадой: стремясь объехать препятствия, бойцы
скакали, как обезьяны, совершая немыслимые пируэты, один потерял лыжи,
но, не желая сдаваться, веревки не бросил и несся за БМД гигантскими
скачками, вздымая тучи снега. Зрители одобрительно матерились.
Начфиз с замиранием сердца следил, как БМД входит в поворот. Проклятый
механик все-таки слихачил и развернул БМД-шку практически на месте. В
строгом соответствии с законами физики лыжников вынесло вперед и они
исчезли в облаках снежной пыли. Проклиная дурака-изобретателя, начфиз
побежал на финиш. Второй заплыв решили не проводить.
Вечером съемочная группа уехала, а через месяц на имя начфиза пришел
автореферат диссертации с дарственной надписью. Пролистав брошюру, он
плюнул, аккуратно содрал с научного труда обложку и собственноручно
повесил его в гальюне разведроты.
Кадет Биглер www.bigler.ru
Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей
11.07.2023, Новые истории - основной выпуск
Ко мне в шестой класс на уроки повадился первоклассник. Георгий его зовут. Маленький такой, пух цыплячий ещё не растерял, а уже — Георгий. И имя это ему идёт необыкновенно. Хотя мне всегда казалось, что «Георгий» — это обязательно жгучий брюнет со сросшимися на переносице бровями, который непременно, вне зависимости от национальности, умеет танцевать лезгинку.
Мой же новый знакомый — белобрыс той особой русской белобрысостью, когда бровей нет настолько, что-то место, где они должны расти, аж краснеет от смущения по причине их полного отсутствия. На голове волос настолько много, что они даже не умещаются, а сбегают двумя русыми тонкими струйками-ручейками по шее куда-то ему за шиворот. Лучше бы Георгия назвали Львом, наверное.
А ходит ко мне на уроки Георгий потому, что его старшая сестра Вика учится в шестом. Когда у брата уроки заканчиваются, у неё они всё ещё идут. Одного же его отпускать домой нельзя: две дороги переходить надо. Кроме того, ключи Георгию доверить невозможно, ибо сами понимаете... почему.
«Сдать» его в группу продлённого дня тоже не представляется возможным, так как Георгий свободолюбив, горяч и сугубо независим. То есть обладает теми самыми качествами, которые мешают ему влиться «в дружный детский коллектив» в «свободное от основной деятельности время», которое протекает для него в 1 «Г» ежедневно, кроме выходных, с 8−30 до 12−35 в стенах нашей школы.
Вот и попросила меня однажды Вика, чтобы позволил сидеть Георгию иногда (всего 3 раза в неделю) на последнем уроке вместе с нею за последней партой.
Когда он впервые вошёл в наш кабинет русского языка и литературы, то сразу же направился к моему учительскому столу, чтобы засвидетельствовать своё почтение и уточнить, действительно ли я позволил его старшей сестре, чтобы он мог присутствовать на наших учёных занятиях.
Перечитайте, пожалуйста, ещё раз предыдущий чопорным языком написанный абзац моего повествования!
Прочли?.. Ну так вот, это почти дословно процитированное высказывание Георгия, когда он ко мне приблизился. Я слегка обалдел от этакой языковой изысканности и некоторой приятной речевой старомодности, не удержался и пожал ему в ответ руку. Георгий воспринял это как должное, чуть кивнул мне — тоже весьма степенно — и отправился за последний стол, где Вика уже приготовила места для себя и брата.
Признаться, я и не думал, что его присутствие на наших уроках причинит мне много хлопот. Предполагал, что старшая сестра обеспечит его цветными карандашами и альбомом для рисования, где в течение 45 минут он будет изображать в деталях дым или трубу, из которой этот дым происходит.
Но каково же было моё удивление, когда со звонком на урок он встал из-за парты, как и все окружавшие его шестиклассники, на моё приветствие опять склонил голову, а затем почти лихо, по-кадетски даже, я бы сказал, вздёрнул подбородок.
Усевшись за парту, он порылся мгновение в недрах своего довольно увесистого рюкзака с гигантской буквой «Г» на передней плоскости и извлёк оттуда солидных размеров том. Извлёк и стал читать. К моему изумлению, «не изображал чтение», а читал, читал весь урок, внимательно, темпераментно и страстно.
По теням, блуждавшим по его лику, можно было даже предположить, что сейчас свершается на страницах книги. Когда коллизии происходящего в недрах кем-то придуманного мира его настолько увлекали, что он абсолютно абстрагировался от реальности, то даже хохотал коротко или скорбно вздыхал, но сам того не замечал, а потому не конфузился и не извинялся.
После окончания урока он со мною простился, абсолютно отчётливо проаудировав мои довольно мудрёные имя и отчество «Всеволод Иммануилович» и отбыл вместе с близкой своей родственницей к постоянному месту жительства.
Когда его посещение стало уже третьим, я всё же не удержался и спросил:
— Георгий, мне было бы любопытно узнать, что Вы читаете столь увлечённо в то время, как Ваша сестрица осваивает корни с чередованиями?
Вопрос его совсем не обескуражил. Он тут же извлёк из рюкзака книгу и протянул её мне со словами:
— Извольте взглянуть. Сейчас я читаю серию книг Альфреда Шкляревского о приключениях Томека Вильмовского, который путешествует по различным странам и континентам. Это третья книга — «Томек на тропе войны». Две предыдущие показались мне достаточно занятными.
Мне хотелось продолжить беседу, но тут вмешалась Вика:
— Извините, — сказала она, обращаясь ко мне, и тут же перевела глаза на Георгия, — мама звонила. Она ждёт нас к обеду.
Георгий раскланялся со мною и ушёл, к моему невероятному сожалению…
С тех пор при каждом удобном случае я старался завязать с ним хоть какие-то неформальные отношения и о чём-нибудь поговорить. Георгий был вежлив, неизменно корректен, но дистанцию сохранял, не торопясь идти со мною на сближение.
А ещё через несколько дней, выйдя из школы и направляясь к автобусу, я вдруг ещё издалека увидел, что рядом с остановкой, в сквере, стоят Георгий и Вика, а против них трое мальчишек, кажется, из седьмого класса. Причём по расстановке участников этой сцены было понятно, что Георгий загораживает собою сестру. Зрелище было трогательным. Она почти на голову выше брата, а он прикрывает её собою. Противники — ещё крупнее. Все настолько увлечены тем, что сейчас происходит, что абсолютно не замечают ни того, что вокруг них, ни того, кто сейчас наблюдает за ними.
И слышу взволнованный, почти драматический голос Георгия. Но криком это не было. Говорил юный мужчина, и в его совсем ещё детском голосе звучал металл:
— Вы, конечно, можете начать драку и, скорее всего, думаете, что одержите верх надо мною. Но это не факт, как мне кажется. Знаю, наверное, только одно: к ней прикоснуться я вам не позволю. И не только потому, что Вика — моя сестра. Она, прежде всего, девочка, а мужчина, даже если он пока ещё всего лишь мальчик, не смеет издеваться над женщиной, даже если она пока ещё девочка.
…Надо было вмешаться. Мне или Вике. Но мы все (враги Георгия — тоже!) стояли в каком-то оцепенении и не знали, что делать. Первым стряхнул с себя гипнотическое очарование слов Георгия тот из «бойцов», что стоял к нему всех ближе. Он круто развернулся и пошёл прочь. За ним последовали и двое других. Георгий же привстал почти на цыпочки, взял Вику под локоть и повёл её к переходу через дорогу.
Назавтра Георгий на урок ко мне не пришёл. Я спросил Вику о причине его отсутствия. Она, почему-то виновато, опустив глаза, ответила:
— Он заболел. Лежит дома с температурой. Вчера очень… переволновался…
© Олег Букач
Мой же новый знакомый — белобрыс той особой русской белобрысостью, когда бровей нет настолько, что-то место, где они должны расти, аж краснеет от смущения по причине их полного отсутствия. На голове волос настолько много, что они даже не умещаются, а сбегают двумя русыми тонкими струйками-ручейками по шее куда-то ему за шиворот. Лучше бы Георгия назвали Львом, наверное.
А ходит ко мне на уроки Георгий потому, что его старшая сестра Вика учится в шестом. Когда у брата уроки заканчиваются, у неё они всё ещё идут. Одного же его отпускать домой нельзя: две дороги переходить надо. Кроме того, ключи Георгию доверить невозможно, ибо сами понимаете... почему.
«Сдать» его в группу продлённого дня тоже не представляется возможным, так как Георгий свободолюбив, горяч и сугубо независим. То есть обладает теми самыми качествами, которые мешают ему влиться «в дружный детский коллектив» в «свободное от основной деятельности время», которое протекает для него в 1 «Г» ежедневно, кроме выходных, с 8−30 до 12−35 в стенах нашей школы.
Вот и попросила меня однажды Вика, чтобы позволил сидеть Георгию иногда (всего 3 раза в неделю) на последнем уроке вместе с нею за последней партой.
Когда он впервые вошёл в наш кабинет русского языка и литературы, то сразу же направился к моему учительскому столу, чтобы засвидетельствовать своё почтение и уточнить, действительно ли я позволил его старшей сестре, чтобы он мог присутствовать на наших учёных занятиях.
Перечитайте, пожалуйста, ещё раз предыдущий чопорным языком написанный абзац моего повествования!
Прочли?.. Ну так вот, это почти дословно процитированное высказывание Георгия, когда он ко мне приблизился. Я слегка обалдел от этакой языковой изысканности и некоторой приятной речевой старомодности, не удержался и пожал ему в ответ руку. Георгий воспринял это как должное, чуть кивнул мне — тоже весьма степенно — и отправился за последний стол, где Вика уже приготовила места для себя и брата.
Признаться, я и не думал, что его присутствие на наших уроках причинит мне много хлопот. Предполагал, что старшая сестра обеспечит его цветными карандашами и альбомом для рисования, где в течение 45 минут он будет изображать в деталях дым или трубу, из которой этот дым происходит.
Но каково же было моё удивление, когда со звонком на урок он встал из-за парты, как и все окружавшие его шестиклассники, на моё приветствие опять склонил голову, а затем почти лихо, по-кадетски даже, я бы сказал, вздёрнул подбородок.
Усевшись за парту, он порылся мгновение в недрах своего довольно увесистого рюкзака с гигантской буквой «Г» на передней плоскости и извлёк оттуда солидных размеров том. Извлёк и стал читать. К моему изумлению, «не изображал чтение», а читал, читал весь урок, внимательно, темпераментно и страстно.
По теням, блуждавшим по его лику, можно было даже предположить, что сейчас свершается на страницах книги. Когда коллизии происходящего в недрах кем-то придуманного мира его настолько увлекали, что он абсолютно абстрагировался от реальности, то даже хохотал коротко или скорбно вздыхал, но сам того не замечал, а потому не конфузился и не извинялся.
После окончания урока он со мною простился, абсолютно отчётливо проаудировав мои довольно мудрёные имя и отчество «Всеволод Иммануилович» и отбыл вместе с близкой своей родственницей к постоянному месту жительства.
Когда его посещение стало уже третьим, я всё же не удержался и спросил:
— Георгий, мне было бы любопытно узнать, что Вы читаете столь увлечённо в то время, как Ваша сестрица осваивает корни с чередованиями?
Вопрос его совсем не обескуражил. Он тут же извлёк из рюкзака книгу и протянул её мне со словами:
— Извольте взглянуть. Сейчас я читаю серию книг Альфреда Шкляревского о приключениях Томека Вильмовского, который путешествует по различным странам и континентам. Это третья книга — «Томек на тропе войны». Две предыдущие показались мне достаточно занятными.
Мне хотелось продолжить беседу, но тут вмешалась Вика:
— Извините, — сказала она, обращаясь ко мне, и тут же перевела глаза на Георгия, — мама звонила. Она ждёт нас к обеду.
Георгий раскланялся со мною и ушёл, к моему невероятному сожалению…
С тех пор при каждом удобном случае я старался завязать с ним хоть какие-то неформальные отношения и о чём-нибудь поговорить. Георгий был вежлив, неизменно корректен, но дистанцию сохранял, не торопясь идти со мною на сближение.
