Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Мечта по Павлову.

Год назад, возвращаясь домой из командировки, я оказался на маленькой станции Полушкино.
Станция как станция - с двух сторон лес и небольшая платформа с крохотным ларьком, у которого стоял бородатый мужик в выцветшей энцефалитке. Я присел на единственную скамейку и принялся ждать прибытия поезда. К счастью прибыл он вовремя, и я поднялся к себе в купе, где в соседях у меня оказались двое - пожилой пенсионер деревенского вида и молодой парень в тельнике, что ехали, по всей видимости, вместе.

Также в наше купе попал и мужик со станции, который, впрочем, не раздеваясь тут же залез к себе на верхнюю полку и заснул, отвернувшись к стенке.
Моё место было внизу, и я тоже прилёг, продремав так пару часов, и проснулся оттого, что поезд снизил скорость на подъёме.

Соседи не спали. Паренёк пил пиво, а пенсионер периодически зачитывал ему вслух какую-то цветастую газетку из тех, что продают в поездах.
Увидев, что я проснулся, он даже обрадовался новому слушателю.
- Или вот - обратился он уже к нам обоим - вот, послушайте:
«Вчера, в нью-йоркском ресторане «Нелло» российский миллиардер Абрамович оставил чаевые в размере пяти тысяч долларов. Стоимость самого обеда была в десять раз больше и половины этой суммы ушло на оплату алкоголя - несколько бутылок Шато Петрус и Кристал роуз» - старательно проговорил он незнакомые названия.

- Вот, еврюга! - восхищённо прокомментировал молодой - красава… это сколько ж такой коньяк в рублях?
- В рублях-то.. - пенсионер задумался - сколько, сколько? ..понятно, что дохера... сволочи…

Под этот обычный дорожный трёп я уже было приготовился вновь задремать, как вдруг сверху раздалось:

- Это не коньяк… Петрюс это вино, а Кристал - шампанское…. А вообще хороший ресторан…. итальянский…. это на Мэдисон - мужик сверху потянулся и зевнул.

- Ну, чего не знаем, того не знаем - пенсионер обиженно поджал губы, свернул газету и замолчал.
В купе наступила тишина. Парень в тельняшке тоже помалкивал, видимо, осмысливая услышанное.
Вскоре они оделись и вышли на своей станции, а мы остались вдвоём.

С часок ещё повалявшись, я решил поужинать купленной заранее лапшой быстрого приготовления и начал раскладываться на столике. Сверху выглянул оставшийся бородатый сосед, неодобрительно посмотрел на мою снедь, и принялся спускаться.
Оказался он моложе, чем мне показалось, лет, наверное, сорока с небольшим, с приятным лицом, темноволосый. Открыв свою сумку, он достал оттуда шмат сала, полкаравая хлеба, баночку со сметаной, кусок варёного мяса и пару яблок. Всё это деревенское изобилие он выложил на столик, придвинув мне.

- Ешь….
- Да у меня есть еда, спасибо.
- Это не еда - показал он на мой «Роллтон», потом снова покопался в своей сумке и достал оттуда бутылку «Русской» - позволим себе?

Я пожал плечами. Обычно я с незнакомыми людьми не употребляю, но тут вроде как соседи. Да и интересно стало, что за человек такой со мной едет, с виду бомжеватый, а в элитном алкоголе разбирается. Заинтриговал, честно говоря.

- Можно…

Сходив к проводнице за стаканами, мой попутчик отвинтил крышку и разлил нам по два пальца. Мы чокнулись, выпили, и он протянул мне руку:

- Лёня…. давай на ты…
- Давай…

Через час после ужина, когда с водкой было покончено, и мы просто сидели, сонно болтая и глядя в окно, я не выдержал:
- Слушай – говорю - Леонид…. А ты как так всё про Нью-Йорк знаешь.. и про вино?
Он поморщился и я поспешил прибавить - если не секрет, конечно…
- Да не секрет – махнул он рукой - просто мне иногда кажется, что это и не со мной было, забывать стал.… А, впрочем, если хочешь - слушай, делать нам всё равно нечего….

Вот эту его историю я вам далее с его слов и пересказываю, лично мне она показалась занятной. Рассказывал он довольно долго, я же передаю то, что запомнилось.

В девяносто третьем Лёня свалил из родного Питера в Германию. Помогли отцовские немецкие корни. Свалил особо не раздумывая, да и что в те времена было в России? Очереди, криминал, ларьки, безработица. На «Ленинградском Северном» где раньше он работал специалистом по отладке, по три месяца задерживали зарплату и ему пришлось уволиться. Тогда, на фоне всего этого, практически любая загранка считалась раем. Год, пока готовились документы, подрабатывал дворником и ходил на курсы английского, научившись довольно прилично на нём общаться. Немецкий, который учил ещё в школе, он штудировал самостоятельно и, в принципе, к отъезду мог уже сносно разговаривать на двух языках.

После лагеря для переселенцев попал он в город Лейпциг, где ему повезло буквально через пару недель устроиться на недавно там открытый новый завод БМВ. Приняли его, учтя прошлую профессию, в отдел контроля и приемки ходовой части автомобилей, который располагался почти в конце конвейерной ленты. Работа, в общем-то, оказалась несложной, хоть и несколько монотонной. Спасала привычка, полученная им за время работы на «Ленинградке».
Трудился он сам по себе, общаясь лишь со своим мастером. В сборочных цехах работали, в основном, турки и другие мигранты, а самих немцев представляло лишь белобрысое кабинетное начальство различных уровней, да несколько инженеров по наладке оборудования.

К работе он начал уже привыкать, но где-то через пару месяцев работы произошло событие, изменившее его жизнь. На завод приехала делегация из нью-йоркского филиала продаж. Компания БМВ часто применяет встречные практики работников различных уровней всех своих заводов и представительств. К ним в цех на три недели определили симпатичную и улыбчивую американку Джун, не знавшую ни слова по-немецки. Нисколько не смущаясь языковым барьером, она добросовестно вникала во все перипетии сборки и доводки автомобилей, общаясь, главным образом, лишь с Леней, имевшим, вполне понятный разговорный английский.
Мастер, поняв, что таким образом ему не нужно самому нянькаться с янки, их общению не препятствовал, лишь раз, для порядка, проронив ему, нахмурившись - бабник...

Сам же Леня ничего лишнего себе в общении с Джун не позволял, хотя и допускал, что он ей нравится. Несколько раз они вместе с ней сходили поужинать в кафе, по выходным выбирались в музеи и в городской зоопарк, но вёл он себя с ней достаточно дружелюбно и корректно.

После окончания своей практики Джун улетела домой, а ещё через три недели Лёню вызвали к заводскому начальству. Там замдиректора завода лично известил его, что в рамках программы БМВ по ротации персонала он рекомендован директором американского департамента вип-продаж мисс Джун Вудд к работе в одном из его нью-йоркских подразделений. Подразделение это называлось отделом имиджевой рекламы.
Причём тут реклама Леня тогда до конца не понял, но осознал, что американцы готовы предоставить ему рабочую визу на год с правом продления. Годовой заработок и суммы бонусов были подробно прописаны. Леня попытался перевести все эти цифры в марки и выяснил, что сумма годового дохода указанная в контракте почти в два раза превышает его нынешнюю зарплату. Но и без этого он был сразу готов согласиться. Ведь Америка среди эмигрантов всегда имела особый манящий и притягательный статус.

Вот так, менее чем через год, после отъезда из России Лёня и оказался в Нью-Йорке, прямо с аэропорта отправившись в офис к Джун. Встретила та его приветливо, всё так же радостно улыбаясь, с той лишь разницей, что улыбка каким-то неуловимым образом стала официальной. Сразу перейдя к делу, она принялась объяснять ему суть его будущей работы.
Автомобильный имиджмейкеры, пояснила она, это те люди, которые формируют спрос на вип-продукцию БМВ. Целевая группа покупателей - элита, богачи, снобы. Вот для них и создаётся тот самый визуальный образ агрессивной статусности, который присущ их марке. Людям обычно свойственно проецировать на себя то, что они видят вокруг и их задача лишь подтолкнуть их к этому. Как при покупке сигарет курильщик подсознательно ассоциирует себя с ковбоем Мальборо, так и любой толстосум, выложивший кругленькую сумму за роскошное авто, покупает вместе с ним и ореол успешного состоявшегося человека, каковым все вокруг и считают их владельцев. По крайней мере, сам он так думает.

Одним словом, будущая Лёнина работа заключается в том, чтобы этот самый ореол с помощью различных приемов и создавать.
Отбираются соискатели, в первую очередь, по внешним данным, но внешность тут не играет главную роль. Человек должен быть креативным, коммуникабельным, образованным и обладать хотя бы начальными актерскими способностями, для выявления которых он проходит ряд тестов.
Существуют специальные курсы на базе департамента в Нью-Джерси, где кандидат на эту должность в течение двух месяцев интенсивно обучается навыкам своей редкой профессии. Жильём его обеспечивает компания, квартиры обычно подбираются здесь на Манхэтенне.

Конечно, Лёня на всё согласился, хотя не очень-то тогда и представлял, чем ему придётся заниматься.

Учёба и в самом деле оказалась весьма напряжённой. Каждый день Лёня слушал уроки по искусству и моде. Осваивал актерское мастерство, которое преподавалось профессиональными преподавателями. Хореограф ставил ему осанку, походку, жесты, позы. Специальный визажист показывал как пользоваться мужской косметикой. Стилист учил одеваться, велев забыть о магазинах готового платья и заказав ему несколько костюмов у портного. Инструктор по вождению показывал город. Для поддержания хорошей формы к его услугам были бассейн и тренажерный зал.