А ещё через несколько дней, выйдя из школы и направляясь к автобусу, я вдруг ещё издалека увидел, что рядом с остановкой, в сквере, стоят Георгий и Вика, а против них трое мальчишек, кажется, из седьмого класса. Причём по расстановке участников этой сцены было понятно, что Георгий загораживает собою сестру. Зрелище было трогательным. Она почти на голову выше брата, а он прикрывает её собою. Противники — ещё крупнее. Все настолько увлечены тем, что сейчас происходит, что абсолютно не замечают ни того, что вокруг них, ни того, кто сейчас наблюдает за ними.
И слышу взволнованный, почти драматический голос Георгия. Но криком это не было. Говорил юный мужчина, и в его совсем ещё детском голосе звучал металл:
— Вы, конечно, можете начать драку и, скорее всего, думаете, что одержите верх надо мною. Но это не факт, как мне кажется. Знаю, наверное, только одно: к ней прикоснуться я вам не позволю. И не только потому, что Вика — моя сестра. Она, прежде всего, девочка, а мужчина, даже если он пока ещё всего лишь мальчик, не смеет издеваться над женщиной, даже если она пока ещё девочка.
…Надо было вмешаться. Мне или Вике. Но мы все (враги Георгия — тоже!) стояли в каком-то оцепенении и не знали, что делать. Первым стряхнул с себя гипнотическое очарование слов Георгия тот из «бойцов», что стоял к нему всех ближе. Он круто развернулся и пошёл прочь. За ним последовали и двое других. Георгий же привстал почти на цыпочки, взял Вику под локоть и повёл её к переходу через дорогу.
Назавтра Георгий на урок ко мне не пришёл. Я спросил Вику о причине его отсутствия. Она, почему-то виновато, опустив глаза, ответила:
— Он заболел. Лежит дома с температурой. Вчера очень… переволновался…
© Олег Букач
05.03.2012, Свежие анекдоты - основной выпуск
Вроде бы всё наладилось: на работу устроился, машину и квартиру купил, деньги на любовницу появились, а тебе - бац... и 80 лет!
17.10.2015, Новые истории - основной выпуск
ЛЕСТЕР СИТИ
Андрей и Наташа были на грани развода. Андрей, даже к маме переехал.
И это после двадцати лет брака и пары щекастых школьников за плечами.
Мы с женой всячески пытались их помирить, особенно жена. Увещевали, пытались пристыдить детьми и даже приглашали к нам, чтобы они как бы «случайно» встретились на нашей кухне, а там, может быть…
Но этот фокус так и не удался, как только Андрей еще в коридоре просек, что скоро придет Наташа, он снова обулся, грустно поблагодарил за попытку, и тут же отбыл.
Как-то заходила Наташа, плакала, рассказывала, что она все еще любит Андрея, но вместе они уже не смогут, просто стали совсем разными людьми. Мы жарили попкорн, смотрели кино, а после всего наш Юра уволок тетю Наташу к себе в комнату, он со всеми гостями так поступает. Затащил и давай мучить своим настольным футболом.
Через недельку к нам заглянул Андрей, он рассказывал примерно то же: «Я все еще люблю ее, но мы отдалились и больше не сможем находиться под одной крышей. Даже пробовать не хочу, хватит. Совсем разные мы. И как я все годы этого не замечал?»
Юра, из засады, сквозь стенку почувствовал паузу во взрослых разговорах, тут же пришел и сказал:
- Дядя Андрей, может ко мне? В футбольчик можно поиграть.
Юре на день рождения подарили набор эмблем всех, всех, всех, английских футбольных клубов, около сотни штук, не меньше. И каждый раз перед матчем, он предлагал сопернику выбрать - кем тот хочет быть? Ливерпулем, Манчестером, или еще кем. Потом выбранная эмблема цеплялась за воротами и начинался официальный матч.
Андрей предупредил, что не футболист и даже не болельщик и в клубах, тем более Английских не силен, но Юра не сдавался и заставил выбрать эмблему просто по виду.
Андрей долго, долго перебирал в руках эмблемки, думая совсем о другом, выбрал и «пошла жара».
Юра как всегда выиграл с разгромным счетом «10–2» и был абсолютно счастлив, даже песню из «Квинов» запел.
Когда Андрей ушел, сынок мой сказал:
- Дядя Андрей вообще не умеет играть, его тетя Наташа и то лучше играла, но что самое интересное, они оба выбрали себе один и тот же клуб - Лестер Сити.
Я тут же позвонил Андрею и заорал на него:
- Какие вы к черту разные, когда из целой сотни нелепых картинок, вы не сговариваясь выбрали одну?! Одну, Карл!
После долгой паузы, Андрей только и смог сказать: «Одну»?
…Через неделю Андрей и Наташа пришли к нам с шоколадным тортиком. Похоже они надежно помирились.
Улучив минутку, Наташа отвела моего Юрку в сторонку и тихо попросила:
- Юрасик, ты не мог бы мне по-тихому подарить ту самую футбольную эмблемку, ну, Лестер Сити?
Юра засмеялся и ответил:
- Я бы с удовольствием, но пять минут назад, дядя Андрей ее уже выпросил, и тоже по-тихому…
Андрей и Наташа были на грани развода. Андрей, даже к маме переехал.
И это после двадцати лет брака и пары щекастых школьников за плечами.
Мы с женой всячески пытались их помирить, особенно жена. Увещевали, пытались пристыдить детьми и даже приглашали к нам, чтобы они как бы «случайно» встретились на нашей кухне, а там, может быть…
Но этот фокус так и не удался, как только Андрей еще в коридоре просек, что скоро придет Наташа, он снова обулся, грустно поблагодарил за попытку, и тут же отбыл.
Как-то заходила Наташа, плакала, рассказывала, что она все еще любит Андрея, но вместе они уже не смогут, просто стали совсем разными людьми. Мы жарили попкорн, смотрели кино, а после всего наш Юра уволок тетю Наташу к себе в комнату, он со всеми гостями так поступает. Затащил и давай мучить своим настольным футболом.
Через недельку к нам заглянул Андрей, он рассказывал примерно то же: «Я все еще люблю ее, но мы отдалились и больше не сможем находиться под одной крышей. Даже пробовать не хочу, хватит. Совсем разные мы. И как я все годы этого не замечал?»
Юра, из засады, сквозь стенку почувствовал паузу во взрослых разговорах, тут же пришел и сказал:
- Дядя Андрей, может ко мне? В футбольчик можно поиграть.
Юре на день рождения подарили набор эмблем всех, всех, всех, английских футбольных клубов, около сотни штук, не меньше. И каждый раз перед матчем, он предлагал сопернику выбрать - кем тот хочет быть? Ливерпулем, Манчестером, или еще кем. Потом выбранная эмблема цеплялась за воротами и начинался официальный матч.
Андрей предупредил, что не футболист и даже не болельщик и в клубах, тем более Английских не силен, но Юра не сдавался и заставил выбрать эмблему просто по виду.
Андрей долго, долго перебирал в руках эмблемки, думая совсем о другом, выбрал и «пошла жара».
Юра как всегда выиграл с разгромным счетом «10–2» и был абсолютно счастлив, даже песню из «Квинов» запел.
Когда Андрей ушел, сынок мой сказал:
- Дядя Андрей вообще не умеет играть, его тетя Наташа и то лучше играла, но что самое интересное, они оба выбрали себе один и тот же клуб - Лестер Сити.
Я тут же позвонил Андрею и заорал на него:
- Какие вы к черту разные, когда из целой сотни нелепых картинок, вы не сговариваясь выбрали одну?! Одну, Карл!
После долгой паузы, Андрей только и смог сказать: «Одну»?
…Через неделю Андрей и Наташа пришли к нам с шоколадным тортиком. Похоже они надежно помирились.
Улучив минутку, Наташа отвела моего Юрку в сторонку и тихо попросила:
- Юрасик, ты не мог бы мне по-тихому подарить ту самую футбольную эмблемку, ну, Лестер Сити?
Юра засмеялся и ответил:
- Я бы с удовольствием, но пять минут назад, дядя Андрей ее уже выпросил, и тоже по-тихому…
16.01.2003, Новые истории - основной выпуск
«Дикая дивизия»
Раннее утро. Пустая казарма. Рота на занятиях. Все вылизано до блеска.
Пол сверкает. Стекла в окнах прозрачны до невидимости. Дневальный на
тумбочке. Двое других равняют по нитке и без того идеально стоящие
кровати. Дежурный по роте, сержант Шаров, комсорг, кандидат в члены
партии, отличник боевой и политической подготовки и практически дембель
(меньше ста дней до приказа) критически осматривает подведомственные
владения. Все отлично. Но он не успокаивается. Потому что десять минут
назад позвонил командир роты и сообщил, что с проверкой по казармам
движется командир части, полковник Дыбенко. И он сильно не в духе.
Входная дверь распахивается, дневальный командует «Рота! Смирно!!! » и в
казарму вплывает Бубен - огромный, за два метра ростом, за центнер весом
и в отличной спортивной форме. Мрачный и злой. Навстречу ему по взлетке
с докладом катится Шаров. Именно катится, потому как идеально
соответствует фамилии - маленький и круглый.
Бубен движется по казарме, бросая во все стороны гневные взгляды. Слева
сзади - Шаров. Если бы не трагичность обстановки - ну точно Винни с
Пятачком.
Атмосфера в казарме наэлектризована до предела. Комполка бросает с
высоты своего роста последний взгляд-молнию на окружающую
действительность и гром гремит:
- Что, товарищ сержант?! Опустились ниже канализации! Превратили казарму
в свинарник! Хуже!!! В привокзальный сортир! Вот так вы и Родину
защищать будете?! Распиздяи!!!
Шаров, которого уже можно отдавать под трибунал за подрыв
обороноспособности, молчит, тупо смотрит Бубну в район ширинки и ждет
конкретики. Авось пронесет. Придраться-то не к чему. Все в ажуре.
- Развели хлев! По всем углам говно!!!
И тут Шаров неосторожно выдыхает: «Где??? »
- А в пизде!!! , - гремит Бубен, берет сержанта Шарова за шиворот и
легко поднимает на вытянутой руке.
- Это что, хуй, по Вашему, товарищ сержант?!?
И Шаров с высоты, на какую мог забраться, только поставив три табуретки
одна на другую, видит это вопиющее нарушение.
На высоте двух метров от пола, на полке для головных уборов, идущей
вдоль стены, в самом дальнем и темном углу незаметно лежит маленький
скомканный фантик от ириски.
Ракетчик
Раннее утро. Пустая казарма. Рота на занятиях. Все вылизано до блеска.
Пол сверкает. Стекла в окнах прозрачны до невидимости. Дневальный на
тумбочке. Двое других равняют по нитке и без того идеально стоящие
кровати. Дежурный по роте, сержант Шаров, комсорг, кандидат в члены
партии, отличник боевой и политической подготовки и практически дембель
(меньше ста дней до приказа) критически осматривает подведомственные
владения. Все отлично. Но он не успокаивается. Потому что десять минут
назад позвонил командир роты и сообщил, что с проверкой по казармам
движется командир части, полковник Дыбенко. И он сильно не в духе.
Входная дверь распахивается, дневальный командует «Рота! Смирно!!! » и в
казарму вплывает Бубен - огромный, за два метра ростом, за центнер весом
и в отличной спортивной форме. Мрачный и злой. Навстречу ему по взлетке
с докладом катится Шаров. Именно катится, потому как идеально
соответствует фамилии - маленький и круглый.
Бубен движется по казарме, бросая во все стороны гневные взгляды. Слева
сзади - Шаров. Если бы не трагичность обстановки - ну точно Винни с
Пятачком.
Атмосфера в казарме наэлектризована до предела. Комполка бросает с
высоты своего роста последний взгляд-молнию на окружающую
действительность и гром гремит:
- Что, товарищ сержант?! Опустились ниже канализации! Превратили казарму
в свинарник! Хуже!!! В привокзальный сортир! Вот так вы и Родину
защищать будете?! Распиздяи!!!