Спустя два месяца, в его полное распоряжение поступил новый автомобиль представительского класса, и Лёня вышел на работу.
Теперь в его обязанности входило посещение тех мест, где обычно проводит время небедная публика - брендовые магазины, выставки, презентации, показы мод, которых в Нью-Йорке всегда великое множество.
В первой половине дня это были магазины на Пятой или на Мэдисон авеню, какие-то флагманские бутики в Сохо. К ним он должен был подъезжать на своей «семерке», умело там парковаться, солидно выходить из машины и направляться в магазин.
На особой карте у него лежали деньги, которые он мог тратить на покупки, набор которых прописан специальным регламентом.
Выход из магазина был не менее зрелищным, чем подъезд к нему. Лёня подходил к машине, ставил пакеты в багажник или небрежно бросал их на сиденье рядом с собой. Затем красиво садился, надевал очки, и плавно трогался с места, всем своим видом излучая спокойствие свойственное состоявшимся людям.

Ужинал он в одном из рекомендованных ресторанов, точно также обустраивая свой подъезд и убытие. Правилами разрешалось пригласить на обед одну спутницу, счёт на которую также оплачивался департаментом. Обычно он приглашал понравившихся ему девушек-моделей, благо, в тех местах, которые Лёня теперь посещал, их было предостаточно. В том числе и тех, кто явно охотился на потенциальных женихов-богатеев. Таких Лёня научился определять достаточно быстро по их какому-то оценивающему взгляду на собеседника. В чём-то, кстати, ему было проще с этой категорией профессионалок, по сравнению с теми обычными женщинами, которых он приглашал на обед. Перед ними он все равно испытывал какое-то чувство неудобства, поскольку изначально понимал, что он их, по сути, использует.

После ужина, как правило, они ехали в один из известных ночных клубов, где пару часов пили коктейли либо танцевали.
Отъезд от ночного клуба подразумевал несколько иную постановку. Выходя из него на глазах очереди стоявших у входа, Леня изящным жестом открывал дверь спутнице, уверенно садился сам и тотчас заводил авто. После чего добавлял газу, с визгом трогался и исчезал, оставляя лишь черный дымящийся след на асфальте. По замыслу маркетологов компании не менее глубокий след оставался и в душах потенциальных покупателей - в основном мажористых сынков, приведших своих подружек-анорексичек в очередное модное место….

Напоминаю - это было начало девяностых.
Когда Лёня звонил друзьям в Питер, рассказывая о своей нынешней жизни, то многие просто не верили в то, что он рассказывал. Да и как в такое можно было поверить? Их знакомый, который ещё год назад работал дворником, сейчас живёт на Манхэтенне, ходит в костюме с галстуком, зарабатывает кучу денег, гоняет на БМВ последней модели и водит ужинать моделей в самые именитые рестораны Нью-Йорка.
В любом случае, все ему жутко завидовали и сходились во мнении, что Лёня вытащил свой счастливый билет, получив всё то, что тогда у нас и ценилось: бабло, хату, тачку, девок, всё…. Немало людей в те времена, не задумываясь, всё бы отдали, чтобы так пожить.

Так вот Лёню хватило на полгода такой работы.

Первое время у него была просто эйфория. Он даже и сам поначалу не верил своему фарту. Он в Нью-Йорке! В городе, неограниченных возможностей, где бьётся сердце мира! Где любой из прибывших может запросто поймать свою удачу! А ему уже повезло!
С Джун они виделись довольно часто. Как-то само собой их отношения стали близкими и теперь Джун пару раз в неделю оставалась у него ночевать. По выходным они вместе выбирались прогуляться в Центральный парк или какой-нибудь из многочисленных городских музеев. Всё было хорошо.

Но, начиная где-то с третьего месяца, Лёня начал ощущать некое скрытое беспокойство. Откуда оно появилось было совершенно непонятно - ведь всё вроде было ровно. Здоровье его было в порядке. Ностальгия его особо не мучила. Работа по-прежнему была лёгкой и праздной. На премьерах и модных показах он уже перевидал кучу мировых знаменитостей, а с некоторыми даже успел познакомиться. Пошитые по индивидуальному заказу костюмы сидели великолепно. Деньги еженедельно капали ему на карточку. С Джун всё складывалось хорошо, и она уже даже планировала познакомить его со своими родителями.

Но вот как-то всё стало не так, куда-то напрочь пропал душевный баланс. Лёня вдруг начал просыпаться по ночам и по несколько часов бодрствовать, отгоняя от себя пугающее осознание полного нежелания вставать и ехать на работу. Приходилось пару-тройку раз наливать себе «Дениэлса», чтобы хоть ненадолго заснуть.
Так он вытерпел ещё пару месяцев, из-за всех сил уговаривая себя не маяться дурью, а продолжать работать. Всё было бесполезно. Всё чаще он старался уехать домой пораньше и добраться до виски, иногда прихватив с собою какую-нибудь спутницу.

По прошествии полугода своей работы в должности автомобильного имиджмейкера Лёня не выдержал и на две недели забухал в чёрную.

На этом его карьера в БМВ закончилась. Джун, застав у него с утра какую-то очередную подружку, попросила вернуть ключи от машины и ушла, хлопнув дверью. На следующий день с ним ожидаемо расторгли контракт и попросили съехать с квартиры.

В Нью-Йорке Лёня прожил ещё полгода, перебравшись в бруклинский хостел и перебиваясь случайными заработками. Что с ним, собственно говоря, происходит, он и сам тогда не очень-то понимал.
Как-то раз в ночном баре он разговорился с одним полуспившимся доктором-канадцем, бывшим психиатром из Галифакса, которому он и изложил свою историю. Тот выслушал его с интересом, а после охотно и подробно прокомментировал.
По его словам, Леня не смог пережить то состояние гомеостаза, что так прекрасно поддерживают животные при наличии у них воды, еды и тепла. Всё это компетентно описал русский профессор Павлов, считавший, что только неспособность жить в гомеостазисе и отличает человека от животного. Другими словами, человек, в отличие от животного, долго жить без проблем, увы, не может.
И, как это не парадоксально звучит, но именно потому, что в его жизни всё было ровно, Лёня и не смог это вынести, лишившись в итоге физического и душевного равновесия.

Потом его виза кончилась и Лёня, устав мучиться от пьянства и безделья, решил, что заграницы с него хватит, и двинул обратно в Питер. Перед отъездом он набрался смелости и позвонил Джун, чтобы напоследок извиниться и проститься. Отреагировала та довольно холодно, сказав, что уезжает он абсолютно правильно, и что по её мнению, русские вообще должны жить у себя дома, среди героев Достоевского. Потом попрощалась, попросив больше ей не звонить.

Дальше всё было просто. Лёня вернулся в Питер. Через год он женился, а ещё через пару лет они с женою подались к тёще в Полушкино, где сейчас он и трудится за председателя. А также за зоотехника и за ветеринара. И за пастуха, если надо. Короче, за всех. Работы видимо-невидимо, так что никакой гомеостаз мне и не светит - закончив рассказ, довольно засмеялся мой попутчик, и мы стали укладываться спать.

Утром он вышел, крепко пожав мне на прощанье руку, и я остался один. Так один я и доехал, глядя в окно и думая, что всё-таки любопытно как-то всё на свете устроено.
Вот сейчас, это ж просто наша национальная идея нынешняя - что-нибудь заработать или спереть, сдать это в аренду и ничего не делать. У меня, к примеру, куча знакомых о таком мечтают.
А несколько приятелей уже так и живут, кто в Испании, кто в Тайланде. И верят, что судьбу обманули. Или делают вид, что верят, по крайней мере.

Может от человека зависит? Лёня вон Полушкино выбрал. И вроде доволен.

Каждый человек живет ради чего-то хорошего, того что он должен сделать в этой жизни.
И может быть его судьба неудачная или неправильная, но все же есть хотя бы один момент, который он помнит и знает, что в этот день он жил не зря.
Был и у нас такой день. На троих.
Поехали мы как-то на рыбалку на Ладогу. Есть такое место недалеко от Питера, где к озеру не подобраться, т.к. до этого надо пересечь канал, потом идти по лесу еще метров 700-800 и только потом ты выйдешь на берег. Но у нас был знакомый, который жил на этой ничейной земле, перевозя через канал, сдавая лодки и ночлег в заброшенном здании. Вот мы туда и прибыли.
Разместились и пошли на вечернюю зорьку.
Только вышли из зарослей тростника, как сын говорит, мол смотрите лодка переворачивается. Ветра нет, а вдалеке видно, как резинку переворачивает. Стало понятно, что кто-то выпал и пытается забраться обратно. Рванули туда, доплыли. Рыбак, пенсионного возраста, уже просто висел обессиленый на веревке вдоль борта и был белый как полотно. Затащили. Подхватили лодку и назад.
Я не стану останавливаться на том, как мы его отпаивали коньяком, тащили лодку с опущенными якорем и затаскивали мужчину в дом.
В общем, он выжил и это самое главное.
Как оказалось, мужчина был сердечник и его в какой-то момент качнуло. Он выпал и потом в течение 3 часов пытался забраться на лодку. До берега далеко, вода +12 и место, где никого не бывает. Одним словом, повезло ему в этот раз. Его ангел прислал нас в самый последний момент.
Зато теперь я знаю, что не зря прожил хотя бы один день. И безмерно благодарен небесам за предоставленную возможность - помочь ближнему.

СТРАТЕГИЯ ВОЙНЫ
Моя однокурсница Аня со своей дочкой и старенькой мамой все лето живет
на даче под Питером. Дача очень древняя, еще дед строил.
Живи да радуйся, только три года назад всеобщую идиллию дачного поселка
разрушил новый сосед абсолютно бандитской наружности и содержания.
Нового хозяина жизни зовут Артем – здоровый такой мужик с золотыми
зубами (до сих пор все гадают – армянин он или цыган, а спросить не
решаются, и правильно делают...) Артем начал с того, что скупил два
участка. Потом самовольно прирезал к своим владениям еще и пустырь.
Соседа справа подвинул на половину своей новой бани, а когда тот
возмутился, из города понаехали дорогущие джипы вперемешку с ржавыми
копейками, из них повылезали братки точно такой же невыясненной
национальности и Артем под всеобщий смех, хлестал обиженного соседа
своими янтарными четками по губам, приговаривая: «Научись вежливо
разговаривать, тогда и тебя люди будут уважать... баня ему моя не
нравится... А воздухом дышать тебе нравится?»
А когда Артем стал зам. председателя кооператива, членские взносы
заметно подросли.
Но вернемся к Анне. Дедушка оставил ей в наследство старый колодец,
который он собственноручно вырыл на своем участке при помощи лопаты и
дурацкой лозы.
Больше питьевой воды не было ни у кого (бурду, что течет из крана, пить
еще никто не решался). По пути из дома, дачники набирали огромные
канистры питьевой воды из колонки за пять километров от поселка, на
выходные хватало с лихвой. Так и жили. Если же у какого-то соседского,
оставленного на неделю старичка, заканчивалась вода, разумеется Аня
всегда пускала такого страждущего с ведром к своему колодцу.
Но тут на горизонте замаячил Артем.
Вначале он, позавидовав чужому счастью, стал искать воду у себя. Нагнал
экскаваторов, превратил свой огромный участок в решето, но воды не было.
Тогда цыган или армянин пришел к Ане и предъявил ультиматум: «Соседка,
раз ни у кого воды нет, твоя вода должна стать общественной. Все, ваша
куркульская жизнь кончилась! Так что даю тебе неделю сроку - прорежь
проход в своем заборе и отсюда до колодца убери грядки, чтобы у людей
появился свободный путь к вашей воде».
Аня попыталась было возражать, мол, если мы на своих несчастных шести
сотках сделаем проход, то что же останется нам? Да и колодец не
бездонный, самим не всегда воды хватает, да и...
Артем перебил ее простым и честным вопросом:
- Тетка, ты я вижу решила со мной повоевать. А ты то сама готова к
войне...?
Через неделю, когда срок ультиматума вышел, армянский цыган бензопилой
вырезал арку в деревянном заборе, и через образовавшуюся дыру сразу
стало видно, что семья Ани к войне готова не была.
Дочь плачет, у мамы прихватило сердце, да и Аня была не в восторге от
начала боевых действий. На этой ноте, в дом постучала старенькая бабушка
из деревни, которая уже много лет носила парное молочко от своей
коровки.
Быстро спросив – что в доме за траур, а покойника нет, получила
исчерпывающий ответ и... весело расхохоталась:
- Ну, вы городские, просто как детишки малолетние, вам нельзя жить на
земле, не умеете вы своего ценить и защищать.
Аня возразила:
- Как защищать? С пустым ведром на него броситься?! Вы бы его видели.
Даже ваш участковый у него на побегушках.
- Я и смотреть не хочу, только не все решается силой. Хочешь я своего
сына Митьку настрополю, он по гроб жизни отвадит того говнюка от вашего
колодца. Ты Митьке только на бензин подкинь, да на пивко. Сделает.
На следующий день возле колодца уже красовался старый, видавший виды,
грязный деревенский туалет. Обычный такой деревянный туалет - такой
стоит на любом огороде.
Увидев это чудо, Артем пришел в бешенство:
- Ах, вы чуханы! Как вы могли питьевую воду парашей запарафинить!? Сами
теперь лакайте свое чмошное пойло. Тьфу! Мне даже в падлу с вами
разговаривать!
На этом армяноцыган навсегда свернул боевые действия и потерял интерес к
стратегическому выходу к воде, а его фронтовая разведка так и не узнала,
что под деревянным домиком не было никакой выгребной ямы – это был
ложный аэродром, а настоящий биоаэродром, как и прежде находился внутри
дома.
Но война еще не закончилась...
Бабушкин сынок Дима, за поллитру восстановив после войны народное
хозяйство (заделал прореху в заборе), сказал:
- Вот скотобаза, такой забор испортил! Но вы Аня не волнуйтесь, я просто
ради интереса накажу его по-своему.
Дом Артема одной стороной выходил на оживленную трассу и вот в
воскресенье вечером Дима проезжая мимо, остановился и аккуратно положил
под его окнами несколько обычных пластиковых пакетов с мусором...
Все остальное доделал стадный инстинкт дачников, сотню километров
плетущихся в пробке домой.
Через полчаса возле дома Артема вырос мусорный бугор таких размеров, что
можно хоть вдесятером играть в «Царь горы».
С тех пор прошло два года, что только не предпринимал бедный армянский
цыган: и вывозил помойку на машинах и морду бил ссыпающим, ничего не
помогало. Инстинкт дачников идущих с мусором на нерест - сильнее любого
цыганского армянина, даже такого свирепого, как этот. Так и живет он до
сих пор возле огромной зловонной кучи мусора, рядом с рекламной
табличкой: «Мусор не бросать!»

По поводу слов Кадырова, что его достало, что во всем обвиняют кавказцев... Знакомый татарин сказал: До тех пор пока ты ЧЕЛОВЕК, никого в России твоя национальность особо не интересует. Как только стал СКОТИНОЙ всем сразу интересно, чья это скотина гадит?

В середине 60-х годов появилась чрезвычайно известная песня, ставшая
даже чем-то вроде официального гимна подводников (так, по крайней мере,
озвучивалось это событие в те годы). Александра Пахмутова, написавшая
вместе с Добронравовым музыку к этой песне, всегда была человеком
добросовестным. Потому для выполнения столь важной работы на должном
уровне она лично отправилась в один северный порт для того, чтобы
проникнуться, так сказать, настроем. Моряки-подводники, получившие
приказ принять меры для осуществления создания нужного настроя у
композитора, отнеслись к делу с пониманием, и ранним утром вывели
женщину на пирс для встречи лодки, возвращавшейся из боевого дежурства.
Дело было зимой. В воздухе висел морозный туман, который, казалось,
можно было резать ножом. Сквозь него тускло проглядывало слабое северное
солнце. Все вокруг было покрыто изморозью. О пирс яростно бились
свинцовые волны, изредка обдавая Пахмутову солеными брызгами.
Предусмотрительные подводники тщательно замотали композитора в несколько
свитеров, надев поверх этого бушлат. Вкупе с соответствующим головным
убором, в высоких ботинках на шерстяной носок, маленькая Пахмутова была
неотличима от грустного срочника, несущего нелегкую службу на советском
севере.
И вот, наконец, в волнах мелькнула китообразная тень, и на поверхности
показалась подлодка. Она провела в автономном плавании множество дней и
ночей. Моряки были сыты по горло стальными кишками своего судна. Всем им
до жути хотелось в нормальные квартиры и в нормальные постели к
нормальным женщинам. Да что говорить, понятно, что до вожделенной суши
весь личный состав считал часы.
Сразу после всплытия судно оседлали усталые морячки, нетерпеливо
ожидающие момента, когда им подадут, в конце концов, концы, после чего
можно будет стреножить место несения службы и покинуть его к чертовой
матери. Из тумана медленно показался пирс с суетящимся личным составом.
На самом краю его, впереди всех, стоял какой-то мелкий матросишко и
самым нагляцким образом косил, закутавшись в бушлат и зыркая глазюками
из недр завязанной под подбородком ушанки. Благородное сердце подводника
не выдержало такой наглости малявки, даже пальцем не шевелившего для
скорейшей швартовки.
- Э, салага! - закричали с палубы. - А ну-ка двигай своей жирной ж@#$,
иначе я тебе в нее рупор, б#я, засуну! Широким концом!!!

... Настрой был создан, песня написана и спета всей одной шестой частью
суши.

«На пирсе тихо в час ночной,
Тебе известно лишь одной -
Когда усталая подлодка
Из глубины идет домой.»

GDV(.ru)

Вэдэвэшник и арбуз

Волею случая я знаю обоих основных участников этой истории. Оба они мне рассказали свои её части, а я решил пересказать всё вам, так как очень уж показательная история получилась и очень уж разные выводы из одного и того же события сделали эти два очень разных человека.