Шаров, которого уже можно отдавать под трибунал за подрыв
обороноспособности, молчит, тупо смотрит Бубну в район ширинки и ждет
конкретики. Авось пронесет. Придраться-то не к чему. Все в ажуре.
- Развели хлев! По всем углам говно!!!
И тут Шаров неосторожно выдыхает: «Где??? »
- А в пизде!!! , - гремит Бубен, берет сержанта Шарова за шиворот и
легко поднимает на вытянутой руке.
- Это что, хуй, по Вашему, товарищ сержант?!?
И Шаров с высоты, на какую мог забраться, только поставив три табуретки
одна на другую, видит это вопиющее нарушение.
На высоте двух метров от пола, на полке для головных уборов, идущей
вдоль стены, в самом дальнем и темном углу незаметно лежит маленький
скомканный фантик от ириски.
Ракетчик
26.11.2010, Свежие анекдоты - основной выпуск
- Да, Вовочка, мы тебя, похоже, избаловали. Придётся тебя наказывать!
- Хорошенькое дело: избаловали вы, а наказывать меня!?..
- Хорошенькое дело: избаловали вы, а наказывать меня!?..
23.05.2020, Новые истории - основной выпуск
Пароход – это такой огромный железный ящик с экипажем внутри. Жизнь людей в ящике монотонная, скучная. Выходных дней не бывает, а сутки бегут по кругу: четыре часа вахты – восемь часов на отдых и сон и опять четыре часа вахты.
Приход в порт – суматоха и нервотрепка: сначала разгрузка, потом погрузка, бюрократия с документами и нудное общение с местными агентами и докерами. Портовый пейзаж обычно излишне индустриален и до одури однообразен. Потихоньку все начинают забывать, как выглядит зеленая травка.
И тут мы заходим в небольшой порт, всего-то на два причала, а вокруг зеленый-зеленый лес. Идея сделать шашлыки на берегу, казалась, пришла в голову всем и сразу. Уже в вечер прихода кок замариновывал мясо, а утром на пикник выдвинулся почти весь экипаж. Старпом, оставшийся на разгрузке, глотал слюну и молил принести ему хоть один кусочек.
Лагерь разбили на живописной полянке с видом на родной пароход. Через полчаса манящий запах шашлыка собрал нас и шведских полицейских у мангала. Местные стражи порядка рассказывали престранные вещи: во-первых, мы в Швеции, а не в России, во-вторых, в лесу сучья рубить нельзя, разводить костер нельзя, распивать алкоголь нельзя, мусорить нельзя и даже приносить большой закопченный металлический ящик с углями внутри тоже нельзя. И самое главное: штраф за каждый проступок и с каждого участника пикника суммируется.
Мастер икнул, засунул плоскую бутылку с виски в карман и предложил перенести переговоры в его каюту. Блюстители не возражали. До капитанского салона дошли только трое: мастер, матрос Шурик и кок. (Вискарь, который капитан спрятал от полицейских в свой карман, был Шурика). Остальные же потерялись по дороге вместе с мангалом и шашлыками.
Шведов уменьшение численности правонарушителей не смутило. Вредная полицейская тётка заявила: «у меня все нарушители посчитаны». Капитан стал уверять её, что нарушитель был только один, а остальные, так, мимо проходили. Шведка возражала, что одному человеку не съесть ведро мяса. Её напарник, дядька лет пятидесяти, горестно вздыхал и молча пил диетическую колу, удивляясь этикеткам экзотических бутылок из капитанской коллекции.
Мастер поведал тётке горестную историю о российском моряке, страдающим за свою веру:
- Поймите, он же «правоверный ортонатурал» и из мяса может есть только свиную шею, которую три дня и три ночи мариновали в особом священном сосуде, а потом обжигали на открытом огне под вечнозеленой елью – сочинял капитан, мешая английские, русские и шведские слова - вот «ортонатурал» и мучается, готовит себе мясное сразу на месяц, а то и на два вперед.
Шведка впечатлилась:
- Кто «ортонатурал»? - спросила она.
И тут произошел конфуз. Рассказ капитана об особенностях религиозных ритуалов при приёме пищи матрос Шурик слышал, но, в силу своей слабости знания иностранных языков, суть услышанного не уловил. Поэтому он обрадовался, когда понял вопрос вредной шведской тетки и громко доложил:
- Я натурал!
Тётка плотоядно улыбнулась, мастер нахмурился, кок со шведом понимающе переглянулись.
- Штрафы платить будете! – объявила полицейская тётка Шурику.
- Не буду - ответил тот – нет денег, я на всякий случай всё потратил на месяц вперёд!
- И был прав, как раз такой случай – сказал кок и плеснул шведу в стакан с колой немного виски из капитанской коллекции.
- Сколько денег есть? – не отставала тётка от Шурика.
- Совсем нету – стоял тот на своём.
- Не заплатишь штраф: сядешь в тюрьму – голос тётки стал суровым.
- В шведскую? – уточнил Шура.
- Да! – ответила та.
Кок с завистью посмотрел на Шурика и налил себе виски без колы.
Торг начался. Сначала вредная тетка захотела по восемьсот шведских крон за каждое нарушение, потом по пятьсот, потом по четыреста. Шурик же хотел в шведскую тюрьму. Потом перешли на американские доллары. Ещё через полчаса свобода Шурика стоила всего сто долларов штрафа. Он отказался. Тут у тётки лопнуло терпение: «ты у меня сядешь» - заявила она и открыла папку с бланками. Её напарник вместе с мастером и коком пили виски с колой и не вмешиваясь в российско-шведские отношения.
- Дети, жена есть? – спросила шведка, заполняя анкету.
- Сын – доложил Шурик – полтора года.
- Жена работает?
- Нет – ответил он – дома с ребенком сидит.
- Мы будем ей платить пособие –подал голос швед – и на ребенка тоже, всё то время, пока вы у нас в тюрьме.
Его напарница перестала писать и спросила у Шурика:
- Может двадцать долларов есть?
Радостно улыбающийся Шурик отрицательно качал головой.
- Пока в тюрьме сидишь – рассказывал швед – можешь работать или учиться, если работаешь, то тебе платят зарплату, а учат бесплатно.
Шведка зло посмотрела на напарника, а тот продолжал:
- Уходить из тюрьмы можно каждый вечер после пяти и до полуночи, а если пригласят в гости, то до утра – швед налил себе виски из самой дорогой бутылки в коллекции капитана и продолжил – а на выходных какая-нибудь вдовушка с дочками может взять тебя к себе домой с вечера пятницы до утра понедельника.
Шурик, зажмурив глаза, блаженно улыбался. Из его приоткрытого рта протянулась тонкая ниточка слюны. Шведка закрыла папку с документами.
- Яннике, пойдем отсюда – предложил тётке её напарник.
Когда шведская полиция вежливо попрощалась и ушла, капитан открыл бутылку Шурика и, наливая ему, сказал:
- Что ж ты за бестолочь такая! Тебя с твоей анкетой даже в тюрьму не берут!
Приход в порт – суматоха и нервотрепка: сначала разгрузка, потом погрузка, бюрократия с документами и нудное общение с местными агентами и докерами. Портовый пейзаж обычно излишне индустриален и до одури однообразен. Потихоньку все начинают забывать, как выглядит зеленая травка.
И тут мы заходим в небольшой порт, всего-то на два причала, а вокруг зеленый-зеленый лес. Идея сделать шашлыки на берегу, казалась, пришла в голову всем и сразу. Уже в вечер прихода кок замариновывал мясо, а утром на пикник выдвинулся почти весь экипаж. Старпом, оставшийся на разгрузке, глотал слюну и молил принести ему хоть один кусочек.
Лагерь разбили на живописной полянке с видом на родной пароход. Через полчаса манящий запах шашлыка собрал нас и шведских полицейских у мангала. Местные стражи порядка рассказывали престранные вещи: во-первых, мы в Швеции, а не в России, во-вторых, в лесу сучья рубить нельзя, разводить костер нельзя, распивать алкоголь нельзя, мусорить нельзя и даже приносить большой закопченный металлический ящик с углями внутри тоже нельзя. И самое главное: штраф за каждый проступок и с каждого участника пикника суммируется.
Мастер икнул, засунул плоскую бутылку с виски в карман и предложил перенести переговоры в его каюту. Блюстители не возражали. До капитанского салона дошли только трое: мастер, матрос Шурик и кок. (Вискарь, который капитан спрятал от полицейских в свой карман, был Шурика). Остальные же потерялись по дороге вместе с мангалом и шашлыками.
Шведов уменьшение численности правонарушителей не смутило. Вредная полицейская тётка заявила: «у меня все нарушители посчитаны». Капитан стал уверять её, что нарушитель был только один, а остальные, так, мимо проходили. Шведка возражала, что одному человеку не съесть ведро мяса. Её напарник, дядька лет пятидесяти, горестно вздыхал и молча пил диетическую колу, удивляясь этикеткам экзотических бутылок из капитанской коллекции.
Мастер поведал тётке горестную историю о российском моряке, страдающим за свою веру:
- Поймите, он же «правоверный ортонатурал» и из мяса может есть только свиную шею, которую три дня и три ночи мариновали в особом священном сосуде, а потом обжигали на открытом огне под вечнозеленой елью – сочинял капитан, мешая английские, русские и шведские слова - вот «ортонатурал» и мучается, готовит себе мясное сразу на месяц, а то и на два вперед.
Шведка впечатлилась:
- Кто «ортонатурал»? - спросила она.
И тут произошел конфуз. Рассказ капитана об особенностях религиозных ритуалов при приёме пищи матрос Шурик слышал, но, в силу своей слабости знания иностранных языков, суть услышанного не уловил. Поэтому он обрадовался, когда понял вопрос вредной шведской тетки и громко доложил:
- Я натурал!
Тётка плотоядно улыбнулась, мастер нахмурился, кок со шведом понимающе переглянулись.
- Штрафы платить будете! – объявила полицейская тётка Шурику.
- Не буду - ответил тот – нет денег, я на всякий случай всё потратил на месяц вперёд!
- И был прав, как раз такой случай – сказал кок и плеснул шведу в стакан с колой немного виски из капитанской коллекции.
- Сколько денег есть? – не отставала тётка от Шурика.
- Совсем нету – стоял тот на своём.
- Не заплатишь штраф: сядешь в тюрьму – голос тётки стал суровым.
- В шведскую? – уточнил Шура.
- Да! – ответила та.
Кок с завистью посмотрел на Шурика и налил себе виски без колы.
Торг начался. Сначала вредная тетка захотела по восемьсот шведских крон за каждое нарушение, потом по пятьсот, потом по четыреста. Шурик же хотел в шведскую тюрьму. Потом перешли на американские доллары. Ещё через полчаса свобода Шурика стоила всего сто долларов штрафа. Он отказался. Тут у тётки лопнуло терпение: «ты у меня сядешь» - заявила она и открыла папку с бланками. Её напарник вместе с мастером и коком пили виски с колой и не вмешиваясь в российско-шведские отношения.
- Дети, жена есть? – спросила шведка, заполняя анкету.
- Сын – доложил Шурик – полтора года.
- Жена работает?
- Нет – ответил он – дома с ребенком сидит.
- Мы будем ей платить пособие –подал голос швед – и на ребенка тоже, всё то время, пока вы у нас в тюрьме.
Его напарница перестала писать и спросила у Шурика:
- Может двадцать долларов есть?
Радостно улыбающийся Шурик отрицательно качал головой.
- Пока в тюрьме сидишь – рассказывал швед – можешь работать или учиться, если работаешь, то тебе платят зарплату, а учат бесплатно.
Шведка зло посмотрела на напарника, а тот продолжал:
- Уходить из тюрьмы можно каждый вечер после пяти и до полуночи, а если пригласят в гости, то до утра – швед налил себе виски из самой дорогой бутылки в коллекции капитана и продолжил – а на выходных какая-нибудь вдовушка с дочками может взять тебя к себе домой с вечера пятницы до утра понедельника.
Шурик, зажмурив глаза, блаженно улыбался. Из его приоткрытого рта протянулась тонкая ниточка слюны. Шведка закрыла папку с документами.
- Яннике, пойдем отсюда – предложил тётке её напарник.
Когда шведская полиция вежливо попрощалась и ушла, капитан открыл бутылку Шурика и, наливая ему, сказал:
- Что ж ты за бестолочь такая! Тебя с твоей анкетой даже в тюрьму не берут!
22.12.2013, Новые истории - основной выпуск
Полиглот
Ну вот, пиво кончается, солитер не сходится, расскажу-ка я еще одну историю из моего неисчерпаемого запаса... История эта тоже правдивая, на интернете рассказывается впервые, а произошла она в 1991 году в Ньюарке, штат Нью-Джерси, США, планета Земля.
Это был мой первый рабочий день на первой работе в новой стране. Маленькая химическая компания, три реактора, дым, шум, вонь, грязь такая, что девятиосные траки вязли. Персонал - хозяин, оператор - индус из пастухов, пара полуграмотных негров-грузчиков, и ваш покорный слуга, на все руки. С трудом еще устроился.
Короче, вникаю в работу (с какого боку мешки в реактор высыпать), ну а на перекуре черный Кертис спрашивает:
- Ты че (следует американский мат, вырезано), по-русски говоришь? Как будет "hello" по-вашему?
- Пошел на х...
- Как-как? Посьол на гуй?
- Ноу, пааа-шooooл-наааа-х...
Так и познакомились. Нормальный парень, вместе пиво пили и в стрип-бары ходили. Каждое утро здороваемся: "Пошел на х..." - "Сам пошел на х...". Как будто бы и не уезжал никуда...
А тут на заводе перебои с сырьем, поставщик цены взвинтил. Ну я и говорю хозяину, этот ангидрид выпускают в России (тогда еще), в Киеве и в Уфе. Наверняка дешевле будет. Тот узнает координаты через российское консульство, там консул заинтересовался, нельзя ли типа как-нибудь поживиться, ну хозяин его и пригласил к себе, компанию показать. Такого говна, мол, ты у себя в России еще не видел.
Приезжает консул, хозяин водит его по заводу, показывает, хвалится, вот это, мол, реактор, а это, мол, русский посол, ну а это - Кертис.
А Кертис, блин, полиглот. "Do you speak Russian?", - спрашивает. "Yes, I do." - "Пошел на х...!". С таким отработанным питерским произношением.
Консул, он тертый мужик, не растерялся: "Сам пошел на х...!"
Поулыбались, по плечам друг друга похлопали. Все-таки, знание иностранных языков очень сближает людей.
Ну вот, пиво кончается, солитер не сходится, расскажу-ка я еще одну историю из моего неисчерпаемого запаса... История эта тоже правдивая, на интернете рассказывается впервые, а произошла она в 1991 году в Ньюарке, штат Нью-Джерси, США, планета Земля.
Это был мой первый рабочий день на первой работе в новой стране. Маленькая химическая компания, три реактора, дым, шум, вонь, грязь такая, что девятиосные траки вязли. Персонал - хозяин, оператор - индус из пастухов, пара полуграмотных негров-грузчиков, и ваш покорный слуга, на все руки. С трудом еще устроился.
Короче, вникаю в работу (с какого боку мешки в реактор высыпать), ну а на перекуре черный Кертис спрашивает:
- Ты че (следует американский мат, вырезано), по-русски говоришь? Как будет "hello" по-вашему?
- Пошел на х...
- Как-как? Посьол на гуй?
- Ноу, пааа-шooooл-наааа-х...
Так и познакомились. Нормальный парень, вместе пиво пили и в стрип-бары ходили. Каждое утро здороваемся: "Пошел на х..." - "Сам пошел на х...". Как будто бы и не уезжал никуда...
А тут на заводе перебои с сырьем, поставщик цены взвинтил. Ну я и говорю хозяину, этот ангидрид выпускают в России (тогда еще), в Киеве и в Уфе. Наверняка дешевле будет. Тот узнает координаты через российское консульство, там консул заинтересовался, нельзя ли типа как-нибудь поживиться, ну хозяин его и пригласил к себе, компанию показать. Такого говна, мол, ты у себя в России еще не видел.
Приезжает консул, хозяин водит его по заводу, показывает, хвалится, вот это, мол, реактор, а это, мол, русский посол, ну а это - Кертис.
А Кертис, блин, полиглот. "Do you speak Russian?", - спрашивает. "Yes, I do." - "Пошел на х...!". С таким отработанным питерским произношением.
Консул, он тертый мужик, не растерялся: "Сам пошел на х...!"
Поулыбались, по плечам друг друга похлопали. Все-таки, знание иностранных языков очень сближает людей.
24.06.2017, Новые истории - основной выпуск
У Вовы был друг, коллега по работе, Тофик.
Ещё у Вовы был друг, сосед по даче, Ашот.
Тофик был азербайджанец. Ашот - армянин.
Именно по этой причине Вова никогда не приглашал Тофика к себе на дачу. Во избежание межнационального конфликта.
Чем изрядно тяготился.
Но как-то раз Ашот сказал:
- Валодя, я улетаю в Ереван на две недели, присматривай за дачей, по возможности.
Это был хороший повод наконец-то пригласить Тофика на дачу.
Застолье было в самом разгаре, когда калитка дачи неожиданно открылась, и на пороге возник Ашот.
- Рейс отменили... - сказал он, увидел сидящего за столом Тофика, и замер.
Тофик в свою очередь, увидев Ашота, вскочил из-за стола, и замер тоже.
Повисла нехорошая пауза. Двое стояли, внимательно разглядывая друг друга.
- Ашот?! - неожиданно спросил Тофик.
- Тофик?! - не менее удивлённо ответил Ашот.
Потом они с криками "Ааа, сука, я тэбя зарэжжу!!!" бросились навстречу друг другу.
Вова втянул голову в плечи и закрыл глаза.
Когда он их открыл, Тофик с Ашотом обнимались, хлопали друг друга по спине, и кричали друг другу в лицо слова, которые обычно кричат друг другу люди при неожиданной встрече старых друзей.
Оказалось, что когда-то давным-давно, в молодости, они вместе служили в одной роте, и были не разлей вода.
- Слюшай, дарагой! Пачему же ты нас раньше не познакомиль?!! - задали они потом справедливый вопрос Вове.
- Опасался армяно-азербайджанского конфликта. - честно признался тот.
- Ээээ, дарагой! Какой канфликт, какие армяноазербайджан?!! Ми же тут все МАСКВИЧИ!
Ещё у Вовы был друг, сосед по даче, Ашот.
Тофик был азербайджанец. Ашот - армянин.
Именно по этой причине Вова никогда не приглашал Тофика к себе на дачу. Во избежание межнационального конфликта.
Чем изрядно тяготился.
Но как-то раз Ашот сказал:
- Валодя, я улетаю в Ереван на две недели, присматривай за дачей, по возможности.
Это был хороший повод наконец-то пригласить Тофика на дачу.
Застолье было в самом разгаре, когда калитка дачи неожиданно открылась, и на пороге возник Ашот.
- Рейс отменили... - сказал он, увидел сидящего за столом Тофика, и замер.
Тофик в свою очередь, увидев Ашота, вскочил из-за стола, и замер тоже.
Повисла нехорошая пауза. Двое стояли, внимательно разглядывая друг друга.
- Ашот?! - неожиданно спросил Тофик.
- Тофик?! - не менее удивлённо ответил Ашот.
Потом они с криками "Ааа, сука, я тэбя зарэжжу!!!" бросились навстречу друг другу.
Вова втянул голову в плечи и закрыл глаза.
Когда он их открыл, Тофик с Ашотом обнимались, хлопали друг друга по спине, и кричали друг другу в лицо слова, которые обычно кричат друг другу люди при неожиданной встрече старых друзей.
Оказалось, что когда-то давным-давно, в молодости, они вместе служили в одной роте, и были не разлей вода.
- Слюшай, дарагой! Пачему же ты нас раньше не познакомиль?!! - задали они потом справедливый вопрос Вове.
- Опасался армяно-азербайджанского конфликта. - честно признался тот.
- Ээээ, дарагой! Какой канфликт, какие армяноазербайджан?!! Ми же тут все МАСКВИЧИ!
14.07.2015, Новые истории - основной выпуск
Наша секретарша Света приходит на работу пешком. Длинногое, ослепительное создание. Шлагбаум при виде ее всякий раз высоко поднимается. Хотя он вообще-то для машин. Заинтересовавшись этим феноменом, мы обнаружили смотрителя шлагбаума - ярко выраженного кавказца. Он коротко объяснил: "так я выражаю ей свой восторг!"
Послать донат автору/рассказчику
18.09.2017, Новые истории - основной выпуск
Проникновенье наше по планете
Особенно заметно вдалеке
Начнём с того, что белых часто пугают чёрными. Типа, если ты такой крутой, пойди прогуляйся в чёрном районе. Возвратишься оттуда, тогда и поговорим.
Расскажу вам несколько историй. Я же с людьми работаю. Забираешь такого из тюрьмы или отвозишь, а он поговорить хочет с нормальным напоследок или на старт. Они произошли с разными людьми, но для простоты рассказ буду вести от одного человека.
Так вот, Игорь, чёрные, как мы, русские. Такая же психология. Украл, выпил, в тюрьму (с). Половина уже сидела, половина в очереди стоит. Вопросы между собой решают кулаком и оружием. В полицию стараются не обращаться. Одно время я с ними жил. Ну как жил? Босс мой инвестировал в недвижимость. Покупал за 15-30К дома на пару семей на юге Чикаго. Мы ремонтировали и он сдавал в рент. Пару месяцев ты там работаешь и через несколько дней уже видишь, где продают траву, сколько берут за экстази. При желании и что-то пожёстче купишь. Полиция не знает? Полиция крышует. Босс чикагской полиции получает около 350К, а полицай 35К. Вот они и добирают. Клиентов также не трогают. Какая проблема задержать белого водителя, вечером, в чёрном районе, к тому же едущего "против шерсти"? Но не задерживают - не распугивают клиентов.
Так вот. Обычно когда домик уже завершён или близок к завершению, приезжаешь утром, а он пустой. В смысле без холодильников, светильников, плит, стиралок, шкафчиков. Да что там окна и двери? Электрические провода вытягивают и водопроводные трубы. Даже воду не перекрывают. Ну вот босс и ищет желающих пожить на завершающем этапе. И это до последней заселённой квартиры. Был у нас случай, что 3 заселили, так одну обчистили и все обогреватели, кондиционеры с подвала и крыши сняли. В полицию, канешно, никто не позвонил.
Ах, да. Мало кто на такое проживание соглашался, а я всегда. А чё? По трефикам на работу-с работы добираться не надо. Днём получаешь за то что работаешь, а ночью за то что спишь. Да и девушек есть где принять. Ночью привезёшь - она и не знает где она. А всё новенькое, красивое.
Но ты ведь там живёшь. Даже по полгода иногда. Ходишь гулять, по магазинам, снег чистишь, траву стрижёшь. Проблемка в том, что нельзя сказать, что ты один из них, с этого района так сказать, ведь "и так видно синку, что ты не москаль". Сначала потихоньку тормозят по дороге с магаза. Мол чё, потерялся? Потом просят поделиться пару баксами! Дальше будут приходить на твой участок и делать, что хотят. У нас было два мужика, что дело до такой ситуации довели, что из дома нос не показывали и ещё им стёкла регулярно били. Один экономист хотел пешком ходить 7 км к своему дому по прямой улице, так на третий день его два квартала гнали и пиздили.