Для начала Юрец. Он — вэдэвэшник. В том смысле, что у него и отец и дед служили в ВДВ, квартиру получили в Зеленстрое, на улице генерала М-ва, в доме для ветеранов крылатой пехоты. Юрца, правда, от армёхи «отмазали», потому что мать сказала: «Вы с дедом уже достаточно Родине послужили, колени поразбивали, дайте хоть Юрчику от армии отдохнуть». Ну да не суть.
На прошлое 2 августа дело было. Юрец отцову старую форму потихоньку надел (и в трамвае можно за бесплатно проехать, и на дискотеку пускают, билета не спрашивают, на день ВДВ много льгот такая форма даёт, никто связываться не хочет) и с ребятами вместе гулять пошёл. Чтобы солиднее выглядеть, ещё и голубые беретки корешкам роздал.
По пиву приняли — чувствуют, пора традицию поддержать, арбуза к празднику добыть: «А чё их же 11 человек, что им торговец-кавказец арбуза что-ли не подарит? По случаю-то праздника.» Тем более на углу у них как раз развал с арбузами и кавказец сидит. Торгует. На их-то земле!
Подошли, Юрец и начал торгаша запугивать: «Знает ли тот, что значит 'Войска дяди Васи'?» А тот спокойно так и отвечает: «Кто же не знает, дарагой?»
Тогда Юрец дальше пугает: «А знаешь ли ты, чурка, что такое стропорез?» А тот спокойно так отвечает: «Кынжал такой длинный, чтобы стропы запутавшиеся разрезать. А ты сам чурка сапливая, если так незнакомого человека обзываешь!»
Ну Юрец оскорбления не выдержал и прямо с ноги по самому здоровому арбузу рамалаш и закрутил, так что только арбузные корки вокруг и брызнули.

А дальше был полный .... разгром. Кавказец рубашку на себе дёрнул, а под ней тельняшка и татуировка - парашют и ВДВ в орнаменте. И на ребят прямо через прилавок полез — здоровый такой, страшный и злой вэдэвэшник. Да ещё и со здоровенным ножом, которым арбузы режут. Они все по-скорому и разбежались, а Юрец на корке подскользнулся и прямо на разбитый арбуз и сел (ещё и форму стирать блин! чтобы отец-то не заметил и не выпорол!)
Вэдэвэшник к Юрцу подбежал, уже ногу для пинка занёс и тут вдруг в голубые беретки, что ребята побросали пальцем ткнул, резко успокоился и Юрца уже без акцента почти спрашивает: «Они своего лежать бросили, а сами драпали. Они ведь не служили? Да? И ты не служил? А это у тебя откуда?» И пальцем в юрчикову форму и орденскую планку на груди тыкает.
Юрец с перепугу честно и сказал: «Отцова форма и медаль его - за Саланг». И тут вэдэвэшник Юрца бить раздумал, снял с прилавка самый большой арбуз и отдал Юрцу. Подумал и добавил: «А у меня — за Панджшер».

Юрец, когда к ребятам с арбузом вернулся, то свой вывод сделал: «Это хорошо, что отец в ВДВ служил и в Афгане воевал! Можно теперь к дяде Магомеду ходить и арбузы на халявку просить!»

А Магомед совсем другие выводы сделал. Он сидел и грустно думал об интернациональной дружбе в бывшем СССР. О том, как они перехватывали и уничтожали караваны с наркотиками, чтобы такие вот мальчишки росли нормальными людьми. О том, что у него три дочери, а современные молодые люди от службы бегают. И беспокоился, что когда они с юрцовым отцом постареют, то некому будет защищать от врагов Родину...

Представьте ситуацию: вы едете в своём автомобиле в ненастную, бурную ночь - и вдруг видите трёх людей, ждущих на остановке автобус. Эти люди:

1. Старушка, которая выглядит так, будто вот-вот уйдёт в мир иной;

2. Давний приятель, который когда-то спас вам жизнь;

3. Женщина/мужчина вашей мечты.

Кого из них вы возьмёте в попутчики, если ваш автомобиль двухместный? Подумайте и дайте свой ответ, прежде чем прочесть ответ.

ОТВЕТ
Эта морально-этическая дилемма, на самом деле, была предложена в качестве теста при приёме на работу в одной компании. Вы можете подвезти плохо чувствующую себя старушку, ведь в первую очередь вы обязаны спасти её жизнь. А может вы выберете старого друга, потому что однажды он спас вам жизнь, и это будет отличным шансом отблагодарить его? Однако когда ещё вам подвернётся случай встретить свою вторую половинку?

Из 200 претендентов на должность лишь у одного кандидата не возникло проблем с ответом, и он был принят на работу. Решение его было следующим: «Я бы отдал ключи от автомобиля своему старому другу и попросил бы его отвезти пожилую женщину в больницу. А сам же в это время остался с женщиной моей мечты».

Иногда нестандартное мышление и творческий подход к делу даёт нам ключ к решению проблемы любой сложности.

Жил-был один человек, который отличался поразительным спокойствием в любых ситуациях как в быту, так и в бизнесе. Ситуациях, которые выводили из себя любого, но не его. Однажды кто-то поинтересовался причиной его спокойствия и он раскрыл секрет: "Когда я попадаю в тревожную ситуацию, которая может вывести меня из себя, я вспоминаю один из моментов своей жизни. Я помню голос с южным акцентом, звучащий из громкоговорителя: "Русские десантники, предлагаю сдаться. Всем гарантирована ЛЕГКАЯ СМЕРТЬ". Когда я вспоминаю этот случай, я понимаю, что самый страшный момент моей жизни уже позади и беспокоиться не о чем".

Вчерашней историей от Грубаса напомнило (кстати большое спасибо за историю). История тоже не смешная, так что можете смело ставить минус, я не обижусь.
Итак о героической маме/жене и животных (правда в человеческом обличьи), а вообще-то просто о любви.
Дед мой родился в Одессе в 1912м году, но прожил детство в местечке около города. Украина и сейчас не самое благополучное место для жизни, а про страшные годы Гражданской войны я и не говорю. Белые, красные, немцы, Григорьевцы, Махновцы, Петлюровцы, англичане, немцы, фрацузы, гетман, поляки, националисты, монархисты, октябристы, анархисты, казаки, и наконец просто бандиты всех сортов и мастей смешались в один страшный клубок который катился и оставлял после себя слёзы и кровь.
Власть и войска под Одессой менялись чуть ли не ежедневно. Причем в одном и том же местечке на одном краю могли быть красные, на другом зеленые, а в середине власти вообще могло не быть. И все считали что мирное население только и существует что бы с него драть все что есть. Считалось хорошо если только удавалось отделаться деньгами или продуктами. А ведь могло быть и хуже.
В один далеко не прекрасный день в 1919м году когда белые ушли, а красных еще не было, на окраину местечка где жила семья моего прадеда вошла банда. Уж не знаю какую идеологию она исповедовала, но скорее всего никакой - просто отморозки/бандиты. Они прошлись по домам отнимая все что приглянется и выгоняли всех на улицу. Потом атаман глянул на толпу растерянных людей у которых застыл ужас в глазах и сказал. "Мужчин - расстрелять."
И быстренько несколько десятков мужчин было отделено и их повели к балке за местечком. Стоял крик женщин и детей, но бандитам было все равно. Им надо было срочно уходить, ибо красные части должны были вот вот подойти.
Мой прадед был простым работником в лавке и отнюдь не был героем. И он шел в этой толпе, шел на расстрел. Шел как шли десятки его соседей и знакомых. А вслед им стоял крик. Не знаю про чему атаман не сказал расстрелять остальных, но про женщин и детей приказа не было и они остались в местечке.
И вот когда толпу подвели к балке произошло ЭТО. Нет не появился не Юл Брунер, ни великолепная 7ка, ни даже Рембо. Когда их подвели к оврагу он с ужасом увидел что моя прабабка пошла за мужчинами которых должны были расстрелять. И не сама. За руки она тащила плачущих моего деда и его 8-летнюю сестру. Больше из женщин и детей в местечке за мужчинами не пошел.
И когда его в первой партии поставили спиной к оврагу на расстрел она взяв детей за руки стала рядом с ним. Слёз в глазах не было, не было и страха, только решимость отчаяния. Ее даже пытались отогнать, но она сказала твердо "Семья не должна расставаться. Или вы стреляете всех нас вместе или отпустите его." Отпустила девочку и вцепилась в прадеда и другой рукой держала моего деда.
Атаман изменился в лице. "Ты вообще понимаешь что делаешь?" заорал он. Она ещё раз сказала "Семья не должна расставаться". Не знаю что нашло на атамана (не думаю что он пожалел 3 патрона). Но что-то произошло. Стало тихо. Прадед рассказывал что он даже услышал как атаман сказал вполголоса "Вот чертова баба, как в своего вцепилась. Даже детей не жалеет. И не боится, курва." "Ладно, хрен с ним - пускай забирает, раз так любит." И прадед получив прикладом по спине был выгнан из строя. И он с прабабкой, дедом и его сестрой вернулись в местечко.
Всех остальных расстреляли.
В местечке они жить не остались, уехали в Одессу. Очень тяжко было. И соседи почему-то странно на них смотрели.
Я сейчас часто думаю. А вот как правильно надо было поступить ей тогда? Ведь с одной стороны она рисковала не только собой. Могли запросто расстрелять всех. А с другой именно этим ... я даже не знаю как это назвать... ПОСТУПКОМ, она спасла мужа, семью.
Прошёл почти век. Я живу в другой стране и даже на другом континенте. И время сейчас другое, "гуманное", и вряд ли что-то подобное повторится. А внутри крутится, а вдруг? а если? Как бы я хотел что бы поступила моя жена в такой ситуации? А как бы поступил я на её месте? Иногда я думаю что я знаю.
А иногда ......я не нахожу для себя ответа.