Я же "рос в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал". Поэтому стоишь спокойно, смотришь в глаза и объясняешь, что ты не потерялся. Ты тут живёшь. Баксы у тебя есть, но делиться ты не будешь, так как самому нужны. А откуда я такой борзый?.. Прихожу из магаза, а во дворе сетку с паркана снимают. На меня ноль на массу. Э, говорю, работнички, пиздуйте нахуй. Это моя территория и вынимаю телефон. А они так со смехуечками, не переставая работать, мол сьебись, мазафакер. Пока ты будешь звонить на полицию, пока они будут ехать, мы часть натяжек скрутим и смоемся. Через два часа опять. Ну и так под утро погрузим эту рабицу на машинку и уедем. Я в ответ только поржал. Не говорю, нига, (резкий столбняк), я никуда звонить не собираюсь. Я делаю твоё фото. Потом вышлю его своим друзьям. Если со мной что-то случится, чтобы они знали кого искать. А после этого поломаю вам ноги и выебу ваши чёрные задницы. А все потому, что я не мазафака, а русский. Ещё два шага к ним сделать не успел, а светлый их образ растворился в вечернем тумане.
Инвесторка выселила семью за неуплату. Те вроде ушли, но дом закрыт и кто-то там продолжает жить. Подъезжаем, открываю, заходим. Оппа, а там младшая дочь лет 14, её ребёнок годовалый и парень лет 25 на вид. Пока барышня пробует поговорить, он её отодвигает рукой и идёт на выход. Стаю в дверях. Он не заморачивается. Начинает открывать окно... Але, гараж! До прихода полиции все сидим на жеппах ровно. Товарищ не реагирует. Подскакиваю, хватаю за шею, валю на пол, походу обыскивая на наличие ножей и пистолетов. Парень в шоке. Белые должны бояться слово сказать, а этот бросается. А потому что я не белый, я русский. Тогда в ход идёт вторая серия. Малая начинает орать, что её насилуют. Хватаю за горло, прижимаю к стене. Видно, что она уже через это проходила - испугана и растеряна. Сейчас, говорю, прострелю твою дурную башку, если не заткнешься, а потом его удавлю и пистолет ему в руку вложу! Тишина и спокойствие до приезда полиции. Та на матрасе сидит и плачет, он лежит и не движется. Полицаям обрадовались, как маме. Те меня, канешно, обыскали. Только трудно найти то, чего не было. Соответственно и веры в рассказ никакой. У нас на руках решение судьи. Спрашивают хотим ли мы их посадить. Моя барышня уже сама чуть не описалась, а я говорю, что нет. Пусть выметаются. Те пробуют вещи какие-то собирать. Не, - говорят полицейские, - только то что в руках и нахер с пляжа. Паренёк пригрозить мне пробует судом, но полицайка спрашивает, что он здесь делал с несовершеннолетней и малым ребёнком. Парень затыкается и сваливает. Полицейские прощаются, подходят по очереди ко мне и жмут руку. Напоминают, что документы они проверили и в случае желания мы можем тех судить. С выхода один возвращается и тихо предупреждает, чтобы я сейчас с пистолетом не выходил, а то их могут заставить ещё раз меня обыскать. Я смеюсь и объясняю, что я русский. Ещё раз жмёт руку и они уезжают.
Прихожу вечером за деньгами за рент. Шесть квартир по 200-300$. Остальное доплачивает государство. На третьем этаже дверь открывает приходящий отец. Ну, живёт мужик с бабой, только не расписаны. Трое детей из пяти его. Она на полном государственном обеспечении, а он живёт за её счёт. Или своей способности размножаться. Уже второй месяц не платит 70$. Прошу Тамару (ага, такие имена). Нету, типа, её. Говорю, что это его последнее предупреждение. Завтра приду в 8 вечера и если не будет денег послезавтра с утра приеду с рабочими и выкинем вещи на улицу. Потому что я его не знаю (три года живёт) и квартиру снимал другой человек. Он в бешенстве говорит, что с деньгами, которые я насобирал, я ещё сегодня до дому не доеду. Объясняю чудику, что пристрелю каждого рискнувшего, а его к куче за наводку. Ещё из здания выйти не успел, а тут полиция. Мол, пистолетом размахивал и перестрелять всех грозил. Смотрят волком и руки на рукоятках. Э, - говорю, - гайсы. Я хороший парень, - перехватываю инициативу. Счас я стану личиком к стеночке, ножки поставлю пошире, ручки подниму повыше. Вы меня обыщите, с моего разрешения, и тогда поговорим. Соглашаются. Хлопают по карманам, ищут под мышками, за поясом. Успокаиваются, выслушивают, извиняются. На прощание заговорщицки сообщают, что могли б и машинку обыскать. В ответ даю визиточку, где большими чёрными буквами написано KGB. Гамма чувств на рожах, пока дочитываются, что это спортивный клуб. Ржут, что-то говорят один другому о crazy russian и поднимаются к должнику. За минуту уезжают. Пока я садился в машину чудик выбежал с деньгами ко мне. Извинялся. Да ниче, - говорю, - а то я уже думал в парке ли тебя закопать или в фундамент на новом доме залить. Обещает, что всё будет ок (и было) в будущем. Я ржу про себя. На репутацию надо работать, пока она не работает ещё на тебя.
Рассказывает мне съёмщик с первого этажа куда делась соседка со второго. Да, говорит, поссорилась с бойфрендом и он ушёл на автобус. Она подумала и догнала его на остановке. Подошла сзади и выстрелила в голову при всём народе. А ваши, русские, они не такие. У нас тут можно на ночь таких снять, покладистые. Не, говорю, это те, которых семья выгнала за что-то. А дома за блядство её б камнями на площади забили, а его б к медведю в яму бросили. Так я о таком и не слышал, - блеет. Ну поэтому и не слышал, что никто на такое внимание не обращает и не рассказывает. Ты же не рассказываешь, как яичницу на завтрак ел. Обыденное ведь дело. Поверил. Глаза как блюдца. А хули?! Имидж нужно беречь.
Года через два меня уже узнавали на новом доме. О! Ты, мол, тот русский, что жил там то и там то. Ну welcome to the neighborhood!!!
Особенно заметно вдалеке
Начнём с того, что белых часто пугают чёрными. Типа, если ты такой крутой, пойди прогуляйся в чёрном районе. Возвратишься оттуда, тогда и поговорим.
Расскажу вам несколько историй. Я же с людьми работаю. Забираешь такого из тюрьмы или отвозишь, а он поговорить хочет с нормальным напоследок или на старт. Они произошли с разными людьми, но для простоты рассказ буду вести от одного человека.
Так вот, Игорь, чёрные, как мы, русские. Такая же психология. Украл, выпил, в тюрьму (с). Половина уже сидела, половина в очереди стоит. Вопросы между собой решают кулаком и оружием. В полицию стараются не обращаться. Одно время я с ними жил. Ну как жил? Босс мой инвестировал в недвижимость. Покупал за 15-30К дома на пару семей на юге Чикаго. Мы ремонтировали и он сдавал в рент. Пару месяцев ты там работаешь и через несколько дней уже видишь, где продают траву, сколько берут за экстази. При желании и что-то пожёстче купишь. Полиция не знает? Полиция крышует. Босс чикагской полиции получает около 350К, а полицай 35К. Вот они и добирают. Клиентов также не трогают. Какая проблема задержать белого водителя, вечером, в чёрном районе, к тому же едущего "против шерсти"? Но не задерживают - не распугивают клиентов.
Так вот. Обычно когда домик уже завершён или близок к завершению, приезжаешь утром, а он пустой. В смысле без холодильников, светильников, плит, стиралок, шкафчиков. Да что там окна и двери? Электрические провода вытягивают и водопроводные трубы. Даже воду не перекрывают. Ну вот босс и ищет желающих пожить на завершающем этапе. И это до последней заселённой квартиры. Был у нас случай, что 3 заселили, так одну обчистили и все обогреватели, кондиционеры с подвала и крыши сняли. В полицию, канешно, никто не позвонил.
Ах, да. Мало кто на такое проживание соглашался, а я всегда. А чё? По трефикам на работу-с работы добираться не надо. Днём получаешь за то что работаешь, а ночью за то что спишь. Да и девушек есть где принять. Ночью привезёшь - она и не знает где она. А всё новенькое, красивое.
Но ты ведь там живёшь. Даже по полгода иногда. Ходишь гулять, по магазинам, снег чистишь, траву стрижёшь. Проблемка в том, что нельзя сказать, что ты один из них, с этого района так сказать, ведь "и так видно синку, что ты не москаль". Сначала потихоньку тормозят по дороге с магаза. Мол чё, потерялся? Потом просят поделиться пару баксами! Дальше будут приходить на твой участок и делать, что хотят. У нас было два мужика, что дело до такой ситуации довели, что из дома нос не показывали и ещё им стёкла регулярно били. Один экономист хотел пешком ходить 7 км к своему дому по прямой улице, так на третий день его два квартала гнали и пиздили.
Я же "рос в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал". Поэтому стоишь спокойно, смотришь в глаза и объясняешь, что ты не потерялся. Ты тут живёшь. Баксы у тебя есть, но делиться ты не будешь, так как самому нужны. А откуда я такой борзый?.. Прихожу из магаза, а во дворе сетку с паркана снимают. На меня ноль на массу. Э, говорю, работнички, пиздуйте нахуй. Это моя территория и вынимаю телефон. А они так со смехуечками, не переставая работать, мол сьебись, мазафакер. Пока ты будешь звонить на полицию, пока они будут ехать, мы часть натяжек скрутим и смоемся. Через два часа опять. Ну и так под утро погрузим эту рабицу на машинку и уедем. Я в ответ только поржал. Не говорю, нига, (резкий столбняк), я никуда звонить не собираюсь. Я делаю твоё фото. Потом вышлю его своим друзьям. Если со мной что-то случится, чтобы они знали кого искать. А после этого поломаю вам ноги и выебу ваши чёрные задницы. А все потому, что я не мазафака, а русский. Ещё два шага к ним сделать не успел, а светлый их образ растворился в вечернем тумане.
Инвесторка выселила семью за неуплату. Те вроде ушли, но дом закрыт и кто-то там продолжает жить. Подъезжаем, открываю, заходим. Оппа, а там младшая дочь лет 14, её ребёнок годовалый и парень лет 25 на вид. Пока барышня пробует поговорить, он её отодвигает рукой и идёт на выход. Стаю в дверях. Он не заморачивается. Начинает открывать окно... Але, гараж! До прихода полиции все сидим на жеппах ровно. Товарищ не реагирует. Подскакиваю, хватаю за шею, валю на пол, походу обыскивая на наличие ножей и пистолетов. Парень в шоке. Белые должны бояться слово сказать, а этот бросается. А потому что я не белый, я русский. Тогда в ход идёт вторая серия. Малая начинает орать, что её насилуют. Хватаю за горло, прижимаю к стене. Видно, что она уже через это проходила - испугана и растеряна. Сейчас, говорю, прострелю твою дурную башку, если не заткнешься, а потом его удавлю и пистолет ему в руку вложу! Тишина и спокойствие до приезда полиции. Та на матрасе сидит и плачет, он лежит и не движется. Полицаям обрадовались, как маме. Те меня, канешно, обыскали. Только трудно найти то, чего не было. Соответственно и веры в рассказ никакой. У нас на руках решение судьи. Спрашивают хотим ли мы их посадить. Моя барышня уже сама чуть не описалась, а я говорю, что нет. Пусть выметаются. Те пробуют вещи какие-то собирать. Не, - говорят полицейские, - только то что в руках и нахер с пляжа. Паренёк пригрозить мне пробует судом, но полицайка спрашивает, что он здесь делал с несовершеннолетней и малым ребёнком. Парень затыкается и сваливает. Полицейские прощаются, подходят по очереди ко мне и жмут руку. Напоминают, что документы они проверили и в случае желания мы можем тех судить. С выхода один возвращается и тихо предупреждает, чтобы я сейчас с пистолетом не выходил, а то их могут заставить ещё раз меня обыскать. Я смеюсь и объясняю, что я русский. Ещё раз жмёт руку и они уезжают.