Сижу в торговом центре на диванчике. В метре от меня столик, за которым сидит уткнувшись в телефон девушка лет 25-30.
Некоторое время спустя подходит к ней молодой человек, полноватый, средненького роста, красный как рак:
- Здравствуйте девушка.
Девушка глядит на него вопросительно:
- Здравствуйте.
Молодой человек:
- А могу я к вам присесть?
Получает оценивающий взгляд девушки:
- Пожалуйста.
Некоторое время сидят в молчании. Парень нарушает тишину:
- Простите, могу задать вам один вопрос?
Девушка:
- Смотря какой.
Парень:
- Простой.
Спустя какой-то миг она кивает:
- Тогда слушаю.
Парень:
- А вы бы не хотели заняться сексом?
Наступает гробовая тишина. Интерес к подслушиваемому мной разговору возрастает.
Девушка выгибает бровь:
- С тобой?
- Д-да, - заикается парень.
- Обоснуй, почему я должна заняться сексом с незнакомым мне человеком?
- Если у вас нет парня, а секса не хватает, я думаю в этом случае предложение выгодно.
- Ну и мудак же ты. - кривит губы девушка.- Причины получше нет?
Парень:
- Это секс без обязательств, вы мне ничего не должны, а я вам. Плюс настроение у вас будет явно лучше.
Девушка смотрит на него оценивающим взглядом:
- А ты смелый.
- Ну так что?
- Ну давай, посмотрим что из этого получится. Пошли...
Я сижу в шоке. Оказывается можно было просто спросить?!?

Мои первые роды.
Скоро сказка сказывается да не скоро дело делается, медленно карабкаешься по склону медицины, сначала занудные годы теории, потом, годика через три, начинаются захватывающие реальные предметы.
Наступил черёд акушерства.
Всё безумно интересно, занятия на манекенах, таблицы, лекции...
А вот и первое дежурство, речь пойдёт о моих первых родах.
Сейчас уже с большим трудом можно попытаться вспомнить степень изоляции рожениц, практически заключённых, с одним способом коммуникации, открыть окно и перекрикиваться с родными. А также показать им новорожденного, через стекло 3-4 этажа.
Суровая строгость акушерок, почти полное отсутствие мужчин среди персонала, жестокие правила и полное отсутствие обезболивания в сочетании с диким консерватизмом акушерства в сравнении, скажем, с анестезиологией, внушали робость и желание быстрее закончить цикл, сдать экзамены и забыть туда дорогу...
Экзамены-то я сдал, а вот дорогу забыть не удалось, большая часть моей профессиональной жизни анестезиолога связана именно с акушерством, самая тревожная и радостная часть, надо сказать.
Но всё это - в далёком будущем, а сейчас суровые неулыбчивые пожилые акушерки велели переодеться, на вопросы отвечали односложно, как сержанты в обращение с кадетом.
Ввели меня под конвоем в родильный зал, несколько столов для родов, всё покрашено в белое и сверкает чистотой, моё любопытство усугубляется фактом моего рождения в этом самом зале 20 с лишком лет назад, на одном из этих столов, мама даже вспомнила мне что он был не с краю.
Тихо, чинно, как в церкви.
Медленно заходит роженица, её кладут и готовят к родам, мой пульс ускорился до лихорадочного, рожаем!!
Моя первая роженица, небольшая блондинка, оказалась стоической латышкой, не издавшая ни звука во время уже довольно бурных и частых схваток...Так-так, подумал я, не так уж это и больно...
Забегая вперёд - как я ошибался!!
Мои вторые и все последующие роды убедили меня в обратном, я услышал и вопли и ругательства и проклятия по поводу мужей и всего "блядского" и "ёбаного" мужского рода, не самое уютное чувство вины за принадлежность к нему в царстве разъярённых женщин...
Всё это в будущем, а сейчас начались потуги, моя первая роженица молча следует громким сержантским командам акушерок потужиться, набирает воздух и тужится с приходом схваток.
Родила! Я в первый раз воочию увидел чудо рождения, мой восторг тронул даже акушерок и роженицу!!
Родила плаценту (детское место), матка сократилась, перевели в палату.
Меня отпустили домой, я бегом (мы жили рядом с больницей) домой, поделиться с мамой, бывшей акушеркой, пережитым мною событием.
Она мне объяснила пару неясных моментов, мой отчёт подходил к концу, и тут у меня возник вопрос, уже про себя.
"Мам, а чего это у меня мышцы ноют, в необычных местах?"
Мама улыбнулась:
"А это, сынок, ты с ней вместе тужился, подсознательно, из сочувствия, мы все через это прошли новичками..."
Всё это в далёком прошлом, 35 лет минуло, медицина сильно изменилась.
Тем не менее, я уверен:
Где-то там, студент-медик, молодой и совсем зелёный, видит первые роды и тужится вместе с роженицей, совсем как я, сочувствие вещь непреходящая.
Лёгких родов вам и здоровых детей!

ЗАНАВЕСКИ

Ночь. Тишина. Кухня.
Открывается дверь холодильника. Оттуда вываливается огромная пузатая Мышь, на шее гирлянда сосисок, в одной лапке кусок сыра, в другой окорок, она тяжело и медленно плетется в сторону норки, а перед норкой стоит маленькая мышеловочка заряженная крохотным, кусочком давно-засохшего сыра. Подходит к мышеловочке, изучающее ее разглядывает, качает головой и со вздохом говорит:
— Ой, ну, чеснэ слово, як диты…

На этот раз, извечные соперники: женское коварство и мужская хитрость, схлестнулись в обычном, ничем непримечательном магазине тканей.
Одним чудесным, летним утром, мой товарищ, а по работе еще и начальник по имени Эльдар, заехал прикупить красивые занавески для центральной, каминной комнаты своего нового загородного дома.
Эльдар совсем замучил хорошенькую продавщицу Наталью, перещупал на всех полках все материальчики, вспоминая цвет и фактуру своих стен, пересмотрел сотни тканей на просвет, наслушался по телефону маминых советов: - "чтобы шторы были не очень прозрачными, но в то же время не совсем уж глухими"
Наталья стоически переносила все (в прямом и переносном смысле, натаскалась рулонов из подсобки и обратно) и вот, не прошло и часа, как из сотен вариантов, веселенькие занавесочки были выбраны, семь раз отмеряны, отрезаны и куплены, но Эльдар не спешил уходить из магазина, он хотел как-то отблагодарить такого толкового и улыбчивого продавца, тем более, что и продавец был красоткой каких поискать.
Немного постоял, помялся, поднакопил наглости, решился наконец, и пригласил девушку в кино, Красавица Наташа не отказалась.
Кавалер придирчиво оглядел себя: шорты, рваные кеды, майка, кепка, ну просто никаких опознавательных признаков миллионера, вот тут-то и началась затяжная мужская хитрость. Дело в том, что Эльдару тогда было под сорок, ни детей ни жены, хотя девушки за ним целыми зомби-табунами всегда бегали, как только видели и слышали его запредельную спортивную машину, оно и понятно, кошелечек на ножках полюбит каждая, вот и решил наш умник, на этот раз быть хитрым, чтобы проверить – сможет ли красавицу Наташу заинтересовать не миллионер Эльдар, а обычный татарин Эльдар, живущий с мамой, скажем, в однушке у самого МКАДа?

В первый вечер сходили в кино, съели мороженое, а на закуску были проводы Наташи до самого дома (на метро и маршрутке, машины-то нет).
На другой день была какая-то художественная выставка, потом парк культуры, кормежка голубей и все в таком-же незамысловато-студенческом духе, и никаких тебе такси, а тем более ресторанов, ведь по тщательно спланированной легенде, Эльдар обычный сисадмин со скромной зарплатой.
Но Наташа держалась и ни на что не претендовала, им и на роликах в Сокольниках было весело вдвоем.
Через месяц Наташа пригласила Эльдара к себе, чтобы познакомить с родителями, через два, он уже одалживал у нее деньги до зарплаты, а через три, хитрый татарин решил прекратить этот балаган, ведь Наташа уже прошла проверку более чем полностью.
Предложение руки и сердца состоялось не где-нибудь, а в самом Макдональдсе.
И когда невеста сказала - "Да!", Эльдар, наконец, признался, что из всего того, что он наговорил Наташе за прошедшие три месяца, правдой было только то, что жить он без нее уже не мог и что действительно проживал с мамой, хотя и в огромном четырехэтажном доме…

(Полторы страницы дикой обиды, бурного скандала и примирения, пышной свадьбы и медового месяца на яхте я позволю себе пропустить)

…И только, два года спустя, когда у мужа было игривое настроение, Наташа, наконец призналась:
- Эльдарчик, ты не обижайся, но, мне так было смешно наблюдать за тобой, когда ты изображал бедного, но гордого сорокалетнего студента. Я все думала – ну, когда же ему надоест ходить пешком, он перестанет валять дурака, станет уже самим собой и признается?
А ты скрипел, пыхтел, но держался, молодец. Как маленький. Если честно, то я раскусила тебя еще в первый день нашего знакомства, в магазине, когда ты ко мне пришел.
- Как это? Как раскусила? Да ну ладно рассказывать. Ничего ты меня не раскусила. Я тогда ехал от пацанов после футбольчика, и был грязный, потный и небритый, как ханурик.
- Да? А тогда что это у вас с мамой за «однушка в хрущевке», в которой высота окон семь с половиной метров? Мы же занавески тебе выбирали, ты что, забыл…?

Поймал мужик в реке окуня. Окунь хоть и большой был, но единственный,
не задалась рыбалка. Дома, при разделке окуня, он заметил, что в желудке
речного разбойника выделяется что-то сферическое, правильной формы.
Оказалось - черепашка. Признаков жизни она не подавала, но лапки,
головка были целые. И от нефиг делать, мужик набрал в банку воды и
закинул в неё черепаху. Утром обнаружил, что она живее всех живых -
вовсю носится в банке.
Пошёл, купил ей мороженых креветок, червяков и других вкусностей. Вот
так, кажется, всё - съели тебя. Открываешь глаза: вокруг чистая вода,
никаких хищников и хавки - ешь, не хочу. В черепаший рай попала, не
иначе! Так четвёртый год в этом раю она и живёт.

Я не против благотворительности. В каком-то смысле даже за. Как хорошо было бы сделать доброе дело, помочь кому-нибудь. Стараешься, входишь в положение, а в результате пшик.

Завод, вечерняя смена. Заходят две тетки, молодые, но в двери протискиваются с трудом.
- Вы что-то хотели? Да, я старший смены. Что, совсем нет работы и денег не хватает на еду? Ну, немного мы можем вам помочь. Вот видите, мешки с мусором, оттащите их к мусоросборнику и получите двадцать шекелей. Почему не можете, мешки совсем не тяжелые? Ах, просто вам дать двадцать шекелей. Извините, но здесь производство, а не бесплатная столовая. Деньги надо зарабатывать.

Очень поздний вечер, еду на машине домой. Перекресток, остановился на светофоре. В окно стучит мужичок с мотоциклетной каской в руке. Опускаю стекло.
- Что, бензин закончился? И денег нет? А где твой мотоцикл? На заправке. Сколько? Двадцать шекелей? Нет проблем, уважаемый, садись ко мне в машину, заедем на заправку, я тебе полный бак залью, чтобы до дома хватило. Как не надо? Ах, тебе деньгами дать. Нет, дорогой, деньги на дозу я не дам. Что?! Сам туда пошел!!

Середина рабочего дня. Выезжаю из Тель-Авива в северном направлении. Автобусная остановка. Голосует молодой человек. Останавливаюсь, опускаю стекло.
- Здравствуйте. Что за беда случилась? Надо ехать, а кошелек с деньгами и карточками украли? А куда? В Нетанию. Так это нам по дороге. Садись, я как раз в Нетанию еду, возле полицейского участка высажу. Мне тоже туда надо. Заодно заявление о краже напишешь. Постой, я не полицейский, я инженер, я их обучать еду. Ну, куда ты побежал!

Вечер. Звонок в дверь квартиры. Открываю. На пороге молодой человек в черном лапсердаке, такого же цвета шляпе и длинными, свисающими до шеи пейсами.
- Добрый вечер, чем могу помочь? Простите, на что ты собираешь? А работать не пробовал? Не можешь? Почему? А как же «в поте лица твоего будешь есть хлеб»? Ты попробуй, у нас на складе грузчики требуются... Ну, куда ты побежал!

Пятница, утро, супермаркет. Очередь в кассу. Подходят две симпатичные девицы, возраста 16-18 лет.
- Да, здравствуйте. Простите, что? Ах, вы помогаете продуктами неимущим. Что надо сделать? Оплатить вот это? Я как раз премию получил, с удовольствием помогу. А вы сами-то сколько своих денег вложили, позвольте поинтересоваться? Как только собираете? А самим заработать? Что значит негде? Вот это как раз не проблема.
Достаю телефон:
- Здравствуйте! Это клининговая компания? Мне нужно срочно, буквально сегодня произвести уборку квартиры. Да, согласен оплатить за срочность. Мне надо (перечисляю виды работ). Сколько будет мне это стоить? Приблизительно 200 шекелей. Простите, а сколько времени займет? Около трех часов. Спасибо, я вам перезвоню.
Убираю телефон в карман, достаю блокнот и ручку.
- Девочки, вот мой адрес, это здесь, совсем недалеко. Жена дома, она вам все даст для уборки, даже во что переодеться. Я ей сейчас позвоню. Вас двое, поработаете полтора часа, я вам заплачу 300 шекелей. Это будет ваш и мой личный вклад в такое доброе дело. Так я звоню жене? Девочки, девочки, ну куда вы побежали!
- Нет, это не пробивайте. Это вон тех девочек, они почему-то передумали. Я отложил в сторону. Да, извините, вот моя кредитка. Спасибо. И вам хороших выходных!

Вот так, только соберешься заняться благотворительностью, как выясняется, что уже и не нужно.

Прошел в школах последний звонок. Вспомнилась прошлогодняя история.
Раннее утро, часов семь. Суббота или воскресенье, не помню. Возвращаюсь
после бессонной ночи домой на Теплый Стан. Метро Новокузнецкая. Еще на
подходе обратил внимание на странно много попадающихся навстречу молодых
людей в костюмах и нарядных девочек. А, так вчера в московских школах
выпускной прошел! Ну, понятно.
Спускаюсь в метро. Перед турникетами мент маячит, высматривает кого-то
среди редких утренних пассажиров. Зацепил меня взглядом. Гражданин, не
найдется ли у вас пять минут и паспорт? Ну, понятно. Нужен понятой. Да
ради Бога.
Заходим в дежурку. За столом - капитан с красными от бессонницы глазами.
Напротив, на лавке, уронив головушку на руки, пацан в белой рубашке и
при галстуке. Никакой. Пиджак валяется рядом. В руках при этом зажата
открытая бутылка шампанского.
Начинается байда составления протокола. Понятые, щас мы в вашем
присутствии изымем и внесем в протокол вещи задержанного. Ага, будто у
вас было мало времени обшмонать его как липку.
Задержанный ведет себя спокойно. Только иногда что-то там у него
коротит, он вскинет башку, обведет всех мутными непонимающими глазами,
ляпнет речевку типа: «все менты - мои кенты» и опять затихает. На
вошедшего по своим делам ОМОНовца в кроссовках бормочет: «кто носит
фирму адидас, тот завтра Родину продаст». Тот реагирует адекватно, -
качает головой со словами: «О, блин, молодежь, не задушишь, не убьешь»
Занесли в протокол паспортные данные второй понятой, бабки с тачкой, и
отпустили ее с боженькой. Капитан берет мой паспорт, чтобы переписать
адрес.
И вдруг глаза его приобретают осмысленное выражение. Слу-у-ушай, -
говорит он. Так вы соседи практически! А у меня тоже сзади бессонная
ночь, но я сразу начинаю понимать, в каком направлении работает
капитанская мысль. Видя мою окислившуюся физиономию, мент начинает
давить на психику.
Ты понимаешь, мы и подобрали-то его, чтоб бомжи не раздели. А куда я
его теперь? В вытрезвитель? Да его поди предки обыскались уже, по моргам
звонят.
Вот и отвезли бы сами, заботливые вы наши. А мент в качестве последнего
аргумента, видя, что я вот-вот сломаюсь, говорит, представь, что тебя
после выпускного в вытрезвитель запендюрили. Или ребенка твоего.
Я, слабенько отбиваясь, говорю, как же я его в таком виде повезу? До
первого мента?
Ну, тут уж капитан руки потирает, чуть ли целоваться не лезет. В
чувство, говорит, мы его приведем, а там прямая ветка, сядете, доедете,
патрулей сейчас нет, сдашь папе-маме. Ну, вот тебе на крайняк телефон, я
до девяти здесь буду.
А если убежит?
Ну че ты гонишь? Ну куда он на х убежит?
Провели они с ним ряд оздоровительных мероприятий. На ногах вроде стоит.
Капитан, ну чисто Алан Чумак, провел с ним сеанс одновременного гипноза:
если, блядь, вот от этого гражданина хоть на шаг - ты труп. А если два -
ваще покойник! Даже я проникся, не то что пацан.
Па-а-а-ехали! Люди косятся на нас, странная парочка. Еще эта бутылка
шампанского. Не отдает, гад, вцепился как в невесту. Ладно, доехали.
Довел я его до подьезда. Дом узнаешь? М-гм-у! Подъезд твой? Ик-а! Ну и
зашибись. Дальше сам, тут недалеко. Нету никакого желания с твоими
папамами знакомиться.
И пошел я с глубоким чувством выполненного долга. Развоспоминался
чего-то. Свою выпускную пьянку вспомнил. Иду дворами, утро хорошее
тихое. Солнце красит нежным светом… А кто это сзади так топает, нарушает
тишину? Оглядываюсь…
Оба-на! Здравствуй, жопа новый год. Ты чего за мной телепаешься? Я ж
тебя, гада, до подъезда довел. Молчит народ. Только губами шлепает. И
бутылка эта… Выкинешь ты, блядь, ее или нет!? Да-а, переборщил мент с
гипнозом.
Ну, дал я ему пинка от души, повел обратно. Хорошо, бумажку с адресом
выкинуть не успел. Так, лифт, этаж, квартира номер… Билим-билим.
Открывает конечно папа. Думаете, в трусах и майке? Хрен там, в костюме и
при галстуке. Кричит вполоборота внутрь квартиры: мать, кончай звонить!
И сыночку: ну, готовся! Мать сейчас будет зверствовать.
В глуби квартиры появляется мать. Бледная всклокоченная и зареванная. Ну
а чего еще ожидать?
Я говорю, ну чего, пойду я, не люблю фильмы ужасов. Он говорит, может
чай-кофе? Да нет уж, спасибо, я дома лучше.
Ну тогда водочки? Семь утра!!! Посмотрел я на него, лицо такое жалобное.
Да, мужик, досталось тебе этой ночью. Ладно, спасать так спасать!
Наливай!!!