Прихожу вечером за деньгами за рент. Шесть квартир по 200-300$. Остальное доплачивает государство. На третьем этаже дверь открывает приходящий отец. Ну, живёт мужик с бабой, только не расписаны. Трое детей из пяти его. Она на полном государственном обеспечении, а он живёт за её счёт. Или своей способности размножаться. Уже второй месяц не платит 70$. Прошу Тамару (ага, такие имена). Нету, типа, её. Говорю, что это его последнее предупреждение. Завтра приду в 8 вечера и если не будет денег послезавтра с утра приеду с рабочими и выкинем вещи на улицу. Потому что я его не знаю (три года живёт) и квартиру снимал другой человек. Он в бешенстве говорит, что с деньгами, которые я насобирал, я ещё сегодня до дому не доеду. Объясняю чудику, что пристрелю каждого рискнувшего, а его к куче за наводку. Ещё из здания выйти не успел, а тут полиция. Мол, пистолетом размахивал и перестрелять всех грозил. Смотрят волком и руки на рукоятках. Э, - говорю, - гайсы. Я хороший парень, - перехватываю инициативу. Счас я стану личиком к стеночке, ножки поставлю пошире, ручки подниму повыше. Вы меня обыщите, с моего разрешения, и тогда поговорим. Соглашаются. Хлопают по карманам, ищут под мышками, за поясом. Успокаиваются, выслушивают, извиняются. На прощание заговорщицки сообщают, что могли б и машинку обыскать. В ответ даю визиточку, где большими чёрными буквами написано KGB. Гамма чувств на рожах, пока дочитываются, что это спортивный клуб. Ржут, что-то говорят один другому о crazy russian и поднимаются к должнику. За минуту уезжают. Пока я садился в машину чудик выбежал с деньгами ко мне. Извинялся. Да ниче, - говорю, - а то я уже думал в парке ли тебя закопать или в фундамент на новом доме залить. Обещает, что всё будет ок (и было) в будущем. Я ржу про себя. На репутацию надо работать, пока она не работает ещё на тебя.
Рассказывает мне съёмщик с первого этажа куда делась соседка со второго. Да, говорит, поссорилась с бойфрендом и он ушёл на автобус. Она подумала и догнала его на остановке. Подошла сзади и выстрелила в голову при всём народе. А ваши, русские, они не такие. У нас тут можно на ночь таких снять, покладистые. Не, говорю, это те, которых семья выгнала за что-то. А дома за блядство её б камнями на площади забили, а его б к медведю в яму бросили. Так я о таком и не слышал, - блеет. Ну поэтому и не слышал, что никто на такое внимание не обращает и не рассказывает. Ты же не рассказываешь, как яичницу на завтрак ел. Обыденное ведь дело. Поверил. Глаза как блюдца. А хули?! Имидж нужно беречь.
Года через два меня уже узнавали на новом доме. О! Ты, мол, тот русский, что жил там то и там то. Ну welcome to the neighborhood!!!
14.05.2003, Новые истории - основной выпуск
«На прививку в первый раз…»
Рассказала знакомая учительница.
Стоит очередь из детей, класс второй-третий. В школьный медкабинет.
Приехали из поликлиники делать прививки. Манту или пирке, или как это
называется (?), а, не важно, царапинка на предплечье, которая потом
краснеет, и ее измеряют спустя пару дней. Ну, всем в детстве делали.
Дети в коридоре веселятся, учительница поддерживает порядок и следит за
очередью: "Ну-ну, Света, это же не больно. Вова, перестань щипать Петю"
и т.д.
Когда подходит очередь Саши, учительница входит вместе с ним и шепотом
объясняет медсестре (или врачу - в кабинете две женщины в белых
халатах), что Сашенька очень боится уколов, прививок, врачей и проч., и
«с ним может сделаться плохо». Успокоенная медработником, что все будет
в порядке, выходит дальше пасти свой ограниченный контингент.
Саша, толстенький и рослый мальчик, закатывает по просьбе медсестры
рукав рубашки. Она сюсюкает привычное: "Бояться не надо, сейчас раз - и
все. Ты же смелый мальчик!?" Саша кивает. Он смелый. Сестра протирает
толстенькую ручку ваткой и в воздухе резко пахнет спиртом. "Не боишься!?"
Саша кивает отрицательно. Он не боится. "Вот видишь, какой ты молодец!"
Саша серьезно кивает. Он молодец! Но когда маленькое блестящее жало
инструмента приближается к руке, глаза у Саши закатываются, он бледнеет
и начинает заваливаться назад. Прививки эти, видимо для экономии времени
и удобства медработников, делаются стоя.
Теряя сознание, в падении он случайно попадает доктору с инструментом
тяжеленьким ботиночком по берцовой кости голой ноги. Знаете ощущение,
да? Цепляет по дороге стул, который с грохотом приземляется рядом. С
криком: "Я же говорила!" вбегает учительница. Втроем с помощью нашатыря
они быстренько приводят ребенка в чувство. Жертв, кроме медсестры, нет.
Наводят порядок и потирают ушибленные места. Решают передвинуть Сашу в
конец очереди, оставить, так сказать, на сладкое.
Когда все дети были оцарапаны, опять настала очередь Саши. На этот раз
медики подошли к проблеме со все серьезностью. Они усадили Сашу на стул,
произнесли все положенные по случаю мантры и приступили. Саша сидел
спокойно, за спиной у него стояла тетя в белом, с приготовленным заранее
нашатырем, сбоку без конца бубня заклинания страховала учительница, а с
фронта, на всякий случай разведя пошире ноги, убирая их с траектории
возможного движения Сашиных ботиночков, наступала сестра с железячкой.
Она уже наклонилась над ребенком, чтоб выполнить свою миссию несмотря
ни на что. Деваться Саше было некуда.
Не тут-то было. Перед тем, как в очередной раз потерять сознание, Саша
брыкнул ногами, оттолкнулся и стал заваливаться вместе со стулом. Не
больше секунды длилось падение. За эту секунду:
- он угодил таки ботиночками в медсестру, но теперь уже двумя и точно в
склоненное к нему лицо
- металлическая перекладина спинки стула под тяжестью ребенка проехала
по ногам второй сестры и придавила ей пальцы ног в босоножках
- вдребезги, звонко и блестяще, разлетелся стеклянный двухэтажный
медицинский столик со всеми находящимися на нем причиндалами
- покачавшись, рухнул на учительницу здоровый прибор для измерения
объема легких, Бог его знает как он называется, но там наверху такой
резервуар с жидкостью. Жидкости оказалось на удивление много, и вся -
на учительнице.
Не пострадал только Саша.
Остальные дети сказали, что в следующий раз Саша будет в очереди первым,
и после него никто никого царапать и колоть уже точно не будет.
Своей маме, пришедшей за ним после уроков и проинформированной всеми
встречными-поперечными о Сашиных подвигах, Саша сказал: "Они говорят,
что я боюсь. А я не боюсь! Оно как-то само так получается."
Рассказала знакомая учительница.
Стоит очередь из детей, класс второй-третий. В школьный медкабинет.
Приехали из поликлиники делать прививки. Манту или пирке, или как это
называется (?), а, не важно, царапинка на предплечье, которая потом
краснеет, и ее измеряют спустя пару дней. Ну, всем в детстве делали.
Дети в коридоре веселятся, учительница поддерживает порядок и следит за
очередью: "Ну-ну, Света, это же не больно. Вова, перестань щипать Петю"
и т.д.
Когда подходит очередь Саши, учительница входит вместе с ним и шепотом
объясняет медсестре (или врачу - в кабинете две женщины в белых
халатах), что Сашенька очень боится уколов, прививок, врачей и проч., и
«с ним может сделаться плохо». Успокоенная медработником, что все будет
в порядке, выходит дальше пасти свой ограниченный контингент.
Саша, толстенький и рослый мальчик, закатывает по просьбе медсестры
рукав рубашки. Она сюсюкает привычное: "Бояться не надо, сейчас раз - и
все. Ты же смелый мальчик!?" Саша кивает. Он смелый. Сестра протирает
толстенькую ручку ваткой и в воздухе резко пахнет спиртом. "Не боишься!?"
Саша кивает отрицательно. Он не боится. "Вот видишь, какой ты молодец!"
Саша серьезно кивает. Он молодец! Но когда маленькое блестящее жало
инструмента приближается к руке, глаза у Саши закатываются, он бледнеет
и начинает заваливаться назад. Прививки эти, видимо для экономии времени
и удобства медработников, делаются стоя.
Теряя сознание, в падении он случайно попадает доктору с инструментом
тяжеленьким ботиночком по берцовой кости голой ноги. Знаете ощущение,
да? Цепляет по дороге стул, который с грохотом приземляется рядом. С
криком: "Я же говорила!" вбегает учительница. Втроем с помощью нашатыря
они быстренько приводят ребенка в чувство. Жертв, кроме медсестры, нет.
Наводят порядок и потирают ушибленные места. Решают передвинуть Сашу в
конец очереди, оставить, так сказать, на сладкое.
Когда все дети были оцарапаны, опять настала очередь Саши. На этот раз
медики подошли к проблеме со все серьезностью. Они усадили Сашу на стул,
произнесли все положенные по случаю мантры и приступили. Саша сидел
спокойно, за спиной у него стояла тетя в белом, с приготовленным заранее
нашатырем, сбоку без конца бубня заклинания страховала учительница, а с
фронта, на всякий случай разведя пошире ноги, убирая их с траектории
возможного движения Сашиных ботиночков, наступала сестра с железячкой.
Она уже наклонилась над ребенком, чтоб выполнить свою миссию несмотря
ни на что. Деваться Саше было некуда.
Не тут-то было. Перед тем, как в очередной раз потерять сознание, Саша
брыкнул ногами, оттолкнулся и стал заваливаться вместе со стулом. Не
больше секунды длилось падение. За эту секунду:
- он угодил таки ботиночками в медсестру, но теперь уже двумя и точно в
склоненное к нему лицо
- металлическая перекладина спинки стула под тяжестью ребенка проехала
по ногам второй сестры и придавила ей пальцы ног в босоножках
- вдребезги, звонко и блестяще, разлетелся стеклянный двухэтажный
медицинский столик со всеми находящимися на нем причиндалами
- покачавшись, рухнул на учительницу здоровый прибор для измерения
объема легких, Бог его знает как он называется, но там наверху такой
резервуар с жидкостью. Жидкости оказалось на удивление много, и вся -
на учительнице.
Не пострадал только Саша.
Остальные дети сказали, что в следующий раз Саша будет в очереди первым,
и после него никто никого царапать и колоть уже точно не будет.
Своей маме, пришедшей за ним после уроков и проинформированной всеми
встречными-поперечными о Сашиных подвигах, Саша сказал: "Они говорят,
что я боюсь. А я не боюсь! Оно как-то само так получается."
10.04.2015, Свежие анекдоты - основной выпуск
Американец - русскому:
- Я представляю, как вы обедаете: дубовый стол, на столе - бутылка водки, чёрный хлеб, селёдка, лук, каша, пельмени. Под столом - пулемёт. На стене - балалайка и будёновка. Во дворе - танк, а на крыльце - медведь.
Русский:
- Что за бред?! Почему одна бутылка водки?!
- Я представляю, как вы обедаете: дубовый стол, на столе - бутылка водки, чёрный хлеб, селёдка, лук, каша, пельмени. Под столом - пулемёт. На стене - балалайка и будёновка. Во дворе - танк, а на крыльце - медведь.
Русский:
- Что за бред?! Почему одна бутылка водки?!
15.01.2015, Новые истории - основной выпуск
В 80-е учился с нами в институте один студент, как таких называют "со странностями". Поспорил он однажды, что если стоять на платформе метро за желтой линией, то зеркало поезда все равно тебя не заденет :) Ну и решил это доказать всем "на практике"... На следующий день приходит в институт с фингалом. Спрашиваю:
- Зеркало?
Он в ответ:
- Нет... Машинист...