Ракетчик

Соседка друга вышла замуж за немца и упорхнула ин Дойчланд. Живут не
тужат, но на историческую родину тянет временами, родителей навестить,
друзей повидать...
Однажды собрались они семьей и приехали. Муж-то ни разу в России не был,
ни баня, ни водка-гармонь-лосось ему не ведомы. Друг мой - человек
общительный, с соседями всегда дружил, домик в деревне свой имеетсо с
баней-речкой-вениками-самогоном... В общем, взяли они немца в оборот по
полной программе.
Вечер очередного оборотного дня.
Захмелевший немец, замотанный в простыню, поедая сало с луком, заводит
диалог:

- Кольйа, я считать рюсский жена - самый лючший жена в мире!
- Варум?
- Вот немецкий жена тебе гав-гав-гав, ты ей (показывает удар кулаком
сверху) бум-бум-бум, она телефон сразу: "Халло, полицай?" И ихь бин
наручники, тюрьма, ай-ай-ай...
А рюсский жена тебе гав-гав-гав, ты ей бум-бум-бум, она тебе
ГАВ-ГАВ-ГАВ! - ты ей бум-бум-бум, она тебе БУМ-БУМ-БУМ. Лежишь в коридор
нихьт сознание, очнулься - одеялом прикрыт, где упаль. Нихьт полицай,
нихьт тюрьма... Рюсский жена - самый лючший жена в мире!

Про халяву и жадность, или добро возвращается
Очень длинно получилось.

Кроме финансового консалтинга и аудита наша небольшая фирма ведет дела других организаций и предпринимателей. Так вот у одного из них, своеобразного, но в принципе адекватного владельца «фабрик, заводов, газет, пароходов», попутным направлением деятельности была сдача помещений в аренду, в основном, в центре нашего города. Сам Барин (его позывной между нами) живет и имеет бизнес хер знает где. То он в Москве, то в Германии, то в Краснодаре.... Мы с ним виделись в глаза раза два, вроде как ровесники, и несмотря на социальную пропасть между нами, он всегда просит нашу директрису решать его дела через меня. Наверное потому что, не считая водителя, я остался единственный мужчина в коллективе. Мол пусть ваш юрист съездит и решит то да сё, выписал доверенность на меня, печать, ну и я то вроде как человек подневольный, по просьбе директрисы иногда мотаюсь по его делам.
Так вот, из-за этой пандемии недавно закрывается филиал банка, который лет 10 арендовал у барина помещение. Директриса как-то говорит: «Сейчас Барин тебе перезвонит, реши его хотелки, потом расскажешь, чего господа изволят». Барин доходчиво объясняет ситуацию, мол филиал съезжает, все свое нужное вывез, надо поехать принять помещение, подписать акт приема-передачи, все барахло, которое вдруг останется в помещении, выкинуть (организовать), мол буду потом капитально ремонтировать, пусть чтоб ничего не мешало.
Я вроде как приуныл, и даже хотел взбрыкнуть, но без перехода он мою услугу оценил и я воодушевился.
Приезжаю на место. В почти пустом помещении ходит красивая манерная дама, показывает мне что все убрано, вымыто, но вот осталось списанное банком барахло, которое завтра утром нанятые грузчики приедут загрузят и вывезут. А барахло это: ОГРОМНЫЙ массивный овальный офисный стол метра три на полтора, весом наверное полтонны (он типа старый и тяжелый, на свалку), огромная сплит-система (мол сломалась, на свалку), железные стеллажи (они старые, местами гнутые, тоже на свалку). Потом открывает небольшое помещение и говорит: «Это бывшая серверная. Наши айтишники всё нужное забрали, остались какие-то железки, провода, ящички, все старое и тоже все на свалку!». Дама протягивает мне визитку фирмы грузчиков и деньги. Это, говорит, координаты грузчиков и плата им за вывоз барахла, мол ВиктОр (это Барин) сказал, что вы (это я) все решите».
Я хоть не бедствую, но от земли не сильно оторвался. Что бы лицо не потерять так типа небрежно спрашиваю: «А точно все на свалку, вещи-то целые, да и серверная?». Дама на меня сверху вниз посмотрела (кажется как на идиота) и говорит с усмешкой: «Себе заберите, если вам это все нужно». Я аж мурашками покрылся, как-то некомфортно стало, да и перед женщиной (хоть и стервой) неудобно быть в статусе нищеброда.
Подписываем акт приема-передачи и она свалила. Вот стою посреди помещения и понимаю, что как бы там ни было, оставшееся «барахло» мне не нужно, но кому-то из своих пригодится, прям жалко мне всё выкидывать.
Звоню сыну (19 лет), он не хакер, но с кем-то там дружит, которые понимают в компьютерных железках. Объяснил, что есть списанная серверная, которую надо до вечера оценить, и что понравится даром забрать, пока не выкинули. Потом еще раз объяснил, что банк, что съезжает, что целая серверная «Да, серверная! Да я откуда знаю что там! Два шкафа стеклянных, в них что-то похожее на роутеры, коробочки с дырками, провода, херня всякая! Всё, жду!» Минут через 10 примчались 4 оболтуса, завожу в серверную. Они стоят, смотрят, молчат, переглядываются. Потом так настороженно: «А что можно взять?» и как голодные дети смотрят на меня, с тоскливой надеждой. Ну я чуть не лопнул от нахлынувшей на меня важности и покровительственной щедрости. Я аж вырос сантиметров на 5!
- ВСЁ!
- Прям всё, всё?!
- ВСЁ! Только не торопясь и осторожно, чтобы током никого не ёб…ло.
А как сын смотрел на меня! Как на Второго, после …
Это надо было видеть! Это как 12 друзей Оушена вживую! Как по команде ФАС, слаженно, быстро, разбирают что-то, покрикивают друг на друга, и как муравьи таскают херню в машину.
Шкафы не лезут их в машину. Папа!!! Можно твою взять?! В нашу уже не лезет!!!
И опять голодные глаза с надеждой, даже мольбой!
Ну загружайте, только не покарябайте мне машину!!! В багажник вроде войдет, если что, планки на крышу дома возьмешь.
Это как в кино или мультфильме про пещеру с богатствами — видно, что им хочется взять всё и сразу, но уже некуда, не лезет, бл…, не унести всё! А надо! А хочется!
Смешно было смотреть на их здоровую жадность, аж вспотели, глаза бешеные, а то вдруг отнимут игрушки! Снисходительно так думаю: «Вот дебилы! Нахер им это всё!»
И мне пофигу, просто благостно на душе, что сыну сделал приятное, может свой авторитет слегка приподнял, а может и его авторитет в глазах друзей тоже. Тем более, что ради этого ничего делать специально не пришлось.
Всё подчистую вытащили, в машины утрамбовали, подошли, стоят, мнутся, мол, ну чо? Мы погнали? Ну давайте, говорю. Пожали-потрясли мне руку «Спасибо! Спасибо большое!» Сын аж обнял!
Как обалденно быть щедрым! Меня аж разрывало от чувств!
Опомнился! Бл.. А стол?! А сплит?! А стеллажи...
Звоню классному соседу по участку, он беседку воздвиг недавно, чуть меньше чем дом. Она вроде как пустует. Говорю: «Стол есть, но огромный и тяжелый. Стеллажи есть, железные, офисные. Если успеешь до вечера вывезти, бери инструменты и еще кого-то, машину ищи типа Газель грузовую или побольше и срочно по адресу». Фотку стола скинул.
Через секунду перезванивает и орёт: «Держи стол!!! Никому, бл... больше не звони!!! Я уже мчусь!!» Прилетели втроем с тестем и Витьком, полезный алкаш наш местный.
Паша (сосед) стол увидел, лег на него руки раскинув и шепчет «О бляяяя! Вот ты и нашелся родной! Моё! Моё!»
И опять я стою, и снисходительно смотрю, как великовозрастные ребята со стеклянными от возбуждения глазами, судорожно разбирают этот монстровидный столище, потом стеллажи. Как будто боятся, а как бы не передумали, не отобрали.
А мне пофигу, просто благостно на душе, что соседу сделал приятное, может свой авторитет слегка приподнял. Тем более, что ради этого ничего делать специально не пришлось.
Разобрали стол, загрузили, подошли, пожали-потрясли мне руку «Спасибо! Спасибо большое!» Сосед аж обнял!
Как обалденно быть щедрым! Меня аж разрывало от чувств! И я так небрежно говорю: «Паш, а сплит-систему не возьмешь? Вроде нерабочая, но посмотришь. У тебя же магазинчик со складом на окраине?» и показываю на сплит. Они с тестем аж взвыли-зарычали от возбуждения! «Даром?! Охереть!» и рванули дербанить сплит.
Смешно смотреть на их здоровую жадность, аж вспотели, глаза бешеные, а то вдруг отнимут игрушки! Снисходительно так думаю: «Вот дебилы!».
Короче, утром грузчики не понадобились. Только уборщицу из своего офиса привез для уборки.
НО! Это не конец моего рассказа про здоровую жадность!
Дня через три сын подходит и говорит: «Там у Макса дедушка недавно умер, оставил им с мамкой дом в пригороде, который они хотят потом продать. Там на участке что-то вроде мастерской стоит. Так дед, перед уходом, просил инструмент из мастерской не продавать и не выкидывать, а пристроить в «хорошие умелые руки». Мол Максу эти железки побоку, он в них не понимает ничего, а ты вроде мастеришь все время, так может посмотришь, возьмешь чего, если понравится».
Думаю, ну что там у древнего деда может быть ценного интересного? Да и у меня вроде все в комплекте столярно-слесарное, но поехали смотреть.
Захожу в старенький, но крепкий сарайчик-мастерскую и …
Это как в пещере сим-сим для маньяка столяра-слесаря: в идеальном порядке, по ранжиру, как на выставке висят по стенам молотки-молоточки, пилы-пилочки, напильник-надфили, топоры-топорики, ножи-долота-стамески, ключи по калибру, по углам верстаки, наковальни-наковаленки, тиски-тисочки, струбцины... Короче ВСЁ-всё-всё, что можно только захотеть и придумать. Шкафы открываю, а там путевые, почти фирменные перфоратор, дрель, шуруповерт, дисковая пила, фрезерный станок, рубанок, любзик и опять по ранжиру сверла, фрезы всякие… У меня дыханье сперло, жадность прям окутала разум, понимаю что надо вести себя солидно и сдержанно, но чувствую, что растерялся я. Оборачиваюсь к Максу с сыном и хрипло так: «А что можно взять?» и смотрю на оболтусов с недоверчивой надеждой.
- ВСЁ!
- Прям всё, всё?!
- Конечно всё, мне не пригодится, а вам нужнее. Тем более вы нас всех с комплектующими выручили, когда серверную подарили.
Теперь я на себе испытал все чувства, над которыми посмеивался, когда оболтусы и Паша с тестем барахло из банка вывозили. Сдерживался как мог, но уверен, что со стороны я выглядел как суетящийся мужичок, который с возбужденными глазами собирает богатство в мастерской и как муравей таскает их в машину. Хорошо еще что Макс с сыном немного помогли и укатили куда-то, а то при них я прям маялся, как-то комплексовал. Собирал инструменты и про себя думал: «Спасибо тебе дед, не переживай там, всё попало в надежные руки, всё пригодится в деле, век тебе благодарен буду за такой подарок!».
Ездил на дедов участок три раза, вывез почти всё, и вообще бы всё утащил, но мне уже некуда. Верстак, наковальни, столы, шкафы свояку отвезли, у него своя мастерская.
Сейчас освободил стену и часть гаража, развешиваю богатство деда по его методике, по ранжиру, по порядку, как в музее или на выставке получается. Инструмент и свой и подаренный красиво расставил-развесил. Скоро соседа Пашу с тестем позову на презентацию, пусть офигеют!
Желаю всем хоть раз в жизни открыть свою пещеру с «богатствами», которые вам ценны и насобирать их вдоволь, до полного удовлетворения.