:))))) Как потом рассказали свидетели. Он встал на платформе у первого вагона за линию, вытянул шею в сторону путей и ждет поезда. Машинист прибывающего состава увидел стоящего в опасной близости придурка, остановил поезд метром за 5 от стоп-линии, вышел из вагона и врезал ему по морде! )))))
- Зеркало?
Он в ответ:
- Нет... Машинист...
:))))) Как потом рассказали свидетели. Он встал на платформе у первого вагона за линию, вытянул шею в сторону путей и ждет поезда. Машинист прибывающего состава увидел стоящего в опасной близости придурка, остановил поезд метром за 5 от стоп-линии, вышел из вагона и врезал ему по морде! )))))
01.02.2019, Новые истории - основной выпуск
В многих торгующих организациях встречается такой термин, как "Наставничество". Суть его в том, что более опытный менеджер вводит в курс дела новичка. Рассказывает ему о характеристиках товаров, ценах, скидках. Показывает, как нужно правильно составлять коммерческое предложение, общаться с клиентом и т.д.
Вот и на одной фирме, назовем ее "Кровельные материалы для тех, кто рискнет их покупать" (шутка), работал менеджером по продажам Роман. Стаж его на этом месте был около года. Поэтому его назначили наставником для новичка, которого звали Костя.
А их директор Александр, к ним пришел из другой компании. Ну и как говорится, начал внедрять всякие новшества.
Особенно трепетно он относился к дресс-коду. Сам ходил всегда в костюме. И вскоре начал этого требовать и от менеджеров по продажам. Те возражали, так как при встречах с клиентом на "объектах", где грязь, пыль и другие неблагоприятные факторы - такой "пафос" был не совсем уместным, но так как директор был очень дотошным, то в офис вскоре некоторые из них начали надевать костюмы.
И вот однажды Косте и его наставнику Роме нужно было ехать к клиенту на замер кровли. Вечером они предупредили об этом директора. И утром поехали на встречу.
Клиент показал им дом, на крыше которого была набита обрешетка. Они втроем залезли на крышу и начали делать замеры.
Вдруг у Ромы зазвонил телефон.
Голос директора Александра: - Рома привет. Вы где?
Рома: - Сейчас на крыше, вместе с клиентом.
Директор: - А вы c Костей в костюмах?
Рома еле сдержался, чтобы не матюкнуться, но вежливо ответил: - Да. Только вместо галстуков у нас бабочки.
Директор Саша не поняв иронии говорит: - А ты спроси клиента: ему важно, чтобы менеджер при встрече с ним был в костюме?
Рома не кладя трубки, спрашивает клиента: - Владимир, наш директор интересуется вашим мнением. Для вас важно, что менеджер в костюме или нет?
Владимир спотыкается, его нога скользит по доске. Он удерживает равновесие, матерится и кричит:
- Мое мнение - идет он на х.. с такими вопросами! Приходите хоть в плавках и ластах! Только дайте качественный материал и хорошие цены!
Рома в трубку: - Александр, я надеюсь Вы услышали его ответ?
После этого случая о дресс-коде начали потихоньку забывать.
Вот и на одной фирме, назовем ее "Кровельные материалы для тех, кто рискнет их покупать" (шутка), работал менеджером по продажам Роман. Стаж его на этом месте был около года. Поэтому его назначили наставником для новичка, которого звали Костя.
А их директор Александр, к ним пришел из другой компании. Ну и как говорится, начал внедрять всякие новшества.
Особенно трепетно он относился к дресс-коду. Сам ходил всегда в костюме. И вскоре начал этого требовать и от менеджеров по продажам. Те возражали, так как при встречах с клиентом на "объектах", где грязь, пыль и другие неблагоприятные факторы - такой "пафос" был не совсем уместным, но так как директор был очень дотошным, то в офис вскоре некоторые из них начали надевать костюмы.
И вот однажды Косте и его наставнику Роме нужно было ехать к клиенту на замер кровли. Вечером они предупредили об этом директора. И утром поехали на встречу.
Клиент показал им дом, на крыше которого была набита обрешетка. Они втроем залезли на крышу и начали делать замеры.
Вдруг у Ромы зазвонил телефон.
Голос директора Александра: - Рома привет. Вы где?
Рома: - Сейчас на крыше, вместе с клиентом.
Директор: - А вы c Костей в костюмах?
Рома еле сдержался, чтобы не матюкнуться, но вежливо ответил: - Да. Только вместо галстуков у нас бабочки.
Директор Саша не поняв иронии говорит: - А ты спроси клиента: ему важно, чтобы менеджер при встрече с ним был в костюме?
Рома не кладя трубки, спрашивает клиента: - Владимир, наш директор интересуется вашим мнением. Для вас важно, что менеджер в костюме или нет?
Владимир спотыкается, его нога скользит по доске. Он удерживает равновесие, матерится и кричит:
- Мое мнение - идет он на х.. с такими вопросами! Приходите хоть в плавках и ластах! Только дайте качественный материал и хорошие цены!
Рома в трубку: - Александр, я надеюсь Вы услышали его ответ?
После этого случая о дресс-коде начали потихоньку забывать.
04.08.2019, Свежие анекдоты - основной выпуск
Все равны перед законом и судом.
Никто не должен подвергаться пыткам.
Каждый имеет право на тайну переписки.
Жилище неприкосновенно.
Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.
Положения Конституции РФ звучат как лозунги на оппозиционном митинге.
Никто не должен подвергаться пыткам.
Каждый имеет право на тайну переписки.
Жилище неприкосновенно.
Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.
Положения Конституции РФ звучат как лозунги на оппозиционном митинге.
05.09.2014, Новые истории - основной выпуск
Давно обещал детям, что куплю новую игру "Монополия". Папа сказал, папа долго делал, в результате игру купила мама и подкинула им как подарок. Радостные детки бегут целовать папу, папа кисло, но честно кивает на маму, вот - ей все поцелуйчи. И вот, в разгар проявления благодарности, младшая (8 лет) зависает на долю секунды, смотрит на меня и говорит задумчиво: "... но ведь это значит, что у папы остались непотраченные деньги!"
18.10.2011, Новые истории - основной выпуск
В начале восьмидесятых было.
Поехали ночью лампочки в фонарях менять. Ночью - потому что днём
движение; ну и лампочки ночью лучше видно, которые не горят.
Поехали втроём, как положено: я - электрик-практикант, наставник мой -
Моисеич, и Колян - водитель и управитель автоподъёмника.
Смотрим - на мосту фонарь не горит. Конфигурация фонаря - буква "Г".
Модель - та же самая. Как бы то ни было, а менять-чинить надо.
Подогнал Колян свою таратайку под рабочий орган электрического
осветителя, смотрим - а Моисеич, как всегда и в любую смену - ну никакой
уже: спит, как насосавшийся ребёнок. От него, если он в таком состоянии,
даже если его и разбудить, то кроме слюней через губу и пожелания "взять
ещё" ничего не дождёшься.
Колян говорит:
- Лезь сам, Антоха. Видишь - Моисеич спит? Лезь один. Чё ты, лампочку не
заменишь?
А я думаю: и действительно, чё я - лампочку не заменю? Да я их десять,
блин, заменю! Ну, и полез...
Поднял меня Колян на должную высоту; зацепился я, как предписано
инструкцией по ТБ, внахлёст, карабином монтажного пояса за поперечину
этой "Г"- загогулины, и вот даже ещё отвёртку достать не успел - чую,
пошла подо мной платформа вниз. Пошла вниз, падла, и остановилась только
там, внизу.
В пазу для транспортировки. Колян прыгает вокруг, матерится на какой-то
пробитый шланг, а я про себя думаю: пропитый, блять.
Всем известно, что они с Моисеичем в садоводческих товариществах по
гидравлике и насосам калымят.
Ладно... Я-то - висю! На поясе подмышками. Колян побегал-побегал,
поохал-поохал, да и говорит:
- Потерпи, Антоха. Мы счас с Моисеичем, - из открытого окна кабины
доносился храп Моисеича, - быстро сгоняем до базы, шланг заменим и тебя
с фонаря снимем.
Ты главно не ссы, держись. Тут делов-то всего на полчаса.
Прыгнул он в кабину, и угазовали они с Моисеичем на срочный ремонт...
А я висю... Сначала страшно было, а потом подумал: хера ль мне будет?
Пояс надёжный, фонарь новый, я в каске. Тут же вид на реку с лунной
дорожкой.
Я б даже и закурил, да сигареты во внутреннем кармане рубашки поясом
прижало. Даже песенку какую-то себе под нос мурлыкать начал было.
А потом меня лёгким утренним бризом потихоньку развернуло в другую
сторону дороги, и стало мне не до пения: издалека, по прямой на мост,
приближались фары.
Через минуту я различил отдалённый рёв дизельного мотора, а ещё через
пять секунд понял: идёт "фура".
И вот тут мне впервые в жизни пригодилась школьная арифметика: фонарь -
шесть с метров, пояс - полтора, я с подмышек - полтора, а "фура" - все
три с половиной...
Как я поджимался - это, наверно, со стороны видеть надо было.
Ну, шофёр меня тоже за пару десятков метров увидел; да такую ж дуру
остановить не просто. Пролетела эта коробка в нескольких сантиметрах от
моей жопы - да и то только потому, что я в последний момент живот
втянул.
Остановился он метрах в двадцати, вылез из кабины.(Крутой, кстати,
мужик. Другой, увидев такое на столбе, чесал бы до самого Улан-Батора
без остановки)...
Так вот, вылез он и направился в мою сторону. Решительно и не
задумываясь. А я висю под тёмным фонарём и молчу - не опомнился ещё. А
подо мной зловеще блестит в свете луны лужа масла.
Подошёл он поближе, остановился, задрав вверх голову - при виде такого
зрелища, видно, и его ступор взял - и начал машинально хлопать себя по
карманам, сигареты искать.
А на меня в этот самый момент, похоже, подействовали, наконец, "Агдам" с
адриналином и я, хрен знает с какого такого, для самого себя неожиданно,
сказал громко и отчётливо:
- На мосту остановка запрещена.
Он аж подпрыгнул и присел одновременно - не ожидал, да...
Ну, потом разобрались, что к чему. Он подогнал свою кибитку задом ко мне
поближе и включил "аварийку". Разговаривали, хохотали.
А ещё через полчаса за мной приехал Колян с отремонтированной
гидравликой и так и не проснувшимся Моисеичем...
Поехали ночью лампочки в фонарях менять. Ночью - потому что днём
движение; ну и лампочки ночью лучше видно, которые не горят.
Поехали втроём, как положено: я - электрик-практикант, наставник мой -
Моисеич, и Колян - водитель и управитель автоподъёмника.
Смотрим - на мосту фонарь не горит. Конфигурация фонаря - буква "Г".
Модель - та же самая. Как бы то ни было, а менять-чинить надо.
Подогнал Колян свою таратайку под рабочий орган электрического
осветителя, смотрим - а Моисеич, как всегда и в любую смену - ну никакой
уже: спит, как насосавшийся ребёнок. От него, если он в таком состоянии,
даже если его и разбудить, то кроме слюней через губу и пожелания "взять
ещё" ничего не дождёшься.
Колян говорит:
- Лезь сам, Антоха. Видишь - Моисеич спит? Лезь один. Чё ты, лампочку не
заменишь?
А я думаю: и действительно, чё я - лампочку не заменю? Да я их десять,
блин, заменю! Ну, и полез...
Поднял меня Колян на должную высоту; зацепился я, как предписано
инструкцией по ТБ, внахлёст, карабином монтажного пояса за поперечину
этой "Г"- загогулины, и вот даже ещё отвёртку достать не успел - чую,
пошла подо мной платформа вниз. Пошла вниз, падла, и остановилась только
там, внизу.
В пазу для транспортировки. Колян прыгает вокруг, матерится на какой-то
пробитый шланг, а я про себя думаю: пропитый, блять.
Всем известно, что они с Моисеичем в садоводческих товариществах по
гидравлике и насосам калымят.
Ладно... Я-то - висю! На поясе подмышками. Колян побегал-побегал,
поохал-поохал, да и говорит:
- Потерпи, Антоха. Мы счас с Моисеичем, - из открытого окна кабины
доносился храп Моисеича, - быстро сгоняем до базы, шланг заменим и тебя
с фонаря снимем.
Ты главно не ссы, держись. Тут делов-то всего на полчаса.
Прыгнул он в кабину, и угазовали они с Моисеичем на срочный ремонт...
А я висю... Сначала страшно было, а потом подумал: хера ль мне будет?
Пояс надёжный, фонарь новый, я в каске. Тут же вид на реку с лунной
дорожкой.
Я б даже и закурил, да сигареты во внутреннем кармане рубашки поясом
прижало. Даже песенку какую-то себе под нос мурлыкать начал было.
А потом меня лёгким утренним бризом потихоньку развернуло в другую
сторону дороги, и стало мне не до пения: издалека, по прямой на мост,
приближались фары.
Через минуту я различил отдалённый рёв дизельного мотора, а ещё через
пять секунд понял: идёт "фура".
И вот тут мне впервые в жизни пригодилась школьная арифметика: фонарь -
шесть с метров, пояс - полтора, я с подмышек - полтора, а "фура" - все
три с половиной...
Как я поджимался - это, наверно, со стороны видеть надо было.
Ну, шофёр меня тоже за пару десятков метров увидел; да такую ж дуру
остановить не просто. Пролетела эта коробка в нескольких сантиметрах от
моей жопы - да и то только потому, что я в последний момент живот
втянул.
Остановился он метрах в двадцати, вылез из кабины.(Крутой, кстати,
мужик. Другой, увидев такое на столбе, чесал бы до самого Улан-Батора
без остановки)...
Так вот, вылез он и направился в мою сторону. Решительно и не
задумываясь. А я висю под тёмным фонарём и молчу - не опомнился ещё. А
подо мной зловеще блестит в свете луны лужа масла.
Подошёл он поближе, остановился, задрав вверх голову - при виде такого
зрелища, видно, и его ступор взял - и начал машинально хлопать себя по
карманам, сигареты искать.
А на меня в этот самый момент, похоже, подействовали, наконец, "Агдам" с
адриналином и я, хрен знает с какого такого, для самого себя неожиданно,
сказал громко и отчётливо:
- На мосту остановка запрещена.
Он аж подпрыгнул и присел одновременно - не ожидал, да...
Ну, потом разобрались, что к чему. Он подогнал свою кибитку задом ко мне
поближе и включил "аварийку". Разговаривали, хохотали.
А ещё через полчаса за мной приехал Колян с отремонтированной
гидравликой и так и не проснувшимся Моисеичем...
22.01.2024, Новые истории - основной выпуск
Почему академик Гельфанд не учился в 10-м классе и никогда не был студентом
Израиль Гельфанд (1913-2009) — один из величайших математиков XX века, автор множества теоретических работ и прикладных исследований с применением математического метода в области физики, сейсмологии, биологии, нейрофизиологии, медицины. Родился в украинской деревне Окны. Окончив всего девять классов школы, не получив высшее образование, поступил в аспирантуру механико-математического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова и уже в двадцать семь лет стал доктором наук, а в сорок — членом-корреспондентом Академии наук СССР. Гельфанд — лауреат многочисленных отечественных и международных премий; почетный доктор семи иностранных университетов, включая Гарвард и Оксфорд; почетный иностранный член Американской академии искусств и наук.
Когда Израиль Гельфанд окончил девятый класс школы в небольшом местечке под Одессой, учитель математики сказал ему: «Изя, дорогой, я больше ничему тебя не смогу научить. Езжай в Москву, найди там МГУ, а в МГУ — мехмат. Учись дальше, и ты станешь великим математиком!»
На механико-математическом факультете МГУ девятиклассник дошел только до секретаря деканата.
— Молодой человек, где ваш диплом об окончании средней школы? — возмутился секретарь. — Ах, у вас его еще нет! Тогда езжайте к себе назад на Украину и приходите через год, с дипломом!
Но вернуться домой Гельфанд уже не мог — так запали в душу слова учителя о великом будущем. Он решил остаться в Москве, и чтобы заработать на жизнь, устроился гардеробщиком в Ленинскую библиотеку — все как-то ближе к книгам.
Однажды его заметил там за чтением монографии по высшей математике молодой, но уже знаменитый математик Андрей Николаевич Колмогоров.
(Андрей Колмогоров (1903-1987) — советский математик, академик, почетный член нескольких западных академий наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова, один из создателей современной теории вероятностей. Написал ряд важных работ по истории и философии математики. Был научным руководителем Израиля Гельфанда и не раз говорил про своего ученика: «Общаясь с Гельфандом, я ощущал присутствие высшего разума».)
— Мальчик! Зачем ты держишь в руках эту книгу? — спросил ученый. — Ведь ты не понимаешь в ней ни строчки.
— Я извиняюсь, товарищ профессор, но вы не правы! — парировал Израиль.
— Не прав? Тогда вот тебе три задачки — попробуй решить хотя бы одну до моего возвращения. У тебя есть два часа!
Колмогоров пробыл в библиотеке дольше, чем рассчитывал, и, вернувшись за пальто, отдал номерок другому гардеробщику, совершенно забыв о поручении юному Гельфанду. Уже на выходе из вестибюля он услышал позади робкий оклик:
— Товарищ профессор! Я их решил...
Андрей Николаевич вернулся, взял у Гельфанда исписанные торопливым почерком листки, выдранные из школьной тетради, и с изумлением обнаружил, что все задачи решены, причем последняя, самая трудная — необычайно изящным и неизвестным ему способом.
— Тебе кто-то помог? — не мог поверить профессор.
— Я извиняюсь, но я решил все сам!
— Ты сделал это сам?!! Тогда вот тебе еще три задачки. Если решишь две из них, возьму на мехмат к себе в аспирантуру. У тебя на все про все четыре дня.
На пятые сутки Колмогоров появился в гардеробе Ленинки и направился прямиком к тому сектору, который обслуживал Израиль Гельфанд.
— Ну как дела? — полюбопытствовал профессор.
— Мне кажется, я их решил... — мальчик протянул математику листы с задачами.
Колмогоров погрузился в чтение. Изучив листки, ученый поднял голову, внимательно посмотрел Изе в глаза и сказал:
— Извините меня, пожалуйста, за сомнения в авторстве решений тех первых задач. Теперь я вижу, что вам никто не помогал. Дело в том, что ни в этой библиотеке, ни за ее пределами вам никто не мог подсказать решение нынешней третьей задачи: до сегодняшнего дня математики считали ее неразрешимой! Одевайтесь, я познакомлю вас с ректором МГУ.
Они застали ректора в его кабинете на Моховой. Тот сидел за столом, заваленным бумагами, и что-то напряженно писал. Ректор лишь мельком взглянул на вошедших:
— Андрей Николаевич! Мне надо срочно дописать документ, а вы врываетесь ко мне с каким-то мальчишкой!
— Простите великодушно, но это не мальчишка, а Израиль Моисеевич Гельфанд, гениальный математик, — уверенно представил Изю ректору первого университета страны Колмогоров. — Он любезно согласился пойти ко мне в аспирантуру. Прошу вас распорядиться.
Вот почему так случилось, что академик Гельфанд никогда не учился в 10-м классе и никогда не был студентом.
Израиль Гельфанд (1913-2009) — один из величайших математиков XX века, автор множества теоретических работ и прикладных исследований с применением математического метода в области физики, сейсмологии, биологии, нейрофизиологии, медицины. Родился в украинской деревне Окны. Окончив всего девять классов школы, не получив высшее образование, поступил в аспирантуру механико-математического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова и уже в двадцать семь лет стал доктором наук, а в сорок — членом-корреспондентом Академии наук СССР. Гельфанд — лауреат многочисленных отечественных и международных премий; почетный доктор семи иностранных университетов, включая Гарвард и Оксфорд; почетный иностранный член Американской академии искусств и наук.
Когда Израиль Гельфанд окончил девятый класс школы в небольшом местечке под Одессой, учитель математики сказал ему: «Изя, дорогой, я больше ничему тебя не смогу научить. Езжай в Москву, найди там МГУ, а в МГУ — мехмат. Учись дальше, и ты станешь великим математиком!»
На механико-математическом факультете МГУ девятиклассник дошел только до секретаря деканата.
— Молодой человек, где ваш диплом об окончании средней школы? — возмутился секретарь. — Ах, у вас его еще нет! Тогда езжайте к себе назад на Украину и приходите через год, с дипломом!
Но вернуться домой Гельфанд уже не мог — так запали в душу слова учителя о великом будущем. Он решил остаться в Москве, и чтобы заработать на жизнь, устроился гардеробщиком в Ленинскую библиотеку — все как-то ближе к книгам.
Однажды его заметил там за чтением монографии по высшей математике молодой, но уже знаменитый математик Андрей Николаевич Колмогоров.
(Андрей Колмогоров (1903-1987) — советский математик, академик, почетный член нескольких западных академий наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова, один из создателей современной теории вероятностей. Написал ряд важных работ по истории и философии математики. Был научным руководителем Израиля Гельфанда и не раз говорил про своего ученика: «Общаясь с Гельфандом, я ощущал присутствие высшего разума».)
— Мальчик! Зачем ты держишь в руках эту книгу? — спросил ученый. — Ведь ты не понимаешь в ней ни строчки.
— Я извиняюсь, товарищ профессор, но вы не правы! — парировал Израиль.
— Не прав? Тогда вот тебе три задачки — попробуй решить хотя бы одну до моего возвращения. У тебя есть два часа!
Колмогоров пробыл в библиотеке дольше, чем рассчитывал, и, вернувшись за пальто, отдал номерок другому гардеробщику, совершенно забыв о поручении юному Гельфанду. Уже на выходе из вестибюля он услышал позади робкий оклик:
— Товарищ профессор! Я их решил...
Андрей Николаевич вернулся, взял у Гельфанда исписанные торопливым почерком листки, выдранные из школьной тетради, и с изумлением обнаружил, что все задачи решены, причем последняя, самая трудная — необычайно изящным и неизвестным ему способом.
— Тебе кто-то помог? — не мог поверить профессор.
— Я извиняюсь, но я решил все сам!
— Ты сделал это сам?!! Тогда вот тебе еще три задачки. Если решишь две из них, возьму на мехмат к себе в аспирантуру. У тебя на все про все четыре дня.
На пятые сутки Колмогоров появился в гардеробе Ленинки и направился прямиком к тому сектору, который обслуживал Израиль Гельфанд.
— Ну как дела? — полюбопытствовал профессор.
— Мне кажется, я их решил... — мальчик протянул математику листы с задачами.
Колмогоров погрузился в чтение. Изучив листки, ученый поднял голову, внимательно посмотрел Изе в глаза и сказал:
— Извините меня, пожалуйста, за сомнения в авторстве решений тех первых задач. Теперь я вижу, что вам никто не помогал. Дело в том, что ни в этой библиотеке, ни за ее пределами вам никто не мог подсказать решение нынешней третьей задачи: до сегодняшнего дня математики считали ее неразрешимой! Одевайтесь, я познакомлю вас с ректором МГУ.
Они застали ректора в его кабинете на Моховой. Тот сидел за столом, заваленным бумагами, и что-то напряженно писал. Ректор лишь мельком взглянул на вошедших:
— Андрей Николаевич! Мне надо срочно дописать документ, а вы врываетесь ко мне с каким-то мальчишкой!
— Простите великодушно, но это не мальчишка, а Израиль Моисеевич Гельфанд, гениальный математик, — уверенно представил Изю ректору первого университета страны Колмогоров. — Он любезно согласился пойти ко мне в аспирантуру. Прошу вас распорядиться.
Вот почему так случилось, что академик Гельфанд никогда не учился в 10-м классе и никогда не был студентом.
Наши чемпионы
Самые популярные авторские десятки
Самые популярные авторские сотни
Сводный рейтинг всех зарегистрированных авторов и рассказчиков
Лучшие работы зарегистрированных пользователей
Звёзды сайта
Рейтинг лучших за день