Диме Лихачеву, как минимум единожды деду, посвящается☺

Сидим мы с Петровичем как-то на нашем дачном пруду, карасиков ловим.
Пивко пьем, беседуем ни о чем, тишина, красота. Тут сынок его, Сашка,
кричит издали: «Петрович! Мамка просила ей позвонить! » У Сашки уж свои
дети. Пацану лет пять. Петрович иногда берет внука на рыбалку.
«Ладно! » - лениво так отвечает Петрович. Но звонить никуда не
торопится.
«А чего, - спрашиваю я. Сашка тебе не родной, что ли? »
«Чего это? » - удивляется Петрович
«Ну вот он тебя Петровичем зовет. Мамку - мамкой. А тебя - Петровичем»
«А-а-а! Ну, это старая история! » - говорит Петрович. И, подумав,
рассказывает.

Лет двадцать назад, когда Сашке было как раз лет пять, то есть как
сейчас внуку, работал Петрович в конторе крупного завода. То ли главным
инженером, то ли главным технологом. Квартиру еще не получили, и жили в
малосемейке возле завода. Санька к отцу на работу частенько прибегал,
сидел в кабинете, играл во всякие разные интересные игрушки, которые
взрослые почему-то называли образцами продукции. Естественно, что в
конторе Саньку все знали. И на проходной.
Как-то раз, придя в кабинет к отцу, он его там не застал. Отец был на
территории. Санька на территории ни разу не был, и решил этот пробел
восполнить. Видимо ему казалось, что стоит выйти за проходную, как отец
там и обнаружится. На вахте его конечно не пропустили, и он спокойно
прошел в расположенную рядом дырку в заборе, которой пользовалась
половина завода.
О том, что территория завода настолько огромна, Сашка не подозревал. Он
спокойно дошлепал до первого цеха, и шагнул внутрь. Цех испугал его
размерами, шумом, огромными машинами, которые работали сами по себе, и
безлюдием. Сашка чуток прошел между машинами, и напрочь потерял
ориентацию в пространстве. Потом он несколько раз тихонько позвал папу,
потом в голос заревел.
На рев сбежалось несколько работников цеха. Они мальца попытались
успокоить, но он только громче выл, упирался и кричал: «Па-па! » Чей
ребенок - никто не знал. На вопрос «Ты чей? » уверенно отвечал сквозь
слезы «Папин! ». Оставлять мальца в цеху было нельзя. Идти куда-то с
незнакомыми мужиками в грязных спецовках Санька напрочь не хотел, и при
попытке взять его за руку плач превращался в форменную истерику. Но тут
на общее спасение в цех случайно зашла Муза Николаевна.
Муза Николаевна, женщина преклонных лет, всю жизнь проработала на
заводе, а последние лет десять была секретарем директора. Твердой рукой
рулила хозяйством, знала всех и вся, и тот же Петрович, пришедший
когда-то на завод пацаном на должность ученика слесаря, хоть и вырос в
большие начальники, Музу Николаевну побаивался. Как, собственно и все
остальные три тысячи работников завода, включая директора.
Санька был наверное единственным, кто Музу Николаевну не боялся. А даже
наоборот. Поэтому работники сразу разбежались по своим местам. От греха.
И Музе Николаевне предстала та же сюрреалистичная картина - плачущий и
зовущий папу одинокий ребенок посреди огромного цеха. Даже она от этой
картины слегка растерялась. И запричитала: «Ой! Етишкина жисть! Папу он
зовет. Ну хто ж тут знает - кто твой папа? Ну хто ж так зовет? Ну хто ж
тебя услышит? Вот смотри, как надоть! »
Муза Николаевна выпрямилась во весь рост, набрала полные легкие, и над
территорией цеха, перекрывая шум машин, поплыл рев: «Петро-о-ович! В рот
тебе кочерыжку! Та где-е-е, разъетить твою налево? »
Сашка перестал плакать и открыл рот. И - о, чудо! Откуда-то из глубины
цеха раздался голос отца: «Ну что стряслось, Николавна? »
Муза Николаевна еще раз набрала воздуха, и протрубила: «Бежи быстрей
сюда, гадский папа! »

Спустя несколько дней, когда инцидент был благополучно забыт, у
Петровича в доме собралась большая шумная компания друзей и сослуживцев.
Отмечали какой-то праздник. В разгар веселья Петрович вышел на кухню за
разносолами, и там застрял. На призывы жены и гостей «Петрович! Водка
греется! » не реагировал. И тогда Санек, уплетавший тут же праздничный
обед, оторвался от процесса и авторитетно заявил: «Папку так не зовут»,
добавив почему-то «Етишкина жисть! » «О! » - отреагировали гости. «А как
же зовут? »
Польщенный вниманием, Сашка встал, сглотнул, набрал побольше воздуха, и
заорал так, что у гостей заложило уши: «Петло-о-ович! В лот тебе
кочелыжку! Бежи быстрей сюда, гадский папа! »
Гости смеялись до слез и аплодировали. Растерянный Петрович стоял в
дверях.
С тех пор Санька отца иначе как Петровичем не называл. Хорошо, что
удалось отучить от всего остального.

«Вот такие пироги» - завершил рассказ Петрович, вытащив очередного
«пятачка». Потом добавил: «Он даже когда письма из армии писал, начинал
так. «Здравствуй, мама! Петровичу - привет! »
Мы открыли еще по пиву, и каждый задумался о своем, глядя на поплавки.
И разом вздрогнули от внезапно раздавшегося сзади звонкого детского
крика:
«Петло-о-ович! В лот тебе кочелыжку! Ты почему бабушке не позвонил? Она
лугается! »

Дедушка Вжик

Полезный совет мужчинам. Прежде чем назвать женщину Зайкой, подумай,
хватит ли у тебя капусты и не подведёт ли морковка.

Приятель устроился гастарбайтером. В Токио. Пишет всякие бизнес-планы. В этом аборигены традиционно доверяют бледнолицым. Японцы народ командный, а вдесятером один текст писать непросто. Не говоря уже про английский ни бум-бум. В таких случаях могучий коллективный разум обычно отчаивается и зовет варяга.

Всё бы ничего, но при переезде в Токио пострадал ребенок! Сын приятеля, Тёма, 4 лет. Нет, ну вот подумайте, гляньте на мир глазами этого Тёмы - вырвали его из своей владивостокской детсадиковской тусовки, где он был просто вождь и предводитель масс, и увезли чёрт знает куда, в общем-то на другую планету. Общаться остается только с родителями, а ими не покомандуешь. По недолгом размышлении, родители устроили его в японский садик. Но в какой попало японцы не брали, а брали только в эксклюзивный международный. В общем-то, там оказались в основном японские дети, собранные с одной целью - сызмальства изучить другие языки как родные. А вот с иностранными малявками случился недобор и конфуз: дети ведь слышат всё, что говорят взрослые, но воспринимают всерьез, апокалиптически.

В результате: да, в садике есть единственная китайская девочка, но она категорически не желает прогибаться под корейский язык. Корейский мальчик не желает разговаривать на китайском. Оба не хотят общаться на японском. Мальчик из Франции убежден, что его язык лучше английского, и вроде бы остался в меньшинстве - против него двое, парень из штатов и девочка из Великобритании. Но девочка шотландка недолюбливает англичан - оккупантов своей страны, и пытается учить японцев своему невообразимому наречию.

А в стороне от этих свар - Тёма с его харизмой и абсолютное большинство - японские дети с их командным духом и большим желанием учить иностранный язык. В общем, последнее время воспитательница жалуется - весь садик начал общаться в основном на русском языке. У наших профессиональных дипломатов достижения пока пожиже